Охотник за сновидениями

Карек с замиранием сердца взглянул на колдуна. Скулы непроизвольно дернулись, и лицо мгновенно приобрело мертвенно-бледный оттенок. Карек бросил быстрый взгляд на Януша, словно искал у него защиты, но, поняв, что помочь тот ему не сможет, опустил глаза.

— Вам нужно уйти, - глухо сказал он. — Как можно скорее.

Карек снова взглянул в зеркало. Из зазеркалья на него смотрело желтое, ненавистное лицо. Криво усмехаясь, колдун сжимал в руке красную нить, медленно наматывая ее на палец. Не отводя от Карека раскосых глаз, он накручивал ее, пока Карек не начинал ощущать на руке тугое натяжение, ждал несколько мгновений и снова распускал, внимательно наблюдая, как Карека захлестывает удушливая волна страха. Наконец, наигравшись, он предупреждающе дернул за нить. Рука Карека отозвалась в ответ. Карек вздрогнул, побледнел еще больше и судорожно схватился за запястье.

Заметив произошедшую с другом перемену, Януш обеспокоенно шагнул ему навстречу.

— Что случилось? – спросил он, и увидев, как Карек, не отрываясь, смотрит в зеркало, тихо добавил: — Это он? Он здесь?

Карек не ответил. Лишь напряженно смотрел сквозь зеркальную поверхность, весь подобравшись в ожидании приближающейся боли.

Януш взглянул в зеркало, но кроме Карека и собственного отражения ничего не увидел.

— Чертов трус! Мне на глаза даже показаться боится. Только и может, что исподтишка гадить! - прошипел он в ярости и схватил со стола стакан, намереваясь запустить им в зеркало.

— Не надо! - остановил его Карек, хватая за руку. — Его это только развеселит. - Он вспомнил, как сам когда-то разбил зеркало, пытаясь избавиться от проклятого колдуна, но добился лишь того, что отражение старика рассыпалось и безудержно хохотало в каждом осколке.

Все это время наблюдавшая за ними Дженни, наконец, не выдержала и подошла ближе.

— Что происходит? - она проследила за взглядом Карека. — Кто это? - в недоумении пробормотала она, уставившись в зеркало.

— Это самый страшный кошмар Карека, - отозвался Януш.

— Неудивительно, - чуть слышно выдохнула Дженни. Вид отражающегося в зеркале старика был настолько отталкивающим и пугающим, что она поспешно шагнула за Януша, опасливо прячась за его спину.

— Подожди! - опомнился Януш. — Ты что, его видишь? - удивленно спросил он.

— Вижу, - кивнула Дженни. — А ты разве нет?

Януш покачал головой.

— Ну, как же так? - удивилась Дженни. — Вот же он! - она вложила свою узкую ладошку в его руку и указала пальцем на зеркальную поверхность.

Как только она коснулась руки Януша, отражение комнаты внутри зеркала задрожало, размылось и потеряло четкость. Стремительно меняясь, оно приобрело другие формы и, наконец, озарившись яркой вспышкой, открылось в ином виде. Януш увидел большой, каменный зал, тускло освещенный зажженными факелами, и сухого старца, одетого в длинные одежды. Старик сидел в большом кресле, которое, казалось, слишком велико для него. Сухие ножки, обутые в соломенные туфли, едва касались пола, и потому под них была подставлена маленькая скамейка, обитая черным бархатом. На коленях у старика, свернувшись клубком, лежал кошмар, и тот неспешно поглаживал его, словно большую, ленивую черную кошку. Кошмар с готовностью подставлял спину и шумно хрюкал от удовольствия, блаженно щуря красные сверкающие глаза. Почувствовав, что рука колдуна на мгновение замерла, он нехотя поднялся, выгнул спину, пару раз переступил маленькими крокодильими лапами на коленях у старика, недовольно боднул головой его ладонь и, ощутив возобновившееся мерное поглаживание, снова улегся, свернувшись в клубок.

Глядя на колдуна, Януш криво усмехнулся.

— Прям семейная идиллия, - брезгливо поморщился он.

Словно услышав его слова, старик насторожился и вскинул голову. На Януша уставились узкие, раскосые глаза. Чуть склонив голову набок, колдун какое-то время внимательно рассматривал Януша и вдруг расхохотался ему в лицо злорадным, беззвучным смехом.

Глаза Януша потемнели. Он сжал руки в кулаки и скрежетнул зубами.

— Думаешь, ты такой всесильный и неуязвимый?! – черные глаза, не мигая, смотрели на колдуна. — Не слишком ли много ты о себе возомнил?! - Через плечо он взглянул на стоящую за его спиной Дженни. — Дженни, не хочешь поздороваться? – глядя колдуну прямо в глаза, усмехнулся он и сделал шаг в сторону.

Дженни оказалась перед зеркалом лицом к лицу с заливающимся безудержным смехом колдуном. Увидев ее, старик замер. Улыбка медленно сползла с его лица. Дженни возникла перед ним совершенно неожиданно и в своем тонком ханьфу была похожа на бестелесный призрак, наблюдающий за ним из зазеркалья. В глазах колдуна мелькнуло беспокойство, которое с каждым мгновением росло, перерастая сначала в смутную тревогу, а затем в тошнотворный, неподдельный страх. Казалось, чего ему бояться? Перед ним стоит всего лишь рыжеволосая девчонка. Но он нутром чуял, как от нее в разные стороны исходит неподдельная, прямая угроза, и от этого понимания у него холодели ладони и перехватывало дыхание. Не в силах пошевелиться, он смотрел на худенькую фигурку, желая спрятаться от нее подальше, и, в то же время, не смея отвести глаз. Друг от друга их отделяла зеркальная поверхность, но колдуну казалось, что сделай Дженни сейчас пару шагов, как она проникнет в его потаенное убежище и окажется прямо перед ним.

Будто услышав его мысли, Дженни сделала шаг вперед. Старик обеспокоенно заерзал в своем кресле и напрягся, готовый в любую минуту раствориться в темноте. Потревоженный кошмар недовольно поднял голову и завертел ею по сторонам. Увидев Дженни, он застыл, не сводя с нее напряженных, немигающих глаз. Очнувшись, он тихонько заскулил, поспешно спрыгнул с колен, спрятался за кресло и с опаской выглядывал оттуда, кося на Дженни красными сверкающими глазами.

Колдун, наконец, взял себя в руки. Оттолкнув ногой бархатную скамейку, он встал, раздраженно взмахнув длинными полами одежды. Узкие раскосые глаза презрительно сощурились, превратившись в едва заметные щелки. Злясь на себя за испытанный только что страх и желая доказать самому себе, кто здесь главный, он со злостью дернул за красную нить и щелкнул пальцами. Нить вспыхнула вольфрамовым светом и начала накаляться, становясь все ярче.

Глаза Карека распахнулись. Он в панике взглянул на Дженни и Януша и попятился.

— Уходите, - в отчаянии воскликнул он, чувствуя, как в руке нарастает болезненное жжение. Меньше всего он хотел, чтобы сейчас они увидели его беспомощность.

Колдун победно улыбнулся. Он пока не знал , в чем сила Дженни, но чувствовал, что пока Карек, словно заложник, находится в его руках, сам он останется неуязвим.

Дженни отпустила руку Януша и шагнула к тянущейся из зазеркалья нити. Изображение для Януша сразу же исчезло. Он разочарованно выдохнул и умоляюще взглянул на Дженни, но она, не видя ничего вокруг, шла прямо к светящейся дорожке.

— Что это? - удивленно пробормотала она, внимательно ее рассматривая. Нить брала свое начало по ту сторону зеркала и заканчивалась, прячась где-то под бинтами на запястье Карека.

Продолжая накаляться, нить засветилась еще ярче. Карек застонал, прижал руку к груди и, тяжело дыша, стал опускаться на пол.

Януш бросился к нему.

— Карек! Держись! - Он в отчаянии взглянул на Дженни. — Дженни! Ты можешь что-нибудь сделать?!

Дженни не ответила. Лишь, не отрываясь, смотрела на красную нить. Рука сама потянулась к мерцающей в полумраке комнаты дорожке.

— Не трогай! - превозмогая боль, крикнул Карек. — Ты обожжешься. - Он попытался ухватиться за ненавистную веревку, чтобы уберечь Дженни, но рука, как всегда, прошла насквозь.

Не обращая внимания на его крик, Дженни вытянула вперед руку и, сомкнув пальцы, сжала полыхающие огнем волокна. Нить предостерегающе зашипела, словно на раскаленную сковороду выплеснули стакан воды. Верх поднялась тонкая струйка черного пара. Дженни вздрогнула, но руку не убрала, лишь сильнее сжала руку. Внезапно нить в ее руке ожила. Огненной змеей она начала извиваться под пальцами, пытаясь ускользнуть, но Дженни держала крепко, не оставляя шанса вырваться из ее рук.

Януш с Кареком, не отрываясь, следили за происходящим. Оба молчали, боясь произнести хоть слово. Дженни тоже молчала, и в комнате повисла звенящая тишина, время от времени прерываемая угрожающим шипением. Дженни продолжала сжимать нить, чувствуя, как та извивается все сильнее. Шипение нарастало, становилось громче, пока не переросло в тонкий, режущий ухо свист. Вместе со свистом в комнату ворвался ветер. Стремительный вихрь клубился вокруг Дженни, развевая ее длинные рыжие локоны и взвивая вверх тонкую шифоновую ткань ханьфу.

Внезапно нить в руке дернулась, забилась, словно в предсмертной агонии, и, натянувшись тонкой струной, оборвалась. Два светящихся конца упали на пол, оставив после себя в воздухе летающие, обугленные, черные хлопья. Ветер сразу же стих, и в комнате снова воцарилась тишина, лишь с губ Карека слетел порывистый, изумленный вздох.

Дженни взглянула на Карека, помедлила немного и двинулась прямо к нему. Опустившись рядом с ним, она начала торопливо разматывать бинты на его запястье. Она, по-прежнему, ничего не говорила, но ее движения были четкими и уверенными. Казалось, она делает это уже не в первый раз, и происходящее сейчас ее не только не удивляет, а выглядит даже скорее обыденным.

Освободив руку Карека от бинтов, Дженни снова попыталась сомкнуть пальцы вокруг все еще обвивающей его запястье нити, но не смогла. Рука Карека отекла, и нить почти врезалась в кожу. На мгновение Дженни задумалась, едва заметно кивнула самой себе и поднесла ладонь к руке Карека. Из-под ее пальцев тотчас выступила вода, которая прозрачным ручейком заструилась по руке Карека. Нить недовольно зашипела. Ручеек с тихим журчанием продолжал бежать вокруг запястья и под его холодными струями светящаяся оранжевым вольфрамовым светом полоса постепенно угасала, бледнела, меркла, и, наконец, погасла совсем.

Нить больше не светилась, но Дженни продолжала сидеть на коленях возле Карека, не убирая ладонь от его руки. Прохладный ручеек струился вокруг руки, бежал круг за кругом, обвивая запястье прозрачным кольцом, и под ним нить становилась все тоньше и незаметнее, пока не исчезла совсем, оставив после себя лишь черный пепел.

Дженни убрала руку и взглянула на Карека. Он растерянно смотрел на Дженни, переводил взгляд на свою руку, которую больше не сковывали светящиеся кандалы, и снова возвращался взглядом к Дженни, не смея поверить в произошедшее только что чудо.

— Я свободен? - наконец, ошеломленно выдохнул он и перевел непонимающий взгляд на стоящего рядом Януша. — Я, правда, свободен?

Януш кивнул.

— Я же говорил тебе, что она может снять с тебя заклятье, - очень тихо сказал он. — Только, похоже, ты мне так и не поверил.

Все еще не веря своим глазам, Карек снова посмотрел на свою руку. Она ещё болела и была обезображена вздувшимися волдырями, но красной нити на ней не было. Карек взглянул на Дженни долгим, внимательным взглядом, внезапно порывисто поднялся и, ни слова не говоря, стремительно пошел к лестнице. Дженни вопросительно посмотрела на Януша, но тот лишь отрицательно покачал головой, давая понять, чтобы сейчас она не задавала никаких вопросов.

Карек спустился через несколько мгновений. Он подошел к Дженни, опустился перед ней на одно колено и, склонив голову, положил к ее ногам свой меч. Дженни испуганно отступила на шаг и непонимающе взглянула на Януша, но тот снова качнул головой.

Все ещё стоя на одном колене и не поднимая головы, Карек заговорил. Голос звучал негромко, но в нем чувствовалась уверенность и необыкновенная решимость. Карек говорил на китайском, и смысл слов Дженни понять не могла, но они звучали так торжественно, что она затихла, не смея нарушить величественность момента.

Наконец, Карек затих, но подниматься не стал. Он так и стоял перед Дженни, преклонив одно колено, неподвижный, словно каменное изваяние, только ещё ниже склонил голову.

Дженни вновь посмотрела на Януша.

— Януш, - чуть слышно прошептал она и кивнула в сторону Карека, — что он делает?

— Он присягает тебе на верность, - так же тихо ответил Януш.

Дженни испуганно распахнула глаза и попятилась.

— Не надо мне никакой верности! – пролепетала она и с опаской взглянула на Карека. — И присяг никаких не надо!

— Дженни, - голос Януша звучал тихо, но твердо, — позволь ему закончить. Это единственное, что он может сделать для тебя в знак благодарности.

Карек, наконец, поднялся. Он был все так же серьёзен и торжественен, но в карих глазах светились тепло и признательность.

— В знак благодарности? – эхом отозвалась Дженни и удивлённо посмотрела на Карека. — Но за что? Я ведь ничего не сделала!

— Ничего не сделала? – Януш усмехнулся. — Ты только что освободила его из рабства.

Дженни застыла на месте и даже открыла рот от изумления. Не в силах вымолвить хоть слово, она переводила растерянный взгляд с одного из другого.

— Из какого рабства? – наконец, смогла выговорить она. — Чьего?!

Януш кивнул в сторону зеркала.

— Его.

Дженни растерянно скользнула взглядом по зеркальной поверхности и вдруг, увидев что-то внутри, замерла. Неподвижно постояв некоторое время, она медленно двинулась вперед.

Януш насторожился.

— Что ты собираешься делать? – обеспокоенно спросил он и поспешно пошёл следом. Карек, не раздумывая ни минуты, тоже двинулся за ней.

Дженни не ответила. Вплотную подойдя к зеркалу, она, не отрываясь, внимательно вглядываясь внутрь. Януш и Карек встали у нее за спиной.

— Ты что-то видишь? - тихо спросил Януш. — Он все еще там? - Он повернул голову к Кареку. — А ты? Ты видишь что-нибудь?

Карек покачал головой.

— Слава Богу, нет. - Он облегченно выдохнул. — Ты даже не представляешь, какое это счастье, больше его не видеть.

Дженни не отводила взгляд от зеркала. Януш за ее спиной нетерпеливо переминался с ноги на ногу.

— Дженни, что там происходит? – наконец, не выдержал он.

Не говоря ни слова, Дженни взяла обоих за руки. В этот же миг их отражение в зеркале задрожало и растаяло, открывая другую картину.

Перед ними вновь открылся темный зал со сводчатым потолком, но обстановка внутри уже не напоминала семейную идиллию. В центре зала в бешенстве метался колдун. По углам, сбившись в маленькие стайки, жались друг к другу перепуганные кошмары, в страхе тараща на старика красные, немигающие глаза. Колдун то бросался из стороны в сторону, то затихал, к чему-то прислушиваясь, то, протяжно подвывая, начинал кружиться в странном ритуальном танце. Казалось, он хотел что-то получить, но желаемое никак не давалось ему в руки, и от этого он приходил в ярость и, оглашая зал диким, утробным воем, рвал на себе седые волосы.

Внезапно он бросился на пол. Путаясь в длинных полах одежды, он ползал по полу и торопливо очерчивал мелом линию, непрерывно бормоча себе под нос заклинания. Замкнув концы линии в круг, он упал на колени и начал лихорадочно вписывать в него странные магические знаки. Закончив, он замер, прислушиваясь, но и в этот раз ничего не произошло. Старик взвыл, в бешенстве смазал начертанное в единую белую полосу, и вдруг, почувствовав на себе посторонний взгляд, затих и медленно поднял глаза.

В обрамлении массивной, резной рамы зеркала он увидел Дженни и Януша с Кареком, которые, как два верных стража, стояли по обе стороны от нее. Дженни была неподвижна, и потому казалась застывшей каменной статуей, лишь только дувший неизвестно откуда мягкий морской бриз окутывал ее с ног до головы, играл рыжими волосами и развевал легкую ткань одежды.

Дженни, не отрываясь, смотрела на колдуна. Казалось, весь мир перестал для нее существовать, оставив вместо себя только этого сухого, злобного старика. Колдун так же, не отрываясь, смотрел на Дженни. Сквозь узкие щелочки раскосых глаз наружу била откровенная неприкрытая ненависть. Оторвавшись от Дженни, он перевел взгляд на Карека и усмехнулся. "Это еще не конец", - прочитал Карек в светящихся злобой раскосых глазах и от этой немой угрозы вздрогнул. Почувствовав пробежавшую по его телу дрожь, Дженни чуть сильнее сжала его руку.

— Он больше никогда не станет твоим самым страшным кошмаром. - Она оторвалась от колдуна и посмотрела на Карека. — Я обещаю, - тихо заверила она.

Словно услышав ее слова, колдун взвыл и завертелся на месте. Бешеным волчком он крутился по залу, изрыгая яростные проклятия. Внезапно он затих, еще раз окинул Дженни ненавидящим взглядом и, взметнув в воздух столп красных огненных искр, растаял в ночной темноте.

Колдун пропал, но Дженни, Януш и Карек так и остались стоять перед зеркалом. Никто не произносил ни слова. В комнате стояла звенящая тишина. Первым молчание нарушил Януш.

— По-моему, сегодня ты нажила себе смертельного врага. - Он положил ладонь Дженни на плечо. — И что-то мне подсказывает, что просто так он не отступится.

Дженни смотрела на исчезающие в темноте искры.

— В таком случае, я принимаю вызов, - тихо, но твердо сказала она.

Изображение в зеркале погасло. Дженни повернулась к Кареку и снова тихонько сжала его руку. Ткань рукава скользнула по освобожденной от бинтов руке. Карек едва заметно поморщился.

— Очень больно? - сочувственно спросила Дженни. Она отодвинула рукав ханьфу и взглянула на обожженную руку.

— Терпимо, - улыбнулся Карек. — По сравнению с тем, что было раньше, это вообще ерунда.

Дженни недоверчиво взглянула ему в глаза. Хоть Карек и хотел казаться веселым, в его глазах она увидела боль. Она снова посмотрела на вздувшиеся на запястье волдыри.

— Ну-ка, иди сюда. - Она развернулась и решительно потянула его за собой. Подойдя к дивану, она усадила Карека и села рядом.

— Ты что задумала? - забеспокоился Карек.

— Не мешай! - оборвала его Дженни.

— Детка, тут мокро, - заерзав на месте, попытался сопротивляться Карек.

— Знаю, - вздохнула Дженни. — Но придется потерпеть. И не называй меня «детка»! – недовольно добавила она.

— Хорошо-хорошо! – поспешил согласиться Карек. — Надеюсь, в меня ты своими водяными шарами не начнешь стрелять? – осторожно поинтересовался он.

— Только если будешь себя хорошо вести, - усмехнулась Дженни.

Она сосредоточенно осмотрела рану, подняла свою ладонь и осторожно поднесла ее к руке Карека. Из-под пальцев тонким ручейком побежала вода и заструилась вокруг запястья. Вода текла неторопливо, как бы нехотя, но чем дольше Дженни удерживала ладонь над рукой Карека, тем сильнее становился вращающийся вокруг запястья водяной поток. Он плавно тек, обволакивая израненную кожу, и под его прохладой боль успокаивалась, слабела и медленно уходила вдаль. Минуты текли за минутами, но Дженни оставалась неподвижной, лишь внимательно следила за водяной струей и необъяснимой внутренней силой удерживала ее у руки Карека. Наконец, она чуть покачнулась.

— Все. Больше не могу, - слабо выдохнула она и убрала руку.

Водяной поток сразу же остановился, и больше ничем не удерживаемый, устремился вниз, вылившись Кареку на колени.

— Извини, - виновато прошептала Дженни.

Но Карек ее не слышал. Во все глаза он смотрел на свою руку. Она еще немного побаливала, и в некоторых местах были явно видны следы ожогов, но отек пропал, пугающая черная полоса побледнела, а в местах, где его руки касалась вода, безобразные волдыри исчезли, и теперь запястье покрывала чистая, нетронутая, похожая на младенческую, кожа.

Карек поднял растерянные глаза на Дженни. Он хотел что-то сказать, но все слова вдруг вылетели из головы, и он лишь ошарашенно смотрел на нее, не в силах вымолвить хоть слово. Наконец, он медленно повернулся к Янушу.

— Ты это видел?! - пробормотал он, вытягивая вперед руку.

Януш напряженно смотрел на Дженни. В голове мигом всплыли все вопросы, на которые он так долго искал, но не находил ответа. Почему рядом с ней он спал так долго? Почему она так легко нашла в лесу Карека? Почему умирающий от боли ворон ожил, пролежав всего несколько минут у нее на коленях? Почему не далее, как сегодня, она вмиг избавила его от головной боли?

Вопросы вихрем крутились в голове и били в виски, не давая покоя. Внезапно в голове вспыхнуло, и разрозненные пазлы сложились в единое целое.

— Врачеватель! - не смея поверить в свою догадку, выдохнул он. Он поднял на Дженни широко распахнутые глаза. — Ты - врачеватель?!

Дженни слабо улыбнулась. Выглядела она уставшей. Скорее даже изможденной.

— Януш, ну, что ты придумываешь? Я ведь только собираюсь стать врачом. - Она с сожалением вздохнула. — Только мне для этого еще лет десять учиться надо.

Но Януш ее не слышал. Ему во что бы то ни стало нужно было проверить то, что только что пришло в голову.

— Как ты нашла его? – торопливо спросил он, кивнув в сторону Карека. — Тогда, в лесу.

Дженни пожала плечами.

— Я не знаю. - Она задумалась, вспоминая. — Меня как будто кто-то звал, и я просто шла на этот зов.

Януш почувствовал, что у него подкосились ноги.

— Все сходится, - пытаясь справиться с волнением, выдохнул он. — Врачеватель!

Дженни промолчала. Спорить у нее не было сил.

— А врачеватели – это кто? – подал голос Карек.

— Это люди, обладающие уникальным даром, - быстро заговорил Януш. — Они способны избавить от любой болезни, даже неизлечимой. Их очень мало. На всей Земле, дай Бог, с десяток наберется. – Он внимательно посмотрел на Карека. — Знаешь, почему она тебя в лесу нашла? – и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Они чувствуют чужую боль и идут на нее, чтобы оказать помощь.

Карек недоверчиво покосился на Дженни. В его голове никак не укладывалось, что именно эта рыжая, худенькая, совсем еще юная девушка может оказаться одной из избранных.

— Януш, а ты, случаем, ничего не путаешь? - Он снова покосился на Дженни и озадаченно почесал затылок. — Что-то не похожа она на одну из этих.... великих.

Без лишних слов Януш подошел к Кареку, взял его руку и поднес к его глазам.

— Тогда может ты мне объяснишь это?

Ответить Кареку было нечего. Януш усмехнулся, опустил его руку и вернулся на свое место.

— Если их всего десяток, - не сдавался Карек, — откуда ты о них знаешь?

— Мне в детстве о них Матэуш рассказывал. Но я всегда думал, что это – сказка, не больше, чем миф. Я даже предположить не мог, что это может оказаться правдой!

Януш не отводил от Дженни глаз. Он смотрел на нее то ли с восхищением, то ли с благоговением, и вдруг, будто опомнившись, склонился перед ней в глубоком поклоне.

Карек от удивления открыл рот. Такого поворота событий не ожидал даже он. Карек не знал, почему Януш это делает, но понимал, что, если уж перед Дженни склонился гордый и непокорный Януш, причина у него должна быть более, чем весомая. Не раздумывая, Карек поднялся, встал рядом с Янушем и склонился вслед за ним.

Увидев это, Дженни тихонько ахнула и растерянно хлопнула глазами. Но, взглянув на согнутые в поклоне спины, нахмурилась и быстро встала.

— Да что происходит-то?! – в сердцах воскликнула она. — То присяги приносят, то кланяются, как китайские болванчики. Что с вами творится с обоими?! Ну-ка, быстро поднялись! – Она с досады топнула ногой. Из-под ноги вверх взлетел веер прозрачных брызг, который ударил в лица Януша и Карека холодными каплями.

— Принцесса, это уже перебор! – проворчал Карек, выпрямляясь и вытирая ладонями мокрое лицо. — Холодно же!

— В самый раз! – воскликнула Дженни. — Может хоть это вас в чувство приведет! Что за цирк вы здесь устроили?! - Она еще больше нахмурилась и снова топнула ногой, обдавая их новой волной. — Ещё одна такая выходка, и я вам такой душ Шарко устрою, что мало не покажется!

Она хотела сказать ещё что-то, но голова вдруг закружилась. Дженни резко побледнела, перед глазами поплыли разноцветные круги. Она почувствовала, что теряет равновесие, взмахнула руками, стараясь ухватиться за воздух и, скользнув угасающим взглядом по перепуганным лицам Карека и Януша, снова провалилась в темноту.