+/- Чувство

Скрученное, словно грязная тряпка, здание беспардонно глазело на Локи зияющими бездной окнами. Мир давно избавил его от незначительных брусков и, закусив нижнюю губу, судорожно вглядывался, какой бы блок еще вытащить, чтобы башенка не развалилась на сотни обесточенных тел.

Дженга давно вышла из круга интересов Локи, если когда-то там была, но парень не отставал от мира в концентрации, гадая с какого окна Селена могла бы его заметить. В одной руке он держал грязно-желтую папку, в другой задержалась одна из фотографий.

- Не стоит туда идти. Они уже меня не помнят – Локи сначала не узнал этот голос – было в нем что-то безжизненное и пустое.

- Не помнят?

- Именно. Я так крепко их поцеловала, что они совсем меня забыли – Губы Селены улыбнулись, но глаза изливали грусть.

Каждый раз... каждый раз ей приходилось оставлять тех, кто её вырастил. Они забывали её, спокойно доживали до своего конца, а потом умирали, как и полагается смертным. Но она продолжала жить. Жить и помнить. Да так подробно, что иногда ей казалось, что еще один цикл, и произойдет взрыв – этих чувств и ощущений, этой любви, до боли теплой. Но наступал новый момент прощаться, и она в полной мере чувствовала лишь собственную пустоту. Что-то исчезало в душе крохотного существа, и лишь много позже обнажало пущенные корни в виде легкой грусти. Она помнила и любила. Настолько, насколько могла. И всегда ценила их. Этих прекрасных людей, закупоренных в её головке сладкими, и потому такими горькими лично для нее, воспоминаниями.

Всегда. Значение этого слова она знала лучше, чем кто-либо.

Но Локи не мог проникнуть в маленькую головку и увидеть её печаль. Он просто стоял посреди дороги, вглядываясь в охладевшие к нему черты лица. В них все еще читалась прежняя мягкость, но нависшая над ней тайна не давала проявиться прежней прелести. Еще немного и тайна непременно вскроется перед ним, обнажая свою липкую мерзкую душонку, силы покинут её и обесточенная, она окончательно исчезнет с лица земли. Но, как мы любим живых в момент их близкого ухода, так и тайны в момент их раскрытия становятся слишком нам близки, и настолько, что мы совсем не хотим с ними прощаться. И если раньше Локи хотел знать все, что только мог, то сейчас любопытство его рассеялось вместе с его отработанным спокойствием и уступило месту страху скорой невыносимой потери.

- Такого мое свойство – пояснила Селена, заметив резко изменившееся настроение друга – заменять нежелательные воспоминания. Чтобы им не было больно. Я все расскажу. Пойдем – белая ладонь предоставила парню объятие.

Локи аккуратно коснулся прохладной руки. Маленькие пальчики сковали большую мужскую руку, и в ту же секунду все вокруг стало расплываться. Глаза девушки сочувственно улыбались. В какой-то момент Локи показалось, что он тонет в их снисходительной прохладе, но потом исчезли и они. И осталось только безмыслие. Так иногда странно существует спящий в своем теле, осознавая только движение нервных шестеренок и чувствуя некое присутствие – неопределенное в мире, непривязанное к месту, действию, личности. Ничего нет, и в тоже время есть все, чего только можно желать. И на границе этого всего вибрировали маленькие полупрозрачные подушечки. Тонкие пальчики мягко перебирали клочки существования, дабы они не рассыпались и не потеряли прежней, так необходимой человеку, уникальности.

Локи снова поймал взгляд карих глаз, всю девушку. Маленькая ручка заняла место рядом с хозяйкой. А когда Локи оглянулся, то увидел что находиться в огромном изысканном в своей простоте помещении. Мягкие ткани на полу и стенах темно-красных оттенков удачно гармонировали с кожаными черными креслами. Они стояли в центре на небольшом возвышении.

- Это единственная комната, куда может попасть посторонний. Руд скоро придет, и мы все обсудим.

- Руд?

- Да. Это командир отряда, который занимается поиском. По обычному сценарию они должны были начать только через пару-тройку лет, но обстоятельства изменились.

- Я все еще ничего не понимаю.

Селена улыбнулась. Как объяснить обычному человеку о расе, которая застряла в бесконечности, и теперь движется через десятки перерождения, каждый раз наблюдая зарождение и исчезновение миллиардов существ? Как рассказать ему про мужчин, которые сотнями лет ищут планеты, на которых может зародиться жизнь, оставляют там световое семя, а затем ждут, пока сойдутся все условия для появления их любимых?

Время для них стала крестом, справиться с которым они могут только благодаря любви и знаниям. 46 пар – Адамы и Евы во плоти, абсолютные противоположности, что сами создали яблоко в виде вечной любви, и теперь терпеливо поедают его как подарок от вселенной за поддержание идеального цикла: рождение и смерть.

Еще несколько лет они пробудут на этой планете, для окончательного воссоздания женской половины своего народа, а затем отправятся на просторы вселенной. Они будут наслаждаться друг другом каких-то жалких 90-100 лет, чтобы потом все начать сначала. И Евы расщепят Адамов на миллионы кусочков и снова восстановят, как младенцев. Воспитают их, передадут знания, а когда младенцы превратятся в половозрелых мужчин, Евы сольются в единое семя, из которого взрастет жизнь на очередной планете.

Как объяснить ему цену их вселенского терпения?

Селена говорила медленно, с паузами, раздумывая об уместности некоторых знаний.

- Телепатия возможна только в паре. С остальными мы вынуждены разговаривать. Так что Еву может найти либо её Адам, либо через знания других людей поисковик.

- Но мы ограничены еще и расстоянием – вмешался вошедший.

Локи посмотрел на огромного черного великана. Глаза у него были еще чернее, чем он сам, и тембр был совсем другой, так что он догадался, что это не тот человек, который ранее приходил к Селене. Он привстал. Руд крепко сжал ему руку и указал обратно на кресло и тоже сел.

- Нам нужно ваше содействие – перешел он сразу к делу. - Знать в деталях наши порядки вам не обязательно – на этих словах он снисходительно улыбнулся Селене: только она будет принимать решение о его памяти. - Достаточно понимать, что мы не собираемся ни кому причинять зла. Мы лишь дождемся перерождения наших вторых половинок и улетим. Что же касается возникшей ситуации... Такое происходило и ранее. Люди видят особенных людей и начинают ставить опыты. Иногда... – Руд несколько раз пробарабанил крупными пальцами на коленях ритм неугомонной паузы – их ведет одна из наших прекрасных женщин.

Селена погладила большую черную руку Руда в знак утешения. Тот благодарно ей кивнул.

- Одна из ваших женщин? – Локи впервые заговорил с тех пор, как он оказался здесь.

- Именно - подхватила мысль Селена - В этот раз все ниточки исходят от одной из Ев. Отчасти это нам на руку: девчонка слишком свободолюбива, чтобы зависеть от вычислительной машины. Последнее, что она сделает, это вольется в систему. Проект не понадобится.

- Кажется, мне должно стать легче... А что насчет Лили?

- С ней все хорошо и всегда будет хорошо. Вы встретитесь, но позже. Сейчас важно другое...

Локи будто бы и не заметил того, что сказала девушка:

- Вы все покинете меня – эта мысль уже давно зрела в его душе и только сейчас робко выглянула наружу. Локи уставился на нее и, не в силах сопротивляться правде, вцепился побелевшими пальцами в коленные чашечки.

Тишина болезненно сжала помещение.

«Когда все закончится, - услышал он в своей голове мелодичный голос, - я тебя поцелую. Так, как тебя раньше никто не целовал. И станет легче. Я тебе обещаю, станет гораздо легче.

У Локи защипали глаза. Он резко встал и отвернулся: и от девушки и от Руда. Только мерзкая истина и осталась - он останется один.

Руда захватило сочувствие, он хотел встать и поддержать как-то парня, но Селена остановила его легким движением руки. Головка её качнулась в отрицательном жесте. Тишина захватила комнату, Локи, болезненно сжав губы, чувствовал, как по щекам безмолвно бегут слезы. Ни всхлипа, ничего.

Потом он спокойно отер лицо рукавом и, развернувшись, сел, как ни в чем не бывало, разве что в глазах все еще краснели постыдные вены:

- Я сделаю все, что от меня нужно.