Лист
Глава 40
От лица Эмилии
Прошёл месяц.
Мне казалось, что я приняла это. Боль притупилась, но пустота внутри никуда не исчезла. Каждый день начинался одинаково: я заваривала чай, садилась в саду и смотрела вдаль, будто бы ждала. Ветер шевелил ветви деревьев, капли дождя стучали по листьям, а редкие солнечные лучи пробивались сквозь серые облака. Иногда мне казалось, что вот-вот мелькнёт знакомая тень, прозвучат лёгкие шаги за спиной, и он, как раньше, тихо заговорит. Я вспоминала его смех, лёгкие прикосновения к рукам, как он умел делать маленькие странные вещи, чтобы рассмешить меня. Но ни через день, ни через неделю, ни через месяц он так и не появился.
⸻
Как-то раз кто-то постучал в дверь.
Я замерла. Сердце дёрнулось в груди — нелепая надежда на секунду заслонила реальность. Я бросилась к двери, открыла её и встретила взгляд Софии.
— Привет... Как ты? — её голос звучал нерешительно, почти боязливо.
Я молча смотрела на неё, не находя слов.
— Я сейчас выйду. Подожди немного, — наконец произнесла она спокойным голосом.
Мы неспешно шли по улице, слушая, как город живёт своей жизнью. Вдалеке слышался шум машин, где-то поскрипывали ворота, а запах мокрой земли смешивался с ароматом осенних листьев. Я вспомнила, как он однажды водил меня по этим улицам, рассказывал какие-то глупые истории, смеясь до слёз, и сердце снова забилось быстрее.
— Эмилия... прости меня, — тихо сказала София, опустив глаза.
Я понимала: она ни в чём не виновата. Она просто была частью истории, которую невозможно было изменить.
— Прошло немало времени, — выдохнула я, глядя на трещины в старой мостовой. — Ты ни в чём не виновата. Просто тогда я не могла осознать, что говорю и делаю.
София кивнула, молча, не зная, что ответить.
— Но тем не менее... он живёт. Он когда-то жил в этом мире, жил обычной жизнью, и... — я замялась, чувствуя, как пальцы сжимаются в кулак.
София молчала, не спорила, не пыталась убедить меня, что я схожу с ума. Она просто оставалась рядом, как прежде, словно тёплый щит, под которым можно было спрятаться от боли.
— Он обещал. Он вернётся. Я верю ему, — сказала я уверенно, но голос дрогнул. — Иногда... мне страшно. Как будто он вот-вот исчезнет, и я не смогу его спасти...
София сжала мою руку, и в этом жесте было больше слов, чем во всех её прежних попытках утешить меня.
Вернувшись домой, я прошла в сад, всё ещё ощущая тепло её ладони. На старом деревянном столе лежал маленький сухой листок клёна. Тот самый, что он однажды сорвал, крутил в пальцах, смеясь над какой-то глупостью. Я точно помнила: утром его там не было. Ветер? Случайность? Или... знак? Я сжала листок, чувствуя, как сердце колотится быстрее, а воспоминания всплывают в виде мгновенных, ярких картин — его улыбка, шепот в темной комнате, лёгкий запах дождя на его волосах.
⸻
Каждую ночь я перечитывала его записку. Иногда мне казалось, что в этих строчках скрыт ответ, что если всматриваться достаточно долго, я пойму что-то важное. Я вспоминала, как он однажды оставил мне маленькую записку в парке, и как я тогда смеялась и пыталась догнать его.
Но однажды, развернув сложенный листок, я замерла.
Часть слов исчезла.
Я моргнула, потрясла головой, снова вгляделась. Но их не было.
Я нервно провела пальцами по знакомым буквам, ощущая, как холод пробегает по позвоночнику. Лихорадочно перечитала записку снова.
"Прости. ___ всегда ___ рядом".
Грудь сдавило ледяными пальцами. Паника накрыла меня волной. Я вскочила, бросилась к тумбочке, выхватила дневник, начала лихорадочно листать страницы, вчитываться в записи, искать любую зацепку.
Некоторые слова были пустыми. Некоторые фразы теряли смысл. Будто сам мир пытался заставить меня забыть.
Ветер стучал в окна, дождь усиливался, казалось, что ночь поглощает всё вокруг. Но внутри меня буря была сильнее: страх, беспомощность, отчаяние.
Я сжала листок в руках, слёзы текли по щекам, дыхание сбивалось. Сердце колотилось так, что казалось, оно вот-вот разорвётся. Я хотела кричать, но вместо этого тихо шептала его имя, надеясь, что хоть где-то, в глубине души, он услышит меня.