3.Не смей говорить плохо о Мин Сюне!
С трудом разлепив веки, Ши Цинсюань увидел перед собой размытый белый потолок. Слабый свет, проникающий сквозь окно, причинял невыносимую боль глазам, но не столько, сколько пульсирующая боль в голове, которая казалась такой сильной, что его череп вот-вот треснет. Ему казалось, что в такой ситуации умереть было бы лучшим исходом, избавлением от этой муки. Он попытался пошевелить головой, но резкая боль, пронзившая виски, заставила его снова закрыть глаза.
- Проснулся, - раздался надменный и знакомый голос, который он узнал бы из тысячи. Голос Ши Уду, его старшего брата, наполнил комнату, словно ядовитый газ. Ши Цинсюань застонал, понимая, что ему не удалось избежать возвращения в это проклятое место. Он попытался пошевелиться, чтобы встать, но с ужасом обнаружил, что его руки и ноги связаны. Жесткие веревки врезались в его кожу, лишая его даже малейшей надежды на свободу.
- О нет, Ши Уду, не говори... - прошептал он, вкладывая в эти слова всю свою боль и отчаяние. Но не дав себе закончить, он быстро огляделся вокруг. Его сердце ухнуло в пятки. Помимо Ши Уду, в комнате также находились Пэй Мин и Ливень. Их присутствие, словно печать, подтверждало его полное бессилие. Ши Уду смотрел на него с неприкрытой надменностью, Пэй Мин с каким-то холодным и нечитаемым выражением лица, а Ливень - с деловитой отстраненностью.
Ши Цинсюань закатил глаза от боли, и устало откинул голову на подушку, словно больше не желая бороться.
- Верните меня туда, откуда взяли, - нервно протянул он, в его голосе звучали одновременно и злоба, и отчаяние, а также обреченность. Он понимал, что его мольба бесполезна, что никто не отпустит его. Но он не мог не высказать свое отвращение к этому месту, к этим людям, к своей жизни, которая казалась ему словно ловушкой. Он хотел только одного - чтобы его оставили в покое, чтобы позволили ему умереть и забыть про все это.
Ши Уду наклонился ближе к своему связанному брату, в его голосе звучало притворное сочувствие и раздражение.
- Ну почему ты это делаешь? Зачем? - спросил он, его взгляд был пристальным и требовательным. - Я же для тебя стараюсь, судьбу твою изменил, дал тебе всё, о чём только можно мечтать. Только благодаря мне ты сейчас тот, кем являешься. Почему ты себя так ведёшь? Что тебе этот демон наговорил? Пыль в глаза пустил, и ты поверил? Да он...
- Замолчи! - резкий голос Ши Цинсюаня заставил Повелителя Воды вздрогнуть. Он не ожидал такой реакции, такого яростного протеста от обычно мягкого и покладистого брата. В его взгляде вспыхнул гнев, и его лицо исказилось от возмущения.
- Не смей говорить плохо о Мин Сюне! - прорычал Ши Цинсюань, и в его голосе слышалось такое отчаяние, такая боль, что на мгновение Ши Уду даже отпрянул. От злости глаза Ши Цинсюаня наполнились кровью, а голубые вены, обычно скрытые под кожей, стали отчетливо видны на висках и шее, как будто он был на грани взрыва.
- Мин Сюн? - удивился Ши Уду, его брови недоуменно поползли вверх. - Не делай вид, что ты не знаешь. Он давно мертв. А Хэ Сюань столько лет притворялся им, втёрся к тебе в доверие, и всё для того, чтобы...
- Не произноси больше ни слова, - прошипел Ши Цинсюань, его голос был таким резким и полным ярости, что от собственного звука у него зазвенело в ушах. Казалось, что даже воздух вокруг него стал наэлектризованным. Его разум отказывался принимать слова брата, потому что это означало бы, что все, во что он верил, было ложью. Сердце разрывалось от боли и гнева. Он не хотел слышать больше ни одного слова, ни одного подтверждения того, что он был обманут. Единственное, чего он сейчас хотел, - это тишины, которая могла бы заглушить боль, раздирающую его душу.