Глава 6
Святая вода не поможет вам сейчас,
Тысячная армия не удержит меня,
Я не хочу Твои деньги,
Я не хочу Твою корону,
Я пришел посмотреть, как сгорит
Царствие Твое внизу
-
Florence and The Machine – Seven Devils
-
Это было действительно что-то на гране безумия. Она замерла, когда его губы накрыли её, не в силах пошевелиться.
Она боялась.
Его рука скользнула к её талии, слегка поглаживая спину, а длинные пальцы нахально приподняли белую блузку.
Гермиона закрыла глаза. И именно сейчас девушке захотелось умереть. Сердце колотилось, как бешеное, словно вырывалось из грудной клетки.
"Это же Малфой", - твердил ей внутренний голос.
Но Грейнджер было уже всё равно.
И она сдалась и слегка приоткрыла губы, осторожно целуя и ощущая его на вкус. Это было сплошное безумие.
Почувствовав, что гриффиндорка отвечает, Малфой углубил поцелуй ещё больше. Они не могли остановиться. Просто не в этот момент, не в эту секунду и не в это мгновение.
Гермиона позволила себе положить руку на его синюю рубашку. Она давно заметила за ним одну особенность: Драко не носит рубашки белого цвета. Какого угодно, но не белого. Это казалась странным, но не сейчас...
Более странного, чем то, что они делают, не было ничего на этом свете.
Всё закончилось так же, как и началось. Резко и неожиданно. Малфой резко оборвал поцелуй и, схватив с пола свою мантию, вышел из её комнаты.
Гермиона до сих пор не могла прийти в себя. Её губы горели, а лицо пылало. Поясница до сих чувствовала тепло от его пальцев. До неё только сейчас дошло то, что они только что натворили.
И она никогда не сможет себе признаться, что действительно этого хотела.
***
Кэрри ходила по гостиной, меряя её шагами. Именно сейчас девушка обдумывала задание, которое она получила вчера вечером, и его содержание никак не могло выйти у неё из головы.
Как бы она ни ненавидела свою сестру, но, увы, это оказалось выше её собственных сил. Она бы просто не смогла, не справилась с этим. Убить Гермиону девушка всё-таки не сможет.
Какая бы она ни была, но смерть...
Она глубоко вздохнула и обхватила лицо ладонями. В голове это не укладывалось. Волан-де-Морт сказал, что смерть Гермионы Грейнджер хоть как-то повлияет на Гарри Поттера, и последний, чтобы не потерять своего единственного друга (речь идёт об Рональде Уизли), всё-таки расскажет тайну Ордена Феникса.
И этот факт должен стать решающим в будущей битве, точнее, ключом к победе.
- Господи, помоги мне, - еле слышно прошептала Грейнджер.
Впервые за многие годы она сняла свою холодную маску. Сейчас захотелось упасть на колени... разреветься, кричать об этом всем, попросить помощи, в конце-концов. Она не могла себе этого позволить, потому что это было не в её стиле.
Кэрри подумывала рассказать об этом Малфою. Она давным-давно простила ему их общую выходку на диване в гостиной. Просто это было помутнение разума у обоих, и она, сама себя не контролируя, на следующий день совершила, как ей казалось, непоправимую ошибку.
Утром, когда она заплаканная и измученная вышла из комнаты с флакончиком зелья в правой руке, она не отдавала себе отчет. И теперь Кэрри корила себя за это.
Когда её рука дрогнула над его стаканом, лишь спустя несколько часов девушка осознала свою ошибку. Она собственноручно отдала в руки своей сестре самого дорого человека в её жизни.
Зелье Амортенции.
На одном из уроков ей удалось стащить его у Снейпа, не будем говорить, каким именно способом. Месть за то, что он так поступил с ней, затмила разум Кэрри, и она, не раздумывая, незаметно сняла с мантии Гермионы прядь волос и кинула её во флакон.
Захотелось просто-напросто увидеть его лицо, когда Малфой поймет, кого он целовал... Зелье было слабое, поэтому оно лишь подсказывало, намекало Драко, что он должен делать. А сейчас она кусала локти за содеянное, и раскрыть Малфою правду приравнивалось к его потере.
Всё это навалилось на девушку за считанные дни, поэтому представить её внутреннее состояние было практически невозможно.
Что ей делать, Кэрри совершенно не знала. Ни как признаться Малфою и не потерять его при этом, ни как выполнить это гребанное задание.
В последнюю очередь её добила Чёрная метка. Это стало последним переходом на сторону Волан-Де-Морта.
Мерлин!!!
Вдруг дверь резко распахнулась, и в помещение буквально влетел Малфой. Его руки на ходу развязывали галстук, а в руках он сжимал собственную мантию. Она никогда не видела его таким... растерянным.
Он вихрем пронёсся мимо неё, не удостоив ни единым взглядом, и стремительно зашагал в сторону своей комнаты.
Ни теряя ни единой секунды, Кэрри сорвалась с места и побежала вслед за ним. Или сейчас, или никогда!
Дверь в его комнату была слегка приоткрыта, поэтому Грейнджер лишь слегка толкнула её вперед и проскользнула внутрь.
- Драко, - прошептала девушка, опасаясь, подошла к парню и легонько коснулась его плеча.
Он сидел на краю кровати, пальцами зарывшись в волосы. Казалось, что он совсем не заметил её присутствия, поэтому даже не сделал ни единой попытки скинуть её руку.
- Уйди, - рявкнул Малфой, но Грейнджер даже не пошевелилась и упрямо продолжала попытку привести его в себя.
И тут ей в голову пришла просто невероятная мысль. Действительно гениальная.
Не сказав парню ни единого слова, девушка сорвалась с места и через несколько минут принесла стакан с некой жидкостью.
Протянув его Малфою, она сказала:
- Выпей.
- Катись к чёрту, - ответил он, уставившись на стакан.
- Выпей, Драко, - она присела на колени и сжала его руку в своей, - Поверь, тебе станет легче.
Сам того от себя не ожидая, Малфой взял стакан из её рук и залпом осушил его.
Буквально через мгновение он пришёл в себя и, поморщившись от вкуса напитка, резко встал с кровати.
- Что со мной было?
На это Кэрри лишь усмехнулась и, поднявшись с колен, твердо сказала:
- Оборотное зелье.
- Какого хера? - на его лице читалось недоумение, - Фу, - он резко скорчил отвратительную гримасу, - Кажется, я поцеловал твою сестру.
Победа.
- Драко, я должна тебе кое в чём признаться, - виноватым голосом прошептала Кэрри и, сделав несколько шагов, схватила его за локоть, - Я видела как Гермиона Грейнджер что-то подлила тебе в стакан с соком за завтраком. Я видела это собственным глазами, просто была зла на тебя и не сказала. Драко, прости меня, пожалуйста, - всхлипнув, произнесла слизеринка, но Малфой лишь вырвал локоть из её руки.
Его взгляд был наполнен ненавистью, смешанной с яростью. Он резко нахмурился, а на лице заходили желваки.
- Какого хера? Ты что, совсем ёбнулась? - прошипел Малфой, и она резко отскочила назад, ведь знала, что Драко матерится лишь в редких случаях.
В очень сильно редких случаях. И это не предвещало ничего хорошего.
- Прости меня пожалуйста, Драко, - вновь всхлипнув, произнесла Кэрри.
- А не пойди бы тебе на хер, - его лицо вновь исказилось от гнева, и он занёс руку.
Еще чуть-чуть и он её ударит. Ещё мгновение.
Она распахнула глаза и увидела лишь, как пальцы сжались в кулак и медленно опустилась его рука.
- Да пошла ты, дура, - выплюнул он ей в лицо, а после вылетел из комнаты.
В глазах резко помутнело, и Кэрри, цепляясь за тумбочку, съехала вниз.
Это был полный провал.
***
В гостиной было пусто, поэтому Гермиона и Рон сидели там и практиковались в заклинаниях.
Стараясь отогнать от себя воспоминания о Малфое, Гермиона сразу же и согласилась помочь Уизли с некоторыми заклинаниями, которые у него не очень хорошо получались.
- Попробуй еще раз, - Гермиона широко улыбнулась, когда Рон сосредоточился.
Когда он на чём-то зацикливался, то выглядел очень милым, и Гермиону это часто забавляло.
Он кашлянул в кулак, а после, взмахнув палочкой, произнёс:
- Эванеско.
- Эм, ты, конечно, меня прости, но это совсем не то, что нужно, - отчеканила Гермиона, посмотрев на плоды его стараний.
Исчезающее заклятие. Рон попытался скрыть от посторонних глаз одну из своих любимых магических шахматных фигурок. В итоге голова коня до сих пор оставалась в воздухе.
- Я больше не могу, Гермиона, - откинувшись на спинку кресла, пробубнил Рон, - Это издевательство. Я уже целый час пробую, и у меня никак не получается.
- Здесь нужна практика. Тебе нужно расслабиться и сосредоточиться, - Грейнджер одобрительно улыбнулась Рону, который кивнул ей в ответ и возобновил свои попытки.
Сама девушка вновь и вновь прокручивала сегодняшние события у себя голове. С ней и Малфоем определенно творилось что-то неладное.
Она не могла объяснить ни своё поведение, ни поведение Драко. Ей казалось это невозможным.
Он прикоснулся к ней. Она до сих пор непроизвольно облизывала и до крови кусала губы, в попытке возобновить его вкус.
Больше никогда она не позволит этому ублюдку сделать это.
Н.И.К.О.Г.Д.А!
Она не представляла, насколько точными были сейчас её мысли.
В следующие мгновение произошло действительно что-то невероятное. Руки и ноги Уизли сложились по швам, и в следующие мгновение он растянулся на полу, а от еле слышного "Экспеллиармус" палочка девушки оказалась у стоящего в проёме Драко Малфоя.
Его глаза метали молнии то в её сторону, то в сторону Рона.
- Что за чёрт ты здесь творишь, Малфой? - она поджала губы и сделала несколько шагов в его сторону.
Он был очень зол. Это было видно по выражению его лица, которое отображало всю его ярость.
- Могу спросить тебя о том же.
- О чём это ты?
- Давай, ты не будешь ломать комедию, Грейнджер. Суй свои грязные руки в свои трусы, представляя меня в своей комнате...
- Что?
Да как он смеет?! Мерзкий, отвратительный ублюдок!
- А то ты не понимаешь. Подлила мне эту дрянь...
- Какую дрянь?
- Не тупи, Грейнджер, и не смей отрицать, что подлила мне Амортенцию в сок!
- Чего? - девушка расхохоталась во всё горло, хотя страх охватил её изнутри.
Внутренности сжало. Что он вообще говорит?
- Не делай из себя дуру.
- Знаешь что, Малфой, - с горечью произнесла Гермиона, - Я тебе ничего не подливала. Мне это не нужно совсем, в равном счёте, как и тебе. Не знаю, кому это понадобилось, но, поверь, этот человек желает тебе зла. Я бы ни в каком случае не стала это делать. Верни мне мою палочку по-хорошему, - она вытянула руку вперед, сдерживая слёзы, которые вырывались наружу.
- Нет.
Из заднего кармана джинс девушка достала палочку Рона, которую успела прихватить незаметно, и, нацелившись на сжатую в руках Малфоя собственную палочку, произнесла:
- Экспеллиармус.
Палочка ловко выскользнула из длинных пальцев и оказалась в руках у Гермионы. Развернувшись спиной к Драко, она подошла к Рону и сняла заклинание, а после, не объяснив ничего удивленному Уизли, помчалась к себе в комнату, желая лишь одного - как можно быстрее проснуться.