Жажда Хаоса

Причина большинства трагедий – неумение вовремя признавать поражение. Перед вылетом на шаттл зашел Гней, и слова, сказанные им в напутствие, не выходили из головы.

Иногда Гней все-таки покидал смотровую. Ошибаться в людях иной раз бывает приятно: у Безликих не было времени заскочить в столовую, но благодаря Гнею, Феликс реализовал второе из трех своих желаний.

Набив рот пастой, которая показалась даже вкуснее ранты, Безликий медленно скатывался в сон, наблюдая за застывшими на видеопроекциях звездами. До портала оставалось семь часов полета.

— Ненавижу бездействие, — Лаура вскочила с кресла и принялась расхаживать из стороны в сторону. — Как думаешь, Харон действительно тот самый агент, который должен был забрать куб из зоны передачи? Надеюсь, мы успеем раньше полиции.

— Невозможно повлиять на время полета. Лучше поспать пока есть возможность, — невнятно пробормотал Феликс. Жевательные мышцы, уставшие от борьбы с пастой, противно ныли, не желая участвовать в разговоре.

— Почему ты пошел со мной?

— С тобой сейчас безопаснее, чем на базе.

— В прошлый раз ты думал иначе.

— Что ты хочешь услышать? На базе не было другого шаттла, а ждать следующий – слишком рискованно.

— По крайней мере, честно, — хмыкнула Лаура. — Знаю, что Август запретил, но я все равно проверю свои догадки насчет Оракула. Нужно проникнуть в "Денорен" и попытаться узнать местонахождение открытого узла. Я не откажусь от помощи. Сказать по правде, в моем списке напарников ты на последнем месте.

— Надеюсь, в нем только одно имя?

— Мне нужен твой имплант.

— Чего? — Феликс развернулся в кресле. Дрема схлынула так быстро, будто разгерметизировали шлюз.

— Это не обычный боевой вылет, — зараторила Лаура. — Надо проверить станцию, где Терция оставила куб. Если его там не окажется — проникнуть в космопорт. Да и насчет Оракула... Я не знаю точно, что искать. Ты же не собираешься разгуливать в масках по всему Нантану?

— На корабле я планировал разделиться.

— Поодиночке у нас мало шансов на успех.

— И что ты предлагаешь? Открыть друг другу лица? Даже если не брать в расчет то, что это запрещено правилами, оставить за скобками то, что это попросту опасно, в списке тех, кому я готов показать лицо, тебя нет вообще.

— Прозопагнозия, — Лаура остановилась, кивнула сама себе и снова продолжила мельтешить.

— Что? — из-за невесомости голова Феликса и так кружилась. Наблюдать за Лаурой было пыткой.

— Неспособность распознавать лица. Хочу попробовать перепрограммировать импланты, чтобы мы не могли запомнить лица друг друга.

— Кем же ты была в прошлой жизни? — Феликс развернулся обратно к панели управления и уставился в неподвижные проекции космоса. Из-за отсутствия близких объектов они казались нереалистичными, напоминающими скорее картины, чем видео с наружных камер. — Не хочу, чтобы ты копалась у меня в голове. Не уверен, что среди твоих многочисленных талантов найдется еще и медицинский. Ты слишком молода.

Лаура тихонько хмыкнула.

— Тысячи лет развития косметологии, сотни – пластической хирургии и исследований в области биогеронтологии, и все тщетно. От мужчин все еще не скрыть реальный возраст даже под маской.

— Я серьезно, Ла. Мне не нравится твоя настойчивость.

— Я справлюсь. Да и вариантов нет, — Лаура вернулась в свое кресло и развернула Феликса так, чтобы заглянуть в глаза. Как будто в масках это имело какое-то значение. — Имплант крохотный, не толще пары миллиметров в диаметре, и находится прямо под кожей. Его легко можно заменить. Он считывает электроды-стенты в твоем мозгу... Вот с ними ничего не поделать, но нам и не нужно. Они лишь передают и принимают сигналы. Интерпретацией занимается имплант.

Феликс не мог доверять Лауре, уж точно не после того, что случилось на Шивартане. Безликий снова чувствовал себя в клетке. Лишенным выбора. Он до ужаса ненавидел это чувство, которое испытывал от необходимости раз за разом повторять проверку. Еще девственные воспоминания о последних трех днях заставили содрогнуться, но, в то же время, сделали цель яснее.

— Почему ты сомневаешься? — спросила Лаура.

— Серьезно? Ну да, если подумать, у меня нет ни одной причины. Наверное, я просто боюсь, что после трех дней без сна мое лицо выглядит немного помятым.

— Не переживай. Я все равно не запомню.

— Тогда лучше начать. Если что-то неизбежно – лучше сделать это скорым.

Лаура резко оттолкнулась от кресла и поплыла к люку в грузовой отсек. Снизу раздался звон ящиков и предметов. Феликс старался не думать, о том, что будет дальше, но бездушное статичное пространство снаружи не позволяло отвлечься. Наконец, Безликий услышал тяжелое дыхание за спиной.

— Громко считай до трех.

— Раз... — начал было Феликс, но что-то вгрызлось в затылок, вырвало, судя по ощущениям, кусок плоти размером с кулак. — Твою мать! Ты же сказала до трех!

Безликий вскочил на ноги и схватился за уязвленное место. Лаура убрала имплант – продолговатую тонкую капсулу, не длиннее ногтевой пластины, напоминающую скорее иглу – в карман и протянула Феликсу странный белый пистолет, не похожий на боевой.

Конусообразный ствол, похожий на лазерный, но слишком узкий для боевого: луч выйдет не толще миллиметра. Колено на конце, по всей видимости, позволяло двигать лучом вверх-вниз без необходимости шевелить рукой.

Лаура повернулась спиной и обеими руками подняла волосы, оголив тонкую бледную шею.

— Моя очередь, — пробормотала она.

— Что это?

— Пистолет для имплантации. Довольно древний. Направь его на затылок с небольшого расстояния – сантиметра будет достаточно – и води, пока не загорится зеленый светодиод. Зафиксируй руки покрепче и нажми большими пальцами на кнопку в задней части. Пистолет разрежет кожу лазером, вытянет имплант и запаяет рану. Главное, не шевели руками, — Лаура задержала дыхание. По ее коже пробежало напряжение, скопившись в потяжелевших задрожавших плечах. — Насколько это больно по шкале от одного до десяти?

— Три, — прошептал Феликс и, одновременно, что есть силы вдавил кнопку.

Брызги крови застыли в воздухе крохотными сферами, словно время остановилось. Лаура вскрикнула и схватилась за затылок:

— Вот почему их больше не используют!

Девушка вырвала пистолет из рук Феликса и нажала на боковую кнопку. Вылетевший имплант угодил прямо в раскрытую ладонь.

— Можешь поспать пару часов, пока я ковыряюсь.

— А как же ты? — спросил Феликс, но больше из вежливости. Заветное разрешение сделало свое дело: веки стали неподъемными, а тело, казалось, держится в вертикальном положении из последних сил, даже несмотря на отсутствие гравитации.

— Мне в последнее время не спится.

Скрестив ладони на затылке, Фел откинулся в кресле. Кожа на голове и так саднила, но мысль о том, что имплант придется вернуть на место, не давала забыть о боли. Лаура уселась рядом, переложила один из имплантов в адаптер и принялась тарабанить пальцами по предплечью.

Слишком похоже на дождь. Феликс закрыл глаза.