Мистер и миссис Малфой

СЕКРЕТ №1: Я изменила тебе с другим.

***

Перед его глазами появилось зеркальное здание. Как обычно он пришёл в семь утра, отметил удостоверение на турникете, чтобы пройти, подождал несколько минут лифт, поднявшись на десятый этаж, встретился со своим секретарём Алисой. Она передала список дел на день и горячий кофе. После чего мужчина вошёл в свой кабинет и с первой же минуты и до конца рабочего дня окунулся в проблемы пациентов.

«Какая у меня милая профессия!» — подумал психолог. Несмотря на то, что он чувствовал себя подавленным, слабым и ещё немного облысевшим, в конце дня Джосман возвращался домой, и семья становилась его лекарством от любых невзгод. И это спасало мужчину от бездны. Эту истину он пытался донести своим пациентам, что семья — самое главное лекарство.

Было утро понедельника, это значило, что завтра у него будет индивидуальный сеанс с самой странной парой, которая посещала его кабинет за годы работы психологом. И подумать только, сейчас у него двадцать пять таких пар. Мужчина был уверен, что никогда не видел в такой молодой паре столько химии, напряжения и разногласий. Вот почему он обожал свою работу — это было вызовом, хотелось разгадать проблемы этих двоих. Джосман знал, что иметь фаворитов — плохо, но он с нетерпением ожидал каждого сеанса. Они настолько отличались от остальных, что было страшно представить, как эти двое сошлись.

Он взял свой блокнот и откинулся на вращающееся кресло. Джосман решил перечитать то, что уже успел написать о Малфоях (кстати, какая странная фамилия). У них было четыре сеанса, два индивидуальных и два совместных, и его собственная тетрадь как никогда полна идей и новых вопросов.

ПЕРВЫЙ СЕАНС

Мистер Малфой без всяких вопросов объясняет причину, по которой он пришёл на терапию, и пытается нормализовать ситуацию. Ему присуща надменная и аристократическая поза, хотя он и пытается это скрыть, как бы сомневаясь, как нужно себя вести. Как его учили, или как этого требует общество. Он иронично шутит.

Миссис Малфой невероятно требовательна сама к себе, она стремится быть идеальной для всех. Ей сложно переходить с вопроса на вопрос, и дискомфорт выбивает её из колеи.

Они не могут ответить прямо на вопрос о сексе, и я вынужден изменить его и спросить, как они познакомились. Вроде хорошее начало, я бы сказал, многообещающее. Но они всё ещё очень обеспокоены тем, что не разговаривают друг с другом. Они похожи на мумий.

Я выучил новый термин «грязнокровка». Кажется, происходит из средневековья.

ВТОРОЙ СЕАНС — МИССИС МАЛФОЙ

Мисс Малфой, кажется, многое скрывает за маской совершенства. Я предполагаю, что она всегда очень хорошо преуспевала с оценками в школе. Она всегда была примерной ученицей, поэтому не хочет, чтобы люди в ней разочаровывались.

Она нервничает больше, чем обычно. Кажется, что ею внезапно овладела ведьма. Становится понятно, что они строят свои отношения на обмане.

Похоже, у нее что-то было с другим мужчиной, личность которого она не знает. (Не забыть спросить, как получилось, что она не помнит лица человека, которого поцеловала).

Возможная потеря беременности. (Серьёзное посттравматическое расстройство на этом фоне).

ТРЕТИЙ СЕАНС — МИСТЕР МАЛФОЙ

Мистер Малфой не хочет отвечать честно. Отказ от лечения. Типичный защитный механизм единственного ребенка в семье. Капризность и потребность в согласии со стороны матери, возможно, большое давление со стороны отца.

Ему сложно выразить свои чувства. Подавляет боль.

Вероятный случай «Эдипова комплекса» — в первую очередь из-за матери.

Его родители были против отношений с женой. Это, вероятно, сильно влияет на них как на пару и не позволяет им нормально развивать свои отношения. В свою очередь, несогласие с семейными устоями привело его к её покорению.

Чувство вины за невнимание к жене — особенно после того, как он отсутствовал во время беременности. Он не подозревал о беременности.

ЧЕТВЁРТЫЙ СЕАНС

Большее принятие друг друга. Мало вербального общения, но много невербального.

История о том, когда мистер Малфой решил рассказать жене о своих чувствах.

Видимо, был помолвлен. Предполагаю, что у супругов были какие-то отношения до свадьбы с другими людьми. (Спросить об этом на следующем совместном сеансе).

Оба знают, что их проблема в отсутствии общения.

Хорошая завершающая сеанс мысль мистера Малфоя.

Джосман вздохнул, перечитав свои записи. Было много вопросов, на которые ещё предстоит ответить, но уже виднелись прорастающие семена. Это, должно быть, хороший знак, не так ли?

***

Гермиона проснулась не в самом лучшем настроении, из-за вчерашней краткой дискуссии с мужем она испытывала гнев. Они подняли серьёзную проблему, несмотря на то немногое, что было сказано, становилось ясно, что это задевает чувства обоих супругов. Обычно они избегали своих эмоций и вели себя сдержанно, но вчера сами не поняли, как взорвались новым скандалом. Будто сняли повязку с раны. Это как снять пластырь — лучше резко сорвать, чем тянуть потихоньку и мучить пациента.

Она включила воду в душе, нашла несколько полотенец и положила их на край ванны. Гермиона скинула ночную рубашку на пол, сбросила бельё и вошла в ванну. Она провела обеими руками по волосам спереди назад, распределяя воду, стекавшую по её телу. Вздох. Её разум был забит вопросами, экзистенциальными подходами, и Гермионе уже не терпелось попасть на сеанс во вторник. Ей нужно было поговорить с кем-то, кроме мужа (с которым она, кажется, недавно-таки начала обмениваться словами), друзей или родителей. Миссис Малфой нужно было её личное пространство, место, где голова на время переставала кружиться и можно было нормально соображать. Чтобы за пределами кабинета психолога она могла казаться как можно более здоровой или хотя бы нормальной.

Гермиона вышла из ванной, завёрнутая в полотенце, всё ещё сосредоточенная на своих мыслях, и нечаянно подняла глаза, чтобы встретиться с обнажённой спиной Драко, который находился в процессе поиска одежды. Она остановилась и перестала дышать на несколько секунд, её глаза расширились. «Это её муж? Разве раньше у него были эти мускулы на руках и плечах? А как насчёт отмеченной линии, которая начиналась на высоте его рёбер и спускалась по спине к его...»

— Привет! Я не слышал, как ты вошла. Ты почти напугала меня... — сказал Драко, внезапно обернувшись.

Гермиона резко встрепенулась. «Что со мной происходит?»

— Мне... — Вид спереди был ещё хуже. Его живот представлял собой расширенный пресс, обрамляющий талию. — Очень жаль. — Гермиона хотела сказать что-то ещё, но не смогла произнести ни слова.

«С каких это пор ты тренируешься? Мне обязательно нужно пойти на уроки бокса».

— Нет, всё хорошо. Это твоя комната, я уже ухожу. — «Нет!» Гермионе хотелось закричать на него, но из горла не вырвалось ни звука. — Я зашёл за этим. — Драко показал ей футболку, которую держал в левой руке.

— Д-да, — ответила она дрожащим голосом. «Гермиона, смотри ему в глаза»,— ругала себя девушка. Он удивлённо посмотрел на жену.

— Ты в порядке?

«Ты его пугаешь». Из-за смущения, возникшего несколько секунд назад, она решила просто кивнуть. Он ухмыльнулся в ответ.

— До скорого.

— Хорошо.

— Хорошо. — Драко исчез за дверью, и Гермиона снова вздохнула.

Она быстро подошла к шкафу и порылась в своей одежде. Миссис Малфой до сих пор очень нервничала, даже немного дрожала. «Что это было?» Как будто она внезапно вспомнила, что живёт с мужчиной. «И с очень сексуальным телом...» Её разум был гормонально неспособен к работе, и если она не поторопится, то опоздает. «Сохраняй спокойствие и дыши»,— сказала себе Гермиона.

Она быстро выпила чашку кофе на завтрак, избегая встречи с мужем, и исчезла в камине. Вскоре Гермиона мельком увидела столовую в старом доме своих бабушки и дедушки, пересекла холл, миновала прихожую и вышла из дома. Запах дождя и влажности окутал её вместе с холодным ноябрьским лондонским ветром. Миссис Малфой села в свой мерседес и направилась на индивидуальный сеанс.

***

— Что ж, я рад, что вы выполнили домашнее задание, о котором я вас просил, миссис Малфой, но это вы делали для себя в первую очередь, — ласково сказал мистер Джосман, возвращая ей блокнот, в котором она записывала свои секреты. Гермиона восприняла это как-то странно, ей никогда не возвращали домашнее задание, не взглянув на него. — Я полагаю, что вы немного иначе подразумеваете значение домашнего задания, возможно, я не очень хорошо выразился в прошлый раз. Вам не нужно ничего мне доказывать, только самой себе. — Она автоматически кивнула. — Я помню, на предыдущем сеансе вы сказали мне, что поцеловали человека, не зная, кто он такой... — Она кивнула. — Как такое возможно?

— Я не знаю с чего начать... — вздохнув, сказала брюнетка, она сидела в одном из серых кресел в белой комнате, и хотя знала, что это невозможно, но чувствовала, что всё больше и больше тонет. — Мне немного стыдно об этом вспоминать.

— Миссис Малфой, вы должны понять, что здесь вас не будут судить, и ваши признания останутся в этих четырёх стенах.

Гермиона тяжело сглотнула.

— Что ж, — она вздохнула, чтобы набраться храбрости, — Драко почти не появлялся дома, потому что его мать госпитализировали, и он проводил с ней всё своё свободное время. Я полагаю, муж чувствовал большую вину за то, что покинул дом родителей. Человек, страдающий депрессией, не очень осознает это... — Она посмотрела в окно, избегая карих глаз маггла. — Мой муж беспокоился о том, что мог потерять мать. Я его не виню, понимаю. — Её голос слегка дрожал. — Это может показаться немного эгоистичным, но, — она ​​фыркнула себе под нос, как будто высмеивая себя, — я скучала по мужу. — Она прикусила нижнюю губу и попыталась восстановить дыхание.

Гермиона заранее выбрала конкретную проблему, которую хотела проработать на сеансах терапии, но никак не ожидала такого поворота разговора. Вскоре она поняла, что задаётся вопросом: сколько эмоций может сдерживать в себе человек? Она чувствовала, как те эмоции, что бурлили в ней, по крайней мере, два года назад, застряли в горле.

— Хотите воды, миссис Малфой?

Она кивнула.

Джосман нажал красную кнопку на своём столе и заговорил в динамик. Он передал сообщение своей секретарше, и через несколько секунд она пришла с бутылкой воды и стаканом. Психолог протянул его Гермионе и вышел на минуту из кабинета. Прежде чем возобновить сеанс, она выпила два стакана воды один за другим.

— Возьмите, — сказал мужчина, вернувшись в кабинет, и протянул ей упаковку салфеток.

Гермиона сама не поняла, в какой момент по её щекам ручьём полились слёзы. Она с благодарностью взяла одну салфетку, вытерла дорожки от слёз и высморкалась, затем глубоко вздохнула, прежде чем продолжить.

— Вы должны понимать, что мы не виделись несколько месяцев, он всё время был в разъездах по работе или навещал свою мать. Я оставалась дома и пыталась хоть как-то заполнить свой график занятий, потому что отсутствие Драко меня расстраивало. — Гермиона на несколько секунд закрыла глаза, чтобы немного унять жжение после пролитых слёз. — Мало-помалу мы забывали, кто мы такие, мы больше не проводили время вместе, — она снова открыла глаза. — У меня в груди возникло чувство ностальгии. Например, когда вы находите большую старую деревянную коробку, полную чёрно-белых фотографий, некоторые, возможно, цветные. Вы видите на этих изображениях себя улыбающимся в кругу семьи, в день рождения или с лицом, полностью в йогурте. И так хочется вернуться в тот момент, вернуться в прошлое и остаться там, потому что единственное, о чём вы могли беспокоиться в тот момент, — это то, что мороженое, которое вы держали в руке, растаяло, или ещё о каком-нибудь пустяке. — Она сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться, чувствуя, как ускорилось сердцебиение.

Два года назад...

Я чувствую след, который ты оставил в кровати, и когда оборачиваюсь, то надеюсь найти твоё тело в странном положении, в одном из тех, в котором тебе нравится спать. Смотрю на смятые простыни, которые ты оставил, и вспоминаю в ярком утреннем свете воскресной тоски от отчаянной потребности обнять тебя, но ты уже покинул спальню. Обещал скоро вернуться, но я всё реже вижу твою фигуру на пороге нашего дома. Я скучаю по нашим ссорам, по занятиям любовью и по тому, как ты слушаешь музыку, беззаботно танцуешь, не обращая внимания на то, что оставил дверь приоткрытой, куда проникает нить света. И я люблю тебя просто так, за эти моменты из жизни, за твои вопросы и твои дебаты. Я не могу найти занятие, чтобы заменить тебя в своём сердце. Сегодня даже больше, чем обычно, я чувствую, что моё сердце разрывается на части. Кажется, я потерялась в некоторых воспоминаниях о нас, во времени.

Несколько дней назад я кое-что узнала, не знаю, как тебе сказать, ведь тебя здесь нет. Не знаю, хорошо это или плохо. Это хорошо. Но то, что я не могу поделиться с тобой этой новостью, убивает меня. Кажется странным, что так случилось, потому что мы больше не занимаемся этим. Не знаю, подарок ли это, но сердце разрывается от мысли, что он вырастет без отца. Я хочу прижать тебя к себе, хочу, чтобы твоя рука притронулась к маленькому комочку, который начинает расти внутри меня. Это единственное, что поддерживает мои жизненные силы, потому что я чувствовала, что ещё немного — и я умру. Маленькая жизнь — семя в нашем саду. Только наш сад не такой, как у остальных. Почему мы не можем посадить тополя, когда нам это необходимо? Почему мы не поливаем берёзы? Почему бы нам не пересадить лимонное дерево в другой горшок, когда этот стал слишком маленьким? Почему мы позволяем нашему саду увядать?

Гермиона закрыла блокнот, решив больше не открывать его. Она убрала его в комод и пролила последнюю слезу от нахлынувших эмоций. Она медленно разделась, наполнила ванну и посмотрела на себя в зеркало. Попыталась улыбнуться, но получилась скорее попытка не всхлипнуть. Один из уголков губ задрожал, отчего она самой себе показалась жалкой. Внезапно почувствовав головокружение, она облокотилась руками о раковину, чтобы не упасть. Когда всё перед глазами затуманилось, Гермиона почувствовала очень сильную тягу внизу живота. Она попыталась схватиться за него. Ещё один импульс, но более сильный заставил глаза закрыться от боли. Это было похоже на повторяющийся спазм в районе спины. Потом ещё один и более интенсивный. Она посмотрела на пол и задохнулась, сразу прижав руку ко рту, как только увидела длинную струю крови, стекающую по её ногам, а между ступнями уже начала образовываться лужа.

Нет, нет, нет, этого не может быть. Гермионе нужно было убрать красный след с кожи, она хотела смыть свою боль. С решимостью и с той небольшой силой, что у неё оставалась, девушка забралась в ванну, желая раствориться в воде, чтобы не чувствовать боль. Исчезнуть вместе с паром. Когда она расслабилась и откинула все мысли на несколько секунд, то поняла, что глаза закрываются. Становилось легче. Ещё мгновение — и она вернётся в реальность, но сейчас... Сейчас хотелось просто вот так лежать в воде.

— Когда я проснулась, мне показалось, что прошло всего несколько минут, но врачи сказали, что я была без сознания два дня из-за потери крови. — Гермиона вздохнула. — Осознание того, что я потеряла ребёнка, далось мне очень больно. Нет ни дня, чтобы я не сожалела об этом и не думала, что могла бы предотвратить такой исход... Может быть, если бы наши отношения с Драко были лучше...

— Мне очень жаль, миссис Малфой, я могу представить вашу боль. — Женщина кивнула, её взгляд потерялся во внезапно запотевшем стекле, вероятно, из-за того, что дыхание было заперто в офисе, а на улице жуткий холод. — Как прошла реабилитация?

— Не знаю, смогу ли я когда-нибудь отпустить эту ситуацию.

— Я вижу, вы ещё не простили себя. — Гермиона посмотрела психологу в глаза, уронив при этом пару слезинок. — Это слышится в вашем голосе и видно по тому, как трудно вам было рассказывать мне об этом. — Она сжала губы, пока они не стали похожи на тонкую линию.

— Всё случившееся полностью моя вина. Также я не шла с Драко на диалог. Мне было так плохо, что не хотелось ни с кем говорить. Я целыми днями запиралась в комнате, практически изгнала его из своей жизни, злилась на него. Его не было рядом со мной в нужный момент. Я сожалела до тех пор, пока не устала, а потом решила, что пора двигаться дальше. Но между нами уже никогда не было прежних отношений. — Гермиона повернулась и снова посмотрела в окно.

— Я понимаю, — психолог устроился на стуле в поисках более удобного положения. — Это и привело к вашему роману с другим мужчиной?

— Нет. — Она посмотрела на своё кольцо на мгновение и вернула взгляд к окну, чтобы не так сильно дрожал голос. — На самом деле, это заняло немного больше времени. — Миссис Малфой глубоко вздохнула и продолжила. — Невилл, мой друг, рассказал, что познакомился с кем-то через одну из этих новых социальных сетей, мне стало любопытно. Я не знаю, было ли это из-за отчаяния, или из-за желания получить хоть какого-то человеческого контакта, или чтобы очистить свои мысли. Любая отговорка, которую я придумаю, не оправдает мои действия. — Гермиона фыркнула. — Условием этой сети было использование псевдонимов, также с помощью одной фразы можно было описать себя. Не было ни фотографий, ни чего-нибудь ещё. Сначала это казалось абсурдом, но как только я подумала об этом, появился ОН. Он был подписан, как «Принц». — Женщина саркастически рассмеялась. — Так иронично, — она закатила глаза, — имя казалось настолько абсурдным, что он заставил меня улыбнуться, как только я прочитала его первое сообщение. Мы начали общаться. Сначала это была игра между гордостью и предубеждениями, но через какое-то время мне показалось, что мы знакомы всю жизнь. Вы были бы удивлены лёгкости, с которой мы разговаривали. Мы влюбились. — Гермиона сделала паузу, стараясь не поддаться эмоциям, которые снова взбудоражили её душу. — Однажды мы договорились встретиться на костюмированной вечеринке, там мы и поцеловались. Я не видела его лица, а он не видел моего. Хуже всего то, что тот же импульс, который побудил меня поцеловать этого мужчину, заставил меня резко отскочить от него. В моей голове возник образ мужа. Я чувствовала себя такой виноватой, что быстро ушла оттуда. Мне пришлось оставить в стороне фантазии и принцев, чтобы вернуться к реальности. — Гермиона закрыла глаза и почувствовала, как после её рассказа свежий воздух, наконец-то, начал попадать в лёгкие.

***

— Ты хочешь, чтобы я спросил, что случилось? — спросил Блейз, закатив глаза. Они с Драко встретились в «Дырявом котле» после работы, прежде чем пойти домой на ужин. — Ты заставляешь себя умолять, друг мой. — Малфой стоял перед ним с пустым взглядом и пивом в руке. Мулат фыркнул. — Что с тобой? — Драко наконец взглянул на него.

— Тебе же всё равно.

— Вообще-то нет. Я пришёл поговорить с другом после работы, и предполагается, что обычно, когда я задаю тебе вопрос, то получаю на него ответ, чтобы ни произошло, не так ли? — медленно произнёс Блейз.

— Дело в Гермионе...

— Ах, эта шалунишка! Как я её люблю, она скучает по мне? — Блейз собирался продолжать смеяться, но Драко крепко схватил его за рубашку и резко приподнял. — Никаких шуток, я понял, — сказал Забини, и Драко отпустил друга. Блейз поправил одежду и, изображая Драко, задал интересующий вопрос. — Что на этот раз?

— Мне неудобно разговаривать с тобой об этом, но...

— Тебе не нужно ничего объяснять, если ты не хочешь.

— Я знаю. И я не хочу. Но мне это нужно. — Забини кивнул в ответ. Это напомнило Драко, почему он решил рассказать ему: Блейз его понимал, потому что они общались на одном языке. Потому что он был его лучшим другом. Малфой вздохнул и отпил глоток, собираясь с силами, чтобы продолжить... — Ну, я думаю, мы немного восстановили нашу связь.

— И в чём проблема? Я не вижу ничего плохого.

— Я знаю, это здорово. Проблема в том, что она продолжает меня обманывать. — Блейз удивлённо посмотрел на друга, застигнутый врасплох, он чуть не пролил пиво на барную стойку.

— Но почему?

— Ну... Как и в прошлый раз. Сегодня днём я видел это своими глазами. — Драко смотрел на свой стакан, как будто пузыри от напитка его как-то интересовали.

— Я не понимаю. Разве ты не принял решение бросить это дело? Как тогда получилось, что...

— Я не уверен, что она поняла это в первый раз. Я думаю, она продолжает винить себя в этом, и если мы собираемся попробовать восстановить наши отношения, то Гермиона должна довериться мне. — Он глубоко вздохнул, избегая комка, застрявшего у него в горле. — Блейз, она должна вернуться из этого ада. На этот раз я должен попытаться сделать это правильно.

Забини посмотрел на него с явной печалью, отражавшейся в его глазах, но Драко было всё равно. Такой была реальность, в которой он жил. В конце концов, оба раза это начал именно он. Малфой запутался в собственной игре, а теперь оказался в ловушке, как минотавр в лабиринте, который построил собственными руками из страха, тоски и отчаяния. Он не хотел терять жену. И он не собирался этого делать. Драко не собирался сдаваться, как это было раньше. Он подверг любимую испытанию, чтобы понять, к чему всё это идёт. Хотя и знал, что это неправильно.

— Я не поддерживаю это, раньше ты тоже так думал, Драко. Ты должен рассказать всё Гермионе.

Малфой посмотрел на него, пытаясь сохранить здравый смысл. Ему стоит отказаться от потребности выдавать себя за кого-то другого, ведь это уже привело его к гибели, заставило его жену полюбить этого другого. Он сдался, снял свою маску и кивнул.

***

Гермиона вернулась домой раньше обычного. Она не могла сосредоточиться на куче работы, переполнявшей рабочий стол. Мысли женщины не покидал прошедший сеанс. Кажется, прошлое возвращалось, чтобы свести её с ума. Говорят, любопытство сгубило кошку, и она не могла больше ассоциировать себя с этим животным. Она вспомнила Живоглота, своего кота с рыжеватой шерстью, его кошачью интуицию, конкурирующую с человеческим интеллектом, домашнего питомца с собственным разумом. Он умер несколько лет назад, Гермиона всё ещё тяжело переживала потерю питомца, но знала, что он прожил свои годы счастливо и был любим.

Миссис Малфой несколько раз моргнула, как будто желая избавиться от этих мыслей. Это был один из тех случаев, когда голова наполняется мыслями, погружается в воспоминания, это бывает без предупреждений, просто на автомате. Какая-то сила тащит вас против ветра, ваше сознание пытается остановить мысленный поток, но вот уже вы колеблетесь между принятием неизбежного или решением скрывать факты в каком-то уголке головы. Тот, который отвечает за то, чтобы показать вам это позже как сигнал тревоги, объявляющий об ответственности, предупреждающий звонок.

Она вернулась после того, как немного привела в порядок голову, приспособилась к своим мыслям, дала себе личное пространство для катарсиса, и оказалось, что за две секунды она полностью потеряла свою стабильность. Её устойчивость потерпела небольшой крах. И то, что на первый взгляд казалось лишь словом, на самом деле что-то перевернуло в её душе.

Гермиона налила себе выпить — в последнее время это казалось обычным делом — отнесла бокал в свою комнату и оставила на комоде. Она скинула ботинки и подняла с пола блокнот, который оставила там утром после возвращения от психолога. Миссис Малфой положила несколько подушек в изголовье кровати и откинулась на них, сидя с напитком в одной руке и записной книжкой в ​​другой. Она прижала блокнот к груди и сделала глоток огневиски. Закрыла глаза, не в силах остановить воспоминания о том, что случилось днём.

Гермиона покинула приёмную мистера Джосмана, чувствуя себя намного лучше. Ей тяжело дался этот разговор, но она всё выпустила наружу и была этому рада. Это был большой шаг вперёд. Женщина вернулась в дом своих бабушки и дедушки, через камин попала в особняк, переоделась и прибыла на работу вовремя. Ян дал ей подписать несколько бумаг и поприветствовал чашкой любимого кофе. Ничто не могло испортить этот день: всё было идеально.

Но как только Гермиона поверила, что её проблемы решаются, оказалась, что она никогда ещё так не ошибалась. Её помощник посоветовал проверить электронную почту, потому что, очевидно, там накопилось много писем, на которые нужно ответить. Обычно Миссис Малфой забывала на них отвечать, даже не заморачивалась. Но очевидно, что волшебный мир всё больше приспосабливался к использованию маггловских технологий, и, вероятно, она была одной из причин тому. Гермиона открыла ящик стола и достала оттуда сотовый телефон, с помощью заклинания, которому научила Джинни, она включила гаджет.

Гермиона увидела переполненный ящик для сообщений, но одно письмо особенно привлекло её внимание, настолько, что она чуть не пролила свой кофе на стол. Письмо пришло с анонимной страницы, которую она использовала год назад. Гермиона не могла в это поверить: она думала, что социальная сеть исчезла, что никто ею больше не пользуется. Одна из тех новинок, которые вышли в Интернете и не увенчались успехом. Но оказалось, что Facebook не просто возник в две тысячи четвёртом и пропал, а продолжал существовать четыре года спустя и даже активно развивался. Стало непонятно, чем же тогда этот сайт отличался от других. Чувствуя адреналин и некоторую нервозность, она открыла сообщение. Перед её глазами появилась простая фраза «Ты здесь?», а ниже подпись, та самая, от которой можно было упасть в обморок... «Принц». Гермиона почувствовала, что ей не хватает воздуха в лёгких, покраснела и чуть не потеряла сознание. Как он нашёл её настоящую электронную почту?

Не задумываясь, Гермиона написала ответ. Теперь она чувствовала себя низко из-за такого импульсивного поступка, но было поздно — она уже нажала кнопку «Отправить».

Музыкальная рекомендация: Back to Black – Amy Winehouse