Мой прекрасный разрушитель [18+]

Бриана🧜‍♀️

Я услышала телефонный разговор Тим с проклятой Зои. Не верю, что я сказала ему не отталкивать ее. Скорее я хотела сказать оттаскать ее за волоссы, но язык подвернулся, да точно.
Лишь одна мысль от том что он прикасается к ней, целует ее также как и меня, мне хочется умереть, если он к ней притронется, я..я не знаю что я могу сделать.
Ревность душит мен изнутри, и я просто жду...мне до смерти хочется услышать их разговор, услышать, что он ей говорит, чтобы она отстала и он любит только меня, несмотря ни на что...
А что? Да я эгоистка...меня такой вырастили. Я купалась в роскоши, у меня были самые дорогие игрушки, и я носила самую дорогую одежду, но вот пришла эта паршивка и решила украсть у меня то, что принадлежит мне!
Да как он и сказал я буду принадлежать ему, так же и он мне. До этой гребанной свадьбы я найду...должна найти что-то против Эдриана и в ответ шантажировать его.
Я стою около открытых ворот и вижу, как эта сучка визжит и бросается на Тима. Ну все сучка тебе конец! Думаю, я и хочу расцарапать ее лицо, за то, что она кинулась в его объятия и я подаюсь вперед, когда слышу слова, которые подвергают меня в шок и рушат весь мой мир.
– Я беременна! У нас будет ребенок... — говорит она, весь кислород улетучивается уз моих легких, и я начинаю задыхаться.
– Что?! — независимо от себя выхожу я из своего убежища и встаю перед ними, она все еще весит на нем, а от лица Тима отхлынула краска, он похож на мертвеца. – Что ты сказала? — наконец я прихожу в себя и подаюсь вперед.
Он отпускает ее и поворачивается ко мне.
– Бриана, что ты тут делаешь?
– Я задала тебе вопрос, — игнорирую я его.
– Я беременна ребенком Тим, — кладет она свою ладонь на плоский живот и дергает подбородком.
Я начинаю заливаться истерическим смехом.
– Послушай меня, чтобы забеременеть его ребенком, его член как минимум должен быть в тебе, а, чтобы результат был конечным, он должен трахнуть тебя. Ты вроде большая девочка, но не знаешь простую анатомию, — мне действительно смешно от ее этого глупого высказывания. Хотя бы напялила бы накладной живот, это было бы больше правдоподобна.
Но меня начинает напрягать ее дерзкая ухмылка и то что она еще держится за свой плоский живот.
– Тим...она еще не знает? — смотрит она на него и выражение его лица говорит о том, что он в дерьме, но я опять же исключаю этот дикий вариант.. Он не мог ее трахнуть, нет!
Никогда я не поверю в это! Эта возможно даже сон, да сон! Что я должна сделать ущипнуть себя? Или что?
– Зои, тебе лучше уехать.
– Да, Зои.. А лучше свали! — цежу я.
Она непонимающе смотрит на него, но ничего не говоря садится в свою машину и катится к черту.
Мы остаемся одни.
– Что это было? Если это какой-то хренов розыгрыш, Ларсон, – ты облажался.
Он молчит.
– Я с тобой разговариваю, почему эта дура утверждает, что твой член был у нее между ног?!
Он все еще молчит.
Я подхожу и начинаю трясти его. Он не останавливает меня и в мою голову на долю секунды лезет ужасная мысль о том, что эта сука может быть права.
– Русалка, — берет он мои руки в свои.
– Ответь черт побери мне уже! — чуть ли не скулю я и глаза наливаются кровью от его несчастного вида.
Почему он не закричал что эта Зои рехнулась, почему не убеждает меня что это неправда, почему...Господи...пожалуйста...
– Прости меня, — слетают эти слова с его уст как гром, как раскаленная лавина, как ужасный всепоглощающий торнадо не оставляющий после себя ничего.
– Что? — шепотом говорю я.
– Я проснулся после твоей помолвки у нее в комнате, точнее в ее кровати.
– Ты был голым?
Он молчит и снова не смотрит на меня.
– Вы были обнажены? — рычу я как раненое животное. – Отвечай, твою мать! — бью его сильно по груди.
– Да! Будь я проклят! — сцепляет он свои пальцы на затылке.
Я раскрываю глаза шире и понимаю, что давно уже начала плакать.
– Русалка...
Я со всего размаху даю ему пощечину, его голова дергается, я даю еще одну, и он все еще молчит и пускает чтобы я его избивала.
Когда человек не сопротивляется? Когда он с головы до пяток в дерьме и виноват.
– Бриана, пожалуйста, я люблю тебя.
– Не смей! — поднимаю я указательный палец в воздух. – Не смей больше произносить мое имя! — делаю шаг назад. – Не смей говорить со мной! — еще шаг. – Не смей подходить ко мне!
– Пожалуйста, я был пьян я ничего не помню до сих пор, я бы никогда...
– Ты уже мать твою это сделал! — плачу я как последняя слабачка и вижу, что его глаз тоже влажные. – Ненавижу тебя, Ларсон.
– Детка, послушай, — подается он вперед.
– Нет! Не смей! Ты не притронешься ко мне больше...Когда мы...то есть ты трахал меня...
– Тогда я не трахал тебя, мы занимались лю...
– Заткнись! Не оскверняй это слово! Ублюдок! Будь ты проклят! Я клянусь тебе я буду снимать домашнее порно с Эдрианом и каждый месяц этого числа буду отправлять его тебе! Чтобы ты смотрел как он, блядь, трахает меня и стирает твои прикосновения, — слова с трудом слетают с моих уст так как я говорю я плачу одновременно.
– Ты не посмеешь, — рвется он с места и я не успеваю среагировать как он приживает меня к стене, рядом с воротами, это ворота для черного входа и поэтому тут нет охраны. Он держит одной рукой мой затылок другой зажимает мне рот.
– Он не посмеет прикоснуться к тебе, — его глаза темнеют и взгляд превращается в звериный, готовый растерзать все, что есть на своем пути. – И ты не позволишь ему это, потому что я, блядь, буду приходить и трахать тебя каждый день, что твое тело будет в изнеможении, ты будешь одаривать своими стонами только меня русалка, понятно тебе?
Он убирает ладонь с моего рта.
– Мечтай дальше, Ларсон, я перепробую с ним все и во всех позах...
Он впивается в мои губы в ненавистным поцелует, и я не раскрываю своих губ и толкаю его, царапаю, бью по груди, но он больно кусает мою губу и под действием боли я поддаюсь.
Его язык проскальзывает в мой рот, исследуя и дразня мой язык, он пальцами сжимает мою челюсть. И так же резко отстраняется.
– Ты будешь принадлежать мне! Всегда, — отпускает он меня и делает два шага назад. – Я еще никогда в своей жизни, — он тяжело дышит, как и я. – Так не сожалел, как о той ночи с ней и, если бы все можно было бы вернуть, я бы продал душу дьяволу и сделал бы это, но я облажался. Я облажался русалка, — проводит он рукой по волосам. – Облажался.
– Ненавижу тебя! Я никогда в жизни не прощу тебя, Ларсон! никогда! Просто знай это! И пусть это сжигает тебя изнутри, пусть тебе будет больно, как и мне сейчас, потом отправлю пригласительное вам с Зои на мою свадьбу, — сказав эти слова я быстро развернулась и направилась к сторону особняка. Все мое тело дрожало и меня бросало в мелкую дрожь.
Я шатаясь преодолела холл и поднялась к себе в комнату. Как только я закрыла дверь, я прислонилась к ней спиной.
Все что произошло несколько минут назад опят навалилось лавиной на меня. Слезы стекали по моему опухшему лицу и сердце разрывалось в клочья от боли, которую он причинил мне.
Он дотронулся до нее...они переспали, не важно в каком состоянии это было, эти ничего не меняет. Он предал...изменил мне...как и обещал, он сломал меня.
Направляюсь к прикроватной тумбочке и открывая его достаю его подарок, который он подарил мне в мой день рождения.
Звезду «Бриана» и сам же заставил затухнуть ее, своими же руками...проклятые слезы...проклятая Зои...проклятый Ларсон...
– Ненавижу! — поднимаю я стеклянную рамку над головой и разбиваю ее о пол. Осколки разлетаются по всем углам комнаты, минуту я просто смотрю на осколки, но потом я не успокаиваюсь и беру сам сертификат и разрываю его в клочья, чтобы ничего не осталось от него...ничего...
– Детка...Бриана, что случилось? Что это разбилось, ты не ранена, — стучит ко мне в дверь бабушка.
Я не отвечаю ей. У меня просто нет сил. Я падаю на пол около осколков и просто смотрю в пустоту...
– Бриана! Ты меня пугаешь, не делай так, твоих родителей тоже нет дома.
Неудивительно...
Я поднимаюсь и открываю ей дверь.
– Милая, — она прикладывает руку к губам, — почему ты плачешь?
– Обними меня, бабушка...пожалуйста... — она заключает меня в крепкие объятия, и мы стоим с ней на пороге моей комнаты.
– Что случилось? Эдриан тебя обидел? — спрашивает она и я начинаю еще сильнее реветь.
– Нет, — говорю сквозь слезы.
– Хорошо, детка, поплачь, поплачь, — она садится на мою кровать, и я кладу голову к ней на колени, бабушка гладит мои волосы, а я плачу...не могу остановить этот поток слез, почему так больно. Господи, он не заслуживает и долю моих слезинок.
– Бабушка... — всхлипываю я. – Мне так больно...так обидно...
– Милая, что такое, что случилось, расскажи мне, может я смогу чем-то помочь? — продолжает она гладить мои волосы.
– Как ты приходила в себя после измен дедушки? Как ты...смогла простить его? Прощала неоднократно?
– Эдриан изменил тебе?
– Нет...пожалуйста ничего не спрашивай, просто ответь.
– Постепенно...собирая себя по разлетевшимся кусочкам...склеивая разбившееся сердце, потому что оно билось лишь для него.
Я даже представить не могла себе как мы с бабушкой похожи. Но я в отличии от нее, никогда не прошу Ларсона, он уничтожил, разрушил, искомкал мое сердце.
________________

Скажите пожалуйста, я сохранила тот самый драйв что было в начале? Мне кажется события разворачиваются слишком быстро😟