Облако-рай | Космос | Бригада

Весна. 1982 год.

Анкета для друзей уже давно была верным способом узнать что-нибудь личное о человеке. Каждая уважающая себя девочка заводила толстую тетрадь и писала на первой её страничке ряд вопросов. Обложка всегда украшалась пёстро и ярко. В ход шло всё, что попадётся под руку, чаще всего это были вырезки из журналов, приклеенные на клей.

Первым делом анкету заполняла сама хозяйка тетрадки, а потом передавала её друзьям, одноклассникам или, если девчушка была достаточно смелой, мальчикам из классов постарше. Конечно же никто не пытался составлять досье на других. В анкетах, среди обычных вопросов в духе «Твоё любимое животное?» и «Какую музыку ты слушаешь?», скрывалось самое главное — вопросики о личном.

Кто кого любит? Кто кого ненавидит? Всё это можно было узнать как раз из подобных анкет. Отвечали, правда, не все. Кто-то просто оставлял инициалы другого человека, кто-то гордо писал «не скажу!». Но и эти вопросы считались довольно банальными, каждая владелица анкеты пыталась переиграть другую и придумать что-то поинтереснее. На последних страницах тетрадки были свободные места для секретиков. Там каждый мог оставить анонимное послание. Особо продуманные ребята, чтобы не выдать себя по почерку, вырезали из журналов буквы и склеивали их в цельный текст.

Инга тоже хотела обзавестись такой анкетой, но большим количеством друзей она похвастаться не могла. Две приятельницы-одноклассницы и Космос. Ему, правда, кто-то уже отдавал анкету на заполнение, так Кос и принёс её на следующий день пустой, сославшись на то, что это глупости. Но вот если бы его попросила Басуда... Её подружки уже давно заметили неловкие переглядывания между ними двумя, поэтому настойчиво подбивали Ингу на создание анкеты, только бы узнать ответ на заветный вопрос «Кто тебе нравится?».

Да и сама Инга была не прочь разузнать пару секретиков. Тогда она уже постепенно начинала смотреть на Космоса под другим углом. Он же и портфель помогал донести до дома, и иногда таскал из дома угощения специально для Инги. Это бы растопило сердце любой девочки! Один только минус — Холмогоров постоянно встревал в передряги и совсем не походил на образцового советского школьника. Он, совершенно того не стесняясь, мог ходить с синяками и с огромной гордостью рассказывать о том, как умудрился их получить. Обычный девчонок это отпугивало, а Инга, смиренно вздыхая, помогала другу обрабатывать раны.

В один день Басуда всё же сломалась под напором приятельниц и, придя со школы домой, отыскала самую красивую тетрадь. Чувство вкуса было слабым местом Инги, поэтому с декором она боялась переборщить, приклеив только пару вырезок из маминых журналов «Работница» и «Крестьянка». Наряду с привычными и уже набившими оскомину вопросами про «Твоё любимое...» в тетрадке появилось нечто более абстрактное, например «Какие три вещи ты возьмёшь на Луну?». К вечеру анкеты была готова. Инга сгорала от нетерпения, ей было очень интересно, что же напишет Космос! И согласится ли он вообще заполнять анкету...

Первым делом Басуда, конечно, заполнила свою страничку. Она аккуратно выводила каждую буковку и долго раздумывала над ответами, чтобы показаться интересной личностью. На вопрос «Кто тебе нравится?» она решила написать загадочное: «тот, кому я, наверное, не нравлюсь...», выделив букву «к» другим цветом. Девчонка надеялась, что Космос прочитает всё это и поймёт намёк.

С другой стороны, Инга и так знала, что нравится Холмогорову и как он проводит свободное время. Когда они гуляли вдвоём, девчонка совершенно внезапно могла задать другу любой вопрос, даже самый глупый или странный. Сначала Кос всегда хмурился и не сразу находил, что ответить, но потом это перерастало в долгое рассуждение. Так, например, друзья однажды обсудили жизнь после смерти. И это в таком раннем возрасте... В общем, разговаривали о великом они редко, но метко.

В предвкушении завтрашнего дня, Инга с трудом смогла уснуть. Она ворочалась и пару раз вставала, чтобы снова пролистать анкету и удостовериться в том, что всё написано без помарок. Басуда всегда уверяла себя, что мальчики ей не нужны, якобы они все дураки и задиры. Однажды она стояла перед зеркалом и клялась себе, что ей никто и никогда не понравится. А потом сама не заметила, как стала прихорашиваться перед тем, как пойти в школу. За внешний вид её, к слову, постоянно ругали. А Инга считала «лёгкую» небрежность своей изюминкой. Космос такую позицию разделял. Девочки с прилизанными волосами и в выглаженных платьишках казались ему одинаковыми. На любую глянь — она окажется занудой и ябедой! Именно поэтому Холмогоров любил прикалываться именно над Ингой. Она никогда не воспринимала это всерьёз и придумывала изощрённые оскорбления. Ну не девчонка, а мечта!

Утром Басуда так торопилась в школу, что чуть не забыла тетрадку с вопросами. По дороге она прокручивала идеи, с какими словами отдать Космосу анкету:

«"Привет, заполни анкету, пожалуйста..." — это глупо. Какое "пожалуйста"? Мы так никогда не общались. "Космос, на!". И что дальше? А вдруг он посмеётся просто? А что если... "Космос! Если заполнишь анкету, то получишь сюрприз!". Точно! А потом он мне её отдаст, я прочитаю... Если он там написал, что ему нравлюсь, то вместо сюрприза я его чмокну в щёку! Так и сделаю!» — раздумывая над Планом, Инга не замечала ничего на своём пути. Она радостно бежала вприпрыжку и, уже поднимаясь на второй этаж школы, резко столкнулась с чьей-то массивной спиной.

По иронии судьбы наткнулась она именно на Холмогорова. Он уже было обернулся, нахмурив брови, но заметив подругу, сразу расслабился и потрепал её по волосам.

— Привет, чего бегаешь? Я подумал это какой-нибудь шкет носится, хотел ему подзатыльник дать, а это ты! — Кос приветливо посмеялся и заботливо осмотрел Ингу, пытаясь понять, не ударилась ли она.

— Привет, Кос! Там это... — всё, о чём девчонка думала по пути в школу, выветрилось из головы. Инга взглянула в добрые глаза Холмогорова и растерялась. Ну как она предложит «сюрприз» в виде поцелуя такому красивому мальчику, будучи замарашкой?! — Ну, я там... Вчера, в общем... Короче! На!

Басуда достала из портфеля анкету и, протянув её Космосу, быстро убежала в класс. Инга раскраснелась и, понимая, какую ерунду пробормотала, хотела зарыть себя заживо. Присев на своё, она недовольно выдохнула и легонько, чтобы никто не заметил, ударила кулаком по парте. «Он точно посчитает меня дурочкой!» — тревожилась девчонка. Космос же, быстро пролистав тетрадку, понял, что от него требуется.

— Ловко она... — удивился Холмогоров, пряча тетрадку в портфель. Инге он и правда не хотел отказывать. Тем более после того, как увидел её милые и чуткие попытки предложить ответить на вопросы.

— Стоять! — скатываясь по перилам третьего этажа выкрикнул Пчёла. До этого он болтал с девушками из старших классов, но заметив, как друг старается что-то скрыть, Витя тут же бросил все свои дела. — Чего прячешь?

— Ничего не прячу. Ты стоял трещал с кем-то? Ну так иди дальше трещи, — Кос ускорил шаг, чтобы зайти в класс и отделаться от любопытствующего друга, но тот быстро преградил дорогу.

— Да ла-а-адно тебе, я же видел, что к тебе Инга подходила! Любовные письма? Что она сказала? Ты ей нравишься? А вы целоваться не пробовали? — Пчёлкин усыплял бдительность Космоса и, подобрав нужный момент, смог выхватить секретную тетрадку из рук друга. — Анкета?! Она в тебя точно втрескалась! А давай я за тебя заполню? Обещаю, такого понапишу, что...

— Погнали в класс уже, Филатов с Беловым там наверное, — Космос прервал Пчёлу, вырывая тетрадку у него из рук. Говорить что-либо про Ингу за её спиной Холмогоров бы не позволил даже лучшему другу.

Зайдя в класс, ребята поспешили занять свои места. Они всегда сидели вместе на последней парте. Рассаживать их было бесполезно, эти двое всё равно умудрялись перешёптываться и кидать друг другу записки. Чуть дальше от них сидели Саша с Валерой. Они были куда более спокойнее, нежели вторая половина их «Бригады». Витя Пчёлкин даже не успел достать тетрадки. Положил портфель на парту и первым делом бросился рассказывать товарищам свежие новости.

— Вы не поверите, что сейчас с Косом произошло! — Пчёла говорил намерено громко, желая тем самым подколоть Ингу. Делал он это не со зла, скорее считал, что тем самым пытается свести её с Космосом. Вся компания сразу оживилась, даже скучающие одноклассники навострили уши.

От страха Басуда округлила глаза, умоляюще поглядывая на Космоса. Инге не составило бы труда поставить Пчёлкина на место, но сейчас она терялась и млела, стыдливо прикрывая уши, чтобы не ничего не слышать и представлять, якобы она находится не здесь, а где-то далеко-далеко.

— Ага, я минуту назад видел, как он скатился по перилам и упал, — Кос подошёл к столпотворению друзей и наградил Витю увесистой затрещиной.

— Не было такого! — протестовал Пчёлкин, но наткнувшись на осуждающий взгляд Космоса, недовольно отошёл обратно к своей парте. Он, однако, не мог спокойно пройти мимо Инги и никак её не задеть, — Басуда, а можно я тоже твою анкету заполню? — из уважения Витя всё же спросил это шёпотом.

— Можно, но тогда я страничку с твоими ответами вырву и скормлю собакам, — сквозь зубы проворчала Инга, показывая Вите язык. Ещё раз взглянув на Космоса, она благодарно улыбнулась ему, а потом снова покраснела, да так, что щёки горели.

┅━━━╍⊶⊰⊱⊷╍━━━┅

Позднюю весну школьники любили за то, что на большой перемене можно было спокойно выбегать на улицу. Девчонки играли в классики или прыгали на скакалке, а мальчишки предпочитали срывать одуванчики и пытаться запихнуть их друг другу в рот... Странное развлечение почему-то всех забавляло. Кто-то бегал в рядом стоящий магазин за вкусностями, а ребята постарше старались незаметно курить за школой. Космос с Витей боялись так рисковать, но очень хотели. Если бы отец Холмогорова узнал, что его сын курит за школой — сыну было бы легче не возвращаться домой.

Сегодня же у «Бригады» было задание поважнее, чем глупые развлечения. Им нужно было совместно заполнить анкету для друзей. Космос бы и один справился с этой задачей, но для поддержки в таком деле решил позвать с собой Сашу и Валеру, чтобы самому не написать всяких глупостей. Витя же просто увязался за ними и скорее отвлекал всех, нежели помогал.

— Давай сначала пролистаем её ответы, дай тетрадку сюда, — Фил, как самый рассудительный, управлял процессом. — Так, музыка, кот... Вот, смотри, «Любимый фильм — "Человек Амфибия"». Ты смотрел?

— Не-а, — взгрустнул Космос. Он всегда боялся выглядеть глупым на фоне Инги. — Там же про любовь, чё его смотреть?

— Надо, Кос, надо! — Белов похлопал его по плечу и сам заглянул в анкету.

Даже в таком составе ребята нагло игнорировали букву «к» в вопросе о любви. Ну разве после этого можно перестать считать мальчишек дураками? Тщательно изучив анкету Инги, «Бригада» начала раздумывать над анкетой Коса. Эта задача казалась сложнее самой жестокой драки. Фил советовал одно, Белый спорил с ним, а Пчёла шутил и предлагал откровенно наврать в ответах, чтобы сразить Ингу наповал. Только сам Холмогоров оказался безучастным. Его это быстро начало раздражать. Космос чувствовал, что поступит неправильно, если ответит на вопросы не своим умом.

— Да ну вас в баню всех, — недовольно пробурчал он, вырывая тетрадку из рук друзей. Вооружившись карандашом, парень постепенно выводил на страничке слова, стараясь писать разборчиво. «Бригада» безмолвно замерла, наблюдая за кропотливой работой друга.

Писал Космос, к общему удивлению, довольно грамотно. Не зря отец заставлял его хорошо учиться и ругался, когда сын писал с ошибками и оставлял на бумаге кляксы. Школьный дворик постепенно пустел, ребята возвращались в классы или торопились, чтобы успеть сходить в буфет. Но даже пирожки бессильны перед анкетой для друзей. Она поглотила всё внимание «Бригады», особенно вопрос «Кто тебе нравится?». Космос, погружённый в процесс, автоматически начал выводить букву «И», но быстро зачеркнул её, когда опомнился.

— Пацаны, я же говорил, что она ему нравится! — ликовал Пчёла. — Эй! Зачем зачеркнул?! Пиши-пиши, давай!

Кос грозно отмахнулся от друга. Букву «И» он решил сильно не перечёркивать, вдруг Инга разглядит в этом намёк? Напрямую Космос ей признаться не мог — боялся и не считал себя достойным. Вдруг Ингу обидит такое признание в симпатии и она решит полностью оборвать общение? С горем пополам дописав все ответы, Космос устало смахнул каплю пота со лба. И снова в дело встрял Витя Пчёлкин. Он где-то раздобыл красный карандаш и навязчиво просил дать ему тетрадку.

— Ну дай! Я ей поросёнка нарисую! — в поисках повода получить доступ к анкете Пчёла почему-то выпалил именно это.

— Какого поросёнка? — в унисон ответили ребята.

— Как какого? К... Красного! — аргументировал Витя и, снова воспользовавшись усыплённой бдительностью друзей, выхватил тетрадь. Он быстро пытался написать что-то, но держать тетрадь навесу было неудобно. И снова бедному Пчёлкину прилетела затрещина.

Космос, забрав тетрадку обратно, недовольно взглянул на две новые надписи. Конечно, никакого красного поросёнка там не было. «У тебя фамилия пишется через «ё», дубина. Испортил всё!» — Холмогоров с трудом сдерживался, чтобы не толкнуть друга. Косу всегда нравился заводной характер Вити, но сейчас, когда речь шла о первых серьёзных чувствах к девчонке, подобная радость только раздражала. Перед тем, как уйти на урок, Космос всё же разрешил другу исправить фамилию, написанную с позорной ошибкой.

Наконец друзья смогли вернуться обратно в класс. Весь последний урок Инга робела, смотря на Космоса. А он незаметно махал ей и кивал головой, показывая, что всё в порядке и после уроков он, как и всегда, сможет проводить её домой. Витя Пчёлкин, оправдывая фамилию, всё жужжал над ухом у друга, напевая дразнилку "тили-тили-тесто...". А Инга волновалась так, будто вот-вот решится её судьба. Она перебирала волосы и беспокойно рисовала узоры на полях тетради, вместо того, чтобы решать примеры. 

Когда урок наконец закончился, Холмогоров, попрощавшись с друзьями, молча подхватил портфель Инги. В начале общения он всегда интересовался, не хочет ли она пройтись вместе, а сейчас даже не рассматривал вариант с тем, чтобы идти домой по раздельности. "Пошли на набережную..." - тихонько сказала Басуда и, заметив одобрительный кивок Космоса, поплелась за ним. Она шла чуть поодаль, стыдясь того, что вообще завела эту анкету. Такое развлечение казалось приторно-девичьим, а Инге нравилось, когда её считают свойской девчонкой. Но Космос не видел в этом проблемы. Он мечтательно улыбался и надеялся, что сможет впечатлить подругу своими ответами.

Придя на набережную, ребята долго искали, на какую лавочку бы присесть. Они оттягивали момент, когда содержимое тайной тетрадки всё же станет явным. И только спустя некоторое время, проведённое в неловком молчании, Космос наконец достал анкету из портфеля и передал её Инге. Та быстро пробежалась по ответам, никак их не комментируя, хотя довольная улыбка говорила сама за себя.

- Нет, ну последний ответ - это... Кто это придумал вообще? - наконец расслабилась и усмехнулась Инга.

- А, это Витя всё... Ты прости, он сам лез, я с ним поговорю потом... - растерялся Кос. На деле про "парня в джинсовых штанах" придумал он сам. Где-то услышал этот стишок и подумал, что это очень смешно. Может, и правда смешно, но не совсем уместно, если ты пишешь это в анкете девочки, которая тебе симпатична. 

- Да нет, не надо... Здорово, спасибо, что ответил, - Инга не до конца понимала, какую буквы зачеркнул Космос в вопросе про любовь. Но это было совсем неважно, ведь сейчас Кос сидит рядом с ней, а не с любой другой девчонкой. Более того, если этот хмурый медведь согласился поучаствовать в глупой девчачьей забаве и ответить на вопросы, то он, как минимум, может гордо носить звание самого лучшего друга!

- Хочешь, посмотрим этого твоего "Человека Амфибию"? - Холмогоров решил всё же последовать совету Фила. Может, фильм про любовь - это не страшно?

- Я вообще-то хотела послушать твоих "Стрэй кэтс", - широко улыбнулась Басуда и, положив руку на плечо друга, заглянула в его манящие голубые глаза. - Точно! Помню, у тебя дома пластинки были! Погнали послушаем?