Пусть наступит вечный покой
***
День, в котором Чуя был окружён постоянным вниманием и заботой, был невероятно чудесный, и в те редкие моменты, когда юноша оставался наедине с самим собой, он постоянно ощущал где-то позади шелест в траве и наблюдающие из темноты глаза.
Ближе к вечеру Дазай вернулся на гору, а если быть точнее, Чуя чуть ли не пинками выгонял упрямого демона со двора, чтобы тот мог отправиться домой и восполнить силы.
Но, боже милостивый, лучше бы Дазай остался.
***
В темноте дома Чуя обратил внимание лишь на доносящиеся трели птиц и шелест листьев. Но когда юноша услышал вопли толпы, звуки жуткого топота и свет сквозь бумажные сёдзе, было уже поздно.
Его схватили за руки, ударив несколько раз в живот. Люди кричали, бранились и всё требовали, чтобы Чуя открыл местонахождение демона, а после, перед смертью, покаялся в своём грехе перед природой и, наконец, сдох, как животное.
Но он молчал...
***
Почувствовав внутри, где-то в груди ужасную боль, демон прижал ладонь к коже, сжав её сквозь ткань. Что-то определённо было не так, что-то не давало покоя.
Дух решил, что ничего особенного не произошло, и он просто-напросто устал, но боль всё не проходила, усиливаясь с каждой минутой. Сначала кололо только в районе груди, потом тупая боль, словно его кто-то избивал, спустилась к животу, рукам, ногам. Пугающая догадка озарила: зрачки расширились, дыхание участилось.
Дазай нёсся со всех ног, будь он сейчас в прежней форме, ему ничего не стоило бы мгновенно перенестись к подножию горы или к дому человечка. Демон уже был в сотни метров от дома Чуи, он слышал звуки толпы, радостные возгласы и крики, и вдруг неожиданно всё оборвалось, будто перерезали натянутую до предела нить, оставившую после себя лишь последние мелкие колебания, а после ничего...
Демон ускорился, он бежал так быстро, как никогда.
Во дворе юноши толпилась уйма народу: там были все, от мала до велика, стояли и старики, и молодые. Завидев Дазая, люди в страхе расступились, волна тихих шёпотков прокатилась по улице. Демон шёл медленно, проходя сквозь толпу, лицо его не выражало ничего, кроме чистого листа. В глазах застыл немыслимый ужас, когда толпа расступилась, а свет факелов озарил лежащую в траве фигуру: ещё утром пышущее жизнью тело сейчас бездыханно лежало в грязи и пыли, словно убитое на охоте животное. Тэнгу рухнул на колени подле, протянув ладонь к бледной коже лица, щедро окроплённой кровью. В груди рана, а кровь, пестрящая и отблескивающая всеми оттенками жёлтого от света факелов, ещё свежая, не запёкшаяся, окрасила светлые одеяния, превратив юное тело в уродливое месиво: по всему телу виднелись только успевшие налиться кровью синяки и ссадины, несколько открытых переломов лишь устрашали картину, лицо юноши, ещё этим утром сияющее от улыбки, выражало лишь ужас, страх, а влажные пустые глаза заставляли Дазая прикусить губу. Вся картина ужасала, но больше всего убивало Дазая то, что толпа, люди, которые убили простого смертного ни за что, продолжала ликовать, радоваться и просить зрелищ.
Просили зрелища, так получите его сполна...
Демон приложил ладонь к глазам возлюбленного, закрывая их навсегда, встал с колен, поднял глаза и услышал крик ужаса. Человек, стоящий напротив него, увидел в глазах духа отражение самой преисподней, алый огонь царства демонов, вырвавшийся наружу по их милости. Истошный крик боли разразил возникшую гробовую тишину, демон поднял голову к небесам, прося прощение у богов. Алая волна чистейшей демонической ярости прокатилась по земле, а люди повалились мёртвыми грузами. Все они, все виновные в смерти его человечка, отлетели на несколько метров, повалившись замертво. Пятьдесят четыре мертвеца лежало на холодной мёртвой земле, но демон, потерявший всё, забрал лишь одно тело.
Он принёс хладный труп на гору, уложил в свою постель, обмыл чистой водой все раны, вернул кости на место, любовно шепча что-то неразборчивое. Демон сидел в глубоком поклоне подле тела, шепча молитву единственному милосердному к нему богу.
Пусть она услышит, пусть поможет...
Демоны не могут возвращать людей из мира смертных, они могут лишь умертвить их или излечить, если раны не столь серьёзны, но Дазай пришёл слишком поздно, тогда, когда хладное тело уже начало остывать. Если мать не откликнется, тэнгу будет винить себя в смерти человечка до конца своих дней, до скончания веков винить в поступке, совершённом глупцами-людьми.
***
Три дня. Ровно столько демон сидел, преклонив колени перед хладным телом. Труп начал бы разлагаться, если бы Дазай не продолжал подпитывать его своей магией.
Чуя лежал и выглядел так, словно крепко спал, устав после длинного рабочего дня, но в этот раз он не проснётся ближе к ночи, не откроет глаза и не пойдёт на кухню в поисках еды. Он больше никогда не улыбнётся, не засмеётся от глупой шутки. Отныне он будет лежать так годами, пока силы Дазая не иссякнут полностью и нежное, прекрасное тело человечка не начнёт тлеть.
К концу четвёртого дня Дазай вышел из себя, начиная крушить всё, попадающее ему под руки, духи-помощники, пытающиеся его остановить, смогли спасти от разгромления лишь несколько мелочей.
- Господин дух, что же скажет Юный Господин Чуя, когда проснётся и увидит всё это?
- Он будет перепуган до ужаса, - наперебой тараторили демоны, стараясь успокоить хозяина гор, из-за состояния которого уже несколько дней всю гору застилают непроглядные тучи, скрывающие за собой солнечный свет.
- Он больше не проснётся...
Тихие всхлипы раздаются эхом, отражаясь от стен. Демон, потерявший всё, сидит на полу, опираясь спиной о стену, вокруг него разбросаны разбитый фарфор, щепки от мебели и порванные одеяния. Слёзы ручьём идут по его щекам, а взгляд прикован к одному единственному, лежащему без дыхания так долго, что с ума сойти можно.
Демон закидывает голову назад, стукнувшись затылком о твёрдую стену. Боль пронзает череп, но она не столь сильна, как та, что разрывает сердце.
Тихий шелест и свечение, просачивающееся сквозь приоткрытые глаза, отрывают демона от умертвления собственной души. Открыв глаза, Дазай видит перед собой яркое божественное свечение, и где-то глубоко в душе закрадывается лучик надежды.
***
______________________________________
Спешу напомнить вам, что это отнюдь не конец, так что сильно не волнуемся. Могу лишь сказать, что всё будет не совсем гладко.
На сегодня всё, люблю вас ❤️❤️❤️