1+3

Каллен надвигается на меня, нависая до района своего живота, а остальной частью тела все ещё продолжает лежать на постели, как и раньше. Его губы из поцелуя, который вышел более глубоким перемещаются на мою скулу, посасывая, прокладывает путь к шее, лаская и ту мягкими губами.

Мои глаза непроизвольно уставились в потолок, я ощущала себя...странно. Мне приятно, но при этом такие откровенные ласки казались чужими и незнакомыми. Конечно, Кларк тоже целовал меня в шею, он оставлял на ней засосы. Я всегда ощущала радость о того, что они оставались на мне. Это как постоянное напоминание о том, что ты не одна, что нужна.

Мне нравилось, но я не знала и не знаю, как реагировать на действия Каллена, поэтому я лежу, подставив волку чувствительное место, боясь дышать и двигаться.

Каллен не останавливался, с остервенением опускаясь все ниже, в желании завладеть всё большей территорией. Его рука потянулась к лямке лифчика и майки, желая стащить бретельку и того, и другого.

— К-Каллен.— Я хватаю рукой край одежды, не давая ему опустить его, чтобы открыть обзор на грудь.

Парень не отвечает мне, но и не настаивает. Опускается ниже, несильно задирая майку, чтобы оставлять поцелуи на животе, который я невольно втягиваю, чтобы, черт возьми, не показать ему в открытую недостатки фигуры.

— Расслабься. Рядом с нами тебе не нужно быть той, кем ты не являешься,— одна его рука опускается на мой живот, поглаживая, но не перекрывая некую часть территории для поцелуев.

Вот, черт, звучало вроде мило и скорее всего смысл фразы тоже был чистый и искренний, но вот...другой подтекст, который, скорее всего даже не всплыл в голове мужчины, появился в моей. Я все-таки не стройная. И, знаете, я в курсе, но столкнуться с правдой лбом – совсем другое чувство, нежели знать это тихо внутри себя. Можно было сказать тоже самое, только менее резко. Но, чёртовы мужики, они этого не понимают!

— Каллен, пойдём вниз,— тихо прошу я, упираюсь руками в его плечи, чтобы отстранить от себя парня. Мои лёгкие попытки никак не меняют ситуацию, и я начинаю прикладывать силу, чтобы меня услышали.— Каллен!

— Тише-тише, моя маленькая.— ласково шепчет он. Его спокойный тон не вязался с уверенным движением руки, которая схватила мои заняться и подняла над моей головой. Если бы я действительно хотела вырваться, то точно смогла бы освободить руки, но...я этого не так то и хотела. Этот момент понравился мне. То, что мужчина самостоятельно принял решение, на которое у меня не хватило смелости и раскрепощенности. Каллен меняет положение, пробирается параллельно мне, и мне приходится раздвинуть ноги, чтобы его тело смогло возвыситься надо мной.— Дай мне ещё полакомиться тобой.— то ли просит, то ли приказывает, но мне нравится нотки утверждения в его обычно лёгком и весёлом голосе.

Каллен не пытался зайти дальше того, что я позволила ему. Я не понимала, почему он с таким удовольствием гладил ладонью мою кожу, целовал её или посасывал, слегка прикусывая иногда. Я не понимала, почему ему это нравилось и почему он так этого желал.

Дверь открывается, и я испуганно смотрю на нежданно гостя.

— Прекрасно, братик,— рычит Аден.— Не хотел ли ты обсудить это.— Каллен довольно улыбается и отвечает:

— Это получилось случайно.— оставляет последний нежный поцелуй по середине живота, смотря при этом в мои глаза и отходит, начиная одеваться.

—  Мы так не договаривались. Что в то время, как мы терпим эту стерву, вы чуть ли не трахаетесь здесь.— сквозь зубы шипит разъяренный мужчина на парня, что безразлично пожимает плечами. Как только на нем появилась футболка и свободные штаны, он подходит к брату и отвечает безразлично:

— Это получилось случайно. Оставлю вас,— затем он улыбнулся мне и вышел, оставляя меня с опасным мужчиной в весьма плохом расположении духа. Спасибо! С Аденом я не чувствовала спокойствия или защиты, так как этот парень и сам был опасен, не знаешь, что же ожидать от его эмоций сейчас?

Он переводит на меня голубые глаза, которые вмиг стали нечитаемым льдом безразличия и огорчения.

— Я не имею прав целовать тебя, а мой брат может, судя по твоим опухшим губам и телу покрытому его гадкой слюной.— неловко поднимаюсь, готовясь защищаться.— Ответь мне, милая, чем я настолько плох, что не заслужил быть на его месте?

— Так просто получилось,— мой ответ нарушил тишину неуверенно и дрожа.

— Ах, точно.— собеседник несколько раз подряд резко кивает, подходя ближе ко мне и останавливаясь около постели.— Так получилось...— лживое понимание с его стороны душило, он издевался и делал это смакуя и искусно играя. Легко играть, когда ты занимаешь высокую позицию; выше, чем тот, с кем ты ведёшь игру.— Сколько раз я слышал уже эту фразу? Очень много, Полли. И...ни один раз мне от этого не стало легче! Я хочу, чтобы ты сейчас же подошла ко мне и ласково, и покорно поцеловала меня. Поцеловала так, чтобы я не вспомнил об этой ситуации больше никогда.— Аден договорил, сурово смотря на меня.

Часть меня поражена такой силой и властью этих мужчин, которые знали, чего они хотят и как этого достичь. Другая часть рычала от того, что кто-то позволил себе такое отношение к ней. И теперь оставалось сделать выбор? Какой?

— Я могу позвать Ричи, и ты сорвешь на нем желание отдавать приказы.— зло прокомментировала я, сложив руки на груди в жесте защиты и протеста, сдвинула брови к переносице.— А со мной в таком тоне разговаривать не нужно.

Злость. Ярость. Вот, что надеялась увидеть на лице мужчины после моих слов, которые явно не должны были прийтись ему по вкусу.
Но Аден слабо усмехнулся. Он схватил мою лодыжку, потянув её на себя. Громкое "Эй" вырвалось от неожиданного действия. На фоне этого дерзкого знака его поцелуй вышел очень даже нежный. Он стоял надо мной, оперевшись коленом о кровать между моих ног. Другая его рука держала мои волосы, а локоть этой же руки, положенный на кровать, делал его положение более устойчивым.

Он отстраняется и произносит шёпотом около моего уха:

— В нашу первую встречу я сказал тебе, что трахну тебя меньше, чем через неделю. Признаю, что в плане срока я ошибся на немного, но совсем скоро это произойдёт.— обдумываю эти слова. Он, правда, думал, что они мне должны понравиться? Что он вообще думал, когда говорил это?

Резко отталкиваю его, перекатываюсь и поднимаюсь, благополучно выходя из комнаты. Походка отличалась особой тяжестью, пальцы сомкнулись в железный кулак. Какого черта, я дала мужчинам руководить собой, если в их головах подобные мысли? Хватило бы ума не говорить это вслух! А он ещё и гордится этой мерзость, словно я – тушка без чувств и мыслей.

Зачем я поддалась им? Почему так быстро привыкаю и доверяюсь? Это неправильно, это больно, это не приведёт ни к чему хорошему! Провожу ребром ногтя по коже. Ногти у меня были тонкими, что способствовало лучшему вреду коже. Впрочем, кроме небольшой красноты ничего не случилось. Остудив первые эмоции, придаю лицу пустое выражение лица и вхожу на кухню с улыбкой.

— О-о, вы быстро. Мы думали, что вы задержитесь надолго,— весело признается Вивиан, изучающе смотря на меня. Собственно, внимание всех остальных за столом также приковалось ко мне.

— Была бы причина,— усмехаюсь я, хотя при этом не испытывала и капли радости. Моё настроение испорчено и всё, что есть внутри – истерика.

— Ну-у,— с намёком тянет девушка.— Нам казалось, что причина есть.— ей явно было весело, что сейчас просто раздражало. Удивляюсь сама себе, что поднимаю на неё взгляд, лишённый какого-либо привычного сарказма. Я не могла понять точно, какими выглядели мои глаза, но я пыталась сделать их хотя бы просто лишёнными эмоций.

— Есть желание обсудить мою личную жизнь?— спрашиваю сухо.

— Э-э, нет. Прости,— теперь Вивиан теряет свой запал и отвечает, опустив глаза на свои колени, на которых цепляла пальца между собой. Киваю, обращаясь не к кому-то конкретному:

— Кто-то видел мой телефон?

— Он у меня,— Рич достаёт моё устройство из кармана своих джинс, что вызывает во мне некоторое сомнение и удивление.

— И что же мой телефон делает у тебя?— недоверчиво прищуриваюсь.

— Отдыхает в тёплых и надёжных руках, пока хозяйка не вспомнит о нем,— улыбается Рич, и я таю, в момент забывая про свою оскорбленную честь.

— А хозяйке тёплые и надёжные руки достанутся?— игриво интересуюсь я со смехом.

— Конечно,— Рич улыбается, пока наши лица находятся достаточно близко друг к другу. Мы играли друг с другом чистой симпатий и притяжением, счастливо наслаждаясь этими чувствами взаимоотношений. Замечаю фигуру, входящую на кухню и сразу же меняюсь в лице. Ставлю локти на стол, уткнувшись в телефон.

— Прекрасно. Я не успел спуститься, а ты уже флиртуешь с моим братом.— кривит губы Аден, кинув в меня своим раздражением.

— Если ты думаешь, что мне интересно твоё мнение, то ты ошибся.— отвечаю, не отрываясь от телефона, в котором, кстати, делать практически было нечего. Телефон являлся укрытием.

— Что между вами там произошло?— озадаченно задаётся вопросом Каллен. Я молчу, упрямо игнорируя вопрос.

— Не лезь не в свое дело.— раздражённо даёт ответ Аден, что, признаюсь, стало мне симпатично. То, что он не стал вписывать других людей в наши отношения, хотя я бы при этом с желанием послушала его версию произошедшего.

— Кто-нибудь пьёт кофе?— задаюсь вопросом опять в пустоту. Чувствую, как организм изнывается в желании ощутить этот божественный напиток.

— Нет,— отвечает Вивиан.— Он плохо сказывается на здоровье.

— Ясно,— поднимаюсь, чтобы дойти до чемодана, в котором и находилась "золотая" упаковка растворимого кофе в пакетиках. У каждого свои принципы и правила, в этом нет ничего плохого, если эти правила не мешают жить другим людям. Возвращаюсь на кухню с ней, ставлю на столешницу и лезу в полку за кружкой.

Аден поднимается со стула и забирает упаковку, вытянув руку с ней вверх. Мой рост был ниже сам по себе, а с выпрямленной рукой у меня совсем не было шансов достать вкусняшку.

— Ты не станешь пить эту дрянь.

— Не угадал,— едко замечаю я, складывая руки на груди и в упор смотря в глаза мужчине. Я не стану кривляться и пытаться достать, и так понятно, что мне ничего не перепадет.— Отдал! Сейчас же!— жёстко произношу я, пылая от ярости.

— Ты теперь наша и нам решать, что для тебя лучше, раз ты не можешь понять это самостоятельно.— выдаёт мужчина поучительно.

— Обойдешься. Я не становилась вашей и не стану. И я сама буду решать, что делать, а что нет. Аден, мне в руку сейчас же!— Я даже не догадывалась, что могу общаться настолько жёстко. Я понимаю, что моё выступление осталось без реакции зрителей и от отчаяния хлопаю ладонью по груди мужчины. Удар не был сильным, я уверена в этом, но, возможно, вышел ощутимым.

Аден стягивает губы, напрягая челюсть и свободной рукой, левой, тянется к моей шее, обхватив ту почти полностью.

— Не советую проявлять настолько сильное неуважение, маленькая, потому что пойдут последствия.

— То есть неуважение ко мне проявлять можно, а к тебе – нельзя? Могу прочитать значение слова "справедливость", если ты не знаком с этим понятием.— должно быть чувство самосохранения стояло в очереди гораздо позже, нежели гордость и честь и правильно, нечего этим мужчинам задирать нос выше неба.

— Я проявил к тебе неуважение?— вопросил он, выгнув бровь. Этот вопрос взбесил меня до предела. То есть для него нет даже проблемы?!

— О, да, когда сказал...то, что сказал наверху! Знаешь, нормальные люди сначала думают, а потом говорят, а ещё лучше – думают и не говорят!— Возможно, я поняла ещё одну свою проблему. Эмоции порой брали вверх над здравым смыслом, и тогда я почти не думала и могла наделать глупостей во время тех самых бурных эмоций. Сейчас подведенная к точке кипения и закинутая наверх я была готова даже убить Адена, черт бы его побрал!— Ты думаешь, что стал сразу крутым мужиком, если таким паршивым способом возвысил себя над другим человеком? Так вот, друг мой,— обращение выплевывается само собой.— Мужская крутость заключается совсем в других вещах. Кофе! Сейчас же, Аден!

Мужчина не двигается, хоть мне и кажется, что его взгляд стал более осознанным и задумчивым.

— Да и пошёл ты.— выплевываю свирепо, развернувшись в сторону выхода и помчавшись наружу быстрым шагом. Хлопаю дверью. Да, это очень важный момент. Но вышел он у меня произвольно.