Away

  Сложно рассказать о своих чувствах. Все это покажется мыльной оперой, очередная девчонка ноет о том, что ее парень далеко от нее и как она сильно скучает. Да, может, я и не показываю своих чувств и я настолько тверда с Гарри, что это может показаться и вовсе не скучанием.

Смотрю на календарь и не верю, что уже почти декабрь и Гарри вот-вот приедет на Рождество. Как бы я не старалась отделить нас друг от друга, у меня ничего не вышло. Гарри постоянно твердит, что это ерунда, а я не могу прекратить чувствовать себя обузой. Почему он такой упрямый?

Замечаю, что Райли до сих пор не уехала, а Дэйв стал напряженнее. Думаю, Райли со своей мамой здесь, потому что мама Дэйва болеет снова. Не спрашиваю, потому что не хочу лезть не в свое дело.

Папа привозит Карла раньше, чем мою «любимую» тетю Джесс и бабушку с дедушкой. Мотивирует это тем, что мне скучно и одиноко, хотя он не раз пересекался в Ил-Марш с Дэйвом и даже Райли.

Мы проводим время все вместе, у нас получается компания в четыре человека, и мне становится намного легче. Райли скучает по своему парню, который не сможет приехать сюда. Интересуюсь, кем она работает, что может так долго проводить время здесь — она говорит, что она фрилансер.

Я говорю с отцом Гарри, как со своим врачом. Он задает мне много вопросов, как всегда. Я отвечаю спокойно и даже не психую на него. Пытаюсь хоть что-то услышать о Гарри, потому что он снова много работает. Меня это задевает. Я понимаю, что права, права в том, что так ничего не выйдет, особенно с моим переездом в Нью-Йорк. Но, когда я с ним в отношениях и привязана к нему, я не могу перестать думать о том, что он сейчас делает и как коротает даже то минимальное свободное время, которое у него есть. Боже, я ревную.

— Так, что ты думаешь о Нью-Йорке? — однажды спрашивает папа, заливая чай. Он бросает на меня взгляд.

— Что ты хочешь узнать?

— Ты все еще хочешь переехать, из-за Гарри? — спрашивает он. Самый сложный вопрос. Я бы уехала за ним куда угодно, но Нью-Йорк ставит меня в тупик.

— Ты бы отпустил? — получается переспрос у друг друга, и я снова вспоминаю о Гарри, черт.

— Ты доказываешь, что у тебя все в порядке и что ты взрослый человек, сама говоришь, что не хочешь провести здесь всю жизнь.

— Сказать честно, мне страшно туда ехать, но я постоянно думаю о Гарри. Это вообще нормально, обсуждать такие вопросы с папой? — усмехаюсь я.

— Ты уверенна, что Гарри твой единственный? — спрашивает он, игнорируя мой вопрос.

— Пап, почему ты не женился во второй раз? — перебиваю его я. Ставлю в тупик этим вопросом. Он что-то мычит, но полноценно не отвечает. — Мама была твоей единственной?

— Я не знаю, Ари, — только и говорит он.

Гарри звонит мне через три дня после этого разговора. Он снова кажется мне безумно усталым, говорит, что поедет на встречу с приятелем и я рада, что он, наконец, расслабится, но я знаю, что он снова не остановит себя в нужный момент.

— Ты взял выходной? — спрашиваю я.

— Да, у меня впереди два полноценных выходных, — довольно говорит он. — Завтра встречусь с папой, а потом не вылезу из квартиры. Я говорил тебе, что поменял квартиру?

Вот опять. Я ничего не знаю.

— Нет, когда ты переехал? — кажется, он услышал, что я расстроена.

— Две недели назад, — от этой новости я действительно зашла в тупик. Я понимаю, что может это не так и важно, но все-таки я не знаю даже этого. — Она чуть больше старой квартиры, у меня большие окна, которые выходят на небольшой парк. Внизу иногда играют музыканты, потому что там магазин инструментов.

— Здорово, — выдавливаю из себя.

— Тебе она понравится, — пытается успокоить меня. А я не знаю, как успокоить его, когда он, наконец, поймет, что я сомневаюсь. Нам не нужно быть вместе, он теряет столько времени. Решаю сменить тему.

— Как та медсестра, которой ты нравился? — спрашиваю я.

— Кажется, я был слишком жесток с ней, — смеется он. — Один парень с работы, позвал меня с собой в бар после работы на тех выходных. Я согласился, но не хотел пить. Одна девушка, думая, что я пьяный, пыталась соблазнить меня. Ты бы видела это зрелище.

— Ты не поддался? — шучу я.

— Да, она была красавицей, в коротком платье, но до тебя она не дотягивает, — он заставляет меня ревновать.

— Только не говори, что она терлась об тебя, — восклицаю я.

— Именно таким способом она пыталась познакомиться, — говорит он.

— Если бы меня не было, ты бы познакомился с ней? — спрашиваю я.

— Обычно я не пользуюсь пьяными девушками, — говорит он. — Но, она была ничего.

— Гарри! — я знаю, что это все шутка, но не могу ничего поделать.

— Ари, я терплю все эти неудобства только из-за тебя, — вздыхаю ему в ответ. — Что?

— Ничего, — отвечаю я.

— Я знаю, что разозлю тебя, но почему ты никогда не говоришь, что скучаешь? — спрашивает он.

— Потому что это бесполезно, — отвечаю я. — Какая разница, скажу я это или нет, ты все равно не телепортируешься. Но я, правда, хочу тебя скорей увидеть.

— Я приеду совсем скоро, — он заканчивает говорить, и я слышу громкие крики. Он звонит мне с клиники. — Извини, я должен бежать.

— Хорошо, — киваю в пустоту.

— Я люблю тебя, — бросает он, видимо уже опуская телефон, и скидывает звонок.

Пару минут просто сижу, пытаясь все переварить. Если бы он знал, как я скучаю и как жалею о том, что все это произошло.

Райли приезжает одна в Ил-Марш, потому что Дэйв на работе. Ее совсем не смущает история семейного дома. Мы вместе сидим в гостиной на втором этаже. Решаю, что это лучший момент, чтобы спросить про маму Дэйва.

— Может это не мое дело, мама Дэйва снова болеет? — спрашиваю я.

— Он не сказал тебе? — переспрашивает она. Качаю головой. — Да, ей стало хуже.

Мы закрываем тему и заказываем себе пиццу. Карл сидит вместе с нами. Смотрим комедийное шоу и смеемся вслух. Вечер проходит замечательно, и я почти забываю обо всем. Гарри пишет мне сообщения, спрашивает, чем я занимаюсь и как у меня дела. Пишу, что я с Райли. Не знаю почему, но ему не нравится то, что я с ней общаюсь. Ему в принципе мало, что нравится. Но, кажется, он остается доволен, когда узнает, что Дэйва нет рядом.

Спрашиваю у него, когда мне точно его ждать, но он выходит с сети. Переживаю из-за этого. Мне страшно, что он вообще не приедет. Мало ли его не отпустят с работы.

Больше всего на свете хочу его увидеть. Я вообще не понимаю, как прожила все эти месяцы. Кажется, чем ближе его приезд, тем медленнее идет время. Откладываю телефон и вникаю в беседу.

***

Я начинаю нервничать, когда приезжает моя тетя и бабушка с дедушкой. От Гарри никаких вестей. Я думаю, что он просто не хочет меня расстраивать. Я знаю, что станет еще хуже с его приездом, но мое желание превыше всего.

Семейные посиделки плохо на мне сказываются. Как и в том году, я чувствую этот взгляд тети Джесс и ничего не могу с собой поделать.

Мое настроение скачет так сильно, что мне становится страшно от самой себя, поэтому большее время я просто провожу сидя у себя в комнате, не встречаясь с Райли и Дэйвом.

Эти дни я просто перебираю старые вещи, фото. Убираю у себя в комнате и смотрю тупой сериал не переодеваясь весь день. Мне лень мыть голову, и кажется, я просто забила на все вокруг. Гарри очень сильно влияет на меня.

Кажется, я схожу с ума, когда думаю о том, что Гарри остался в Нью-Йорке ради кого-то. Злюсь сама на себя. Знаю, мне нельзя нервничать и все-такое, но это все, чем я занимаюсь в последнее время. Даже Карл не в силах развеселить меня. Что касается моей болезни — это все затишье перед бурей. И мне очень страшно за эту бурю.

Когда остается три дня до Рождества и мои родственники уже украсили елку, я теряю всю надежду. Я знаю, что мне нужно сделать. Я не хочу так страдать и вечно думать о том, где он, с кем он. Я знаю, что первое время ничего не изменит, но со временем я перестану думать об этом, мне просто нужно время, я не хочу постоянно страдать из-за него.

Снова ложусь спать днем из-за переутомления. Засыпаю с мыслями о Эмили, которая снова ходит по дому.

Впервые мне снятся сны. Их много и все они яркие. Не могу связать каждый из них, но один раз вижу лицо Гарри, совсем мельком. Эмили тоже здесь есть. Во сне она сидит на моей кровати и смотрит на меня без каких-либо чувств.

Знаю, что проснулась, но мне лень открыть глаза. Ничего не изменилось, я чувствую это. Хочу лежать весь день и чтобы меня никто не трогал. В доме тишина, наверное, сейчас раннее утро. Надеюсь, что я успею сделать все свои дела до того, как проснутся родственники. Из-за этой мысли открываю глаза и натыкаюсь на лицо напротив.

— Гарри, — выдыхаю я. Будет странно, если я себя ущипну и проверю. Не свожу с него глаз и не могу пошевелиться.

Вот он передо мной, настоящий. Он в моей комнате, смотрит на меня. Вскакиваю с кровати, опрокидывая одеяло, и почти падаю на него. Кидаюсь к нему в объятья, и мы валимся на кровать, крепко обнимая друг друга.

— Ты здесь, — говорю я.

— Я здесь, — повторяет он. Непривычно слышать его голос в живую и обнимать кого-то так сильно. Я так давно мечтала об этом. — Когда ты приехал? Почему не позвонил?

Злюсь на него за это. Он поправляет мои волосы, убирает их с лица.

— Были проблемы в аэропорту, я боялся, что не успею. Не хотел, чтобы ты переживала, — говорит он.

Смотрю прямо ему в глаза, не убирая с него рук. Мы лежим так вместе, в объятиях друг друга, наши лица так близко, что, кажется, будто я могу разглядеть все. Я так скучала по этой близости.

— Когда ты приехал? Кто тебя впустил? — так много глупых вопросов, я могла бы спросить что-нибудь важное, но спрашиваю именно это.

— Полтора часа назад. Я заехал домой, принял душ после дороги, немного поболтал с мамой. Твой отец меня впустил, — говорит он. Его рука гладит меня по спине, через футболку. Самое лучшее ощущение в мире.

Замечаю, что он подстригся и ему очень хорошо, все равно некоторые пряди спадают ему на лицо, потому что он не уложил их. У него огромные круги под глазами, явно работал до износа. В целом он кажется очень усталым.

— Что? — спрашивает он, хмурит брови. По его понятиям я слишком долго его разглядываю.

— Ты выглядишь чудовищно, — говорю я. Он остается серьезным несколько секунд, а затем прыскает от смеха.

— Я не спал уже две ночи, — говорит он. Я протягиваю ладонь и дотрагиваюсь до его лица. Медленно вожу пальцем по его чертам, плотно сжимаю губы. Внутри так спокойно, затишье. — Ты продолжаешь разглядывать меня.

Напоминает он, и теперь я смеюсь.

— Я так давно хотела тебя увидеть, — признаюсь я.

— Я же сказал, что приеду к Рождеству, — говорит он.

— Все что угодно могло случиться, — опускаю взгляд.

— Например?

— Не знаю, я думала о том, что ты мог остаться ради кого-то, — звучит ужасно. Моя шизофрения заставляет меня подозревать его. Даже если бы не она, любая бы на моем месте так думала.

Гарри качает головой и с издевкой улыбается.

— Ты сошла с ума, — он прижимает меня к себе крепче, и теперь я слышу и чувствую его сердце.

— Просто мне с тобой так повезло, все так хорошо идет. Ты ждешь меня, я тебя, — Гарри продолжает меня гладить и целует в макушку.

— Это называется нормальными отношениями, Ари, — твердо говорит он. — Если у тебя с Джеймсом все было по-другому, это не значит, что с ним все было правильно.

— Почему ты вспомнил про него? — хмурюсь, но не поднимаю голову

— Всякие мысли лезут, когда ты далеко.

— Я не хочу ругаться с тобой. Ты только что приехал, а я до сих пор не верю, — говорю я.

— Не ругайся.

Мы лежим в молчании, может час. Я все время чувствую руку Гарри под своей футболкой, водящую по моей спине. Его теплое дыхание на своих волосах. Слышу его сердце и крепко обнимаю его, чтобы он никуда не смог уйти.

В коридоре слышатся звуки, семья просыпается. Не хочу никуда идти и двигаться в принципе нет желания. Я бы лежала так вечно: дышала бы любимым человеком, чувствовала его и его тепло, просто наслаждалась этим моментом.

В дверь доносится стук, и мы вдвоем вскакиваем, прерывая этот момент.

— Бабушка приготовила завтрак, так что пять минут на сборы, — слышу голос папы, который как никогда серьезен. Это из-за Гарри. Я вообще удивилась, что он впустил его в дом, когда я спала.

— Ты наблюдал, как я спала? — спрашиваю я, оборачиваясь, чтобы посмотреть на Гарри.

— В этом есть что-то плохое? — этот переспрос сведет меня в могилу.

— Гарри! Когда я смотрю на тебя, ты прямо бесишься! — поднимаю плед с пола и кидаю его в кресло.

Снова окидываю взглядом Гарри и застываю на месте. Он будто бы стал еще выше и немного подкачался, его мышцы стали рельефнее.

— Ты ходил в зал? — спрашиваю я. Подхожу ближе и дотрагиваюсь до его торса.

— Я бегал, — щупаю его, как бы странно это не выглядело.

— Пять минут! — снова доносится из-за двери.

— Мне нужно умыться, — еле отрываюсь от Гарри и иду ванную. Стараюсь умыться быстрее, почистить зубы. Смотрю на свои волосы и просто заплетаю высокий хвост, потому что они в хаосе.

Так странно сидеть всей семьей в столовой, когда здесь находится Гарри. Он сидит рядом со мной, и я понимаю, что бабушка совсем не стесняется рассматривать его.

— Оказывается, чтобы рассмешить Арью, нам надо было привезти тебя, — опускает шуточку Карл. Ненавижу его.

Гарри берут в охват мои родственники. Папа спрашивает о Нью-Йорке и его работе, а я просто не могу отвести от него взгляд, потому что боюсь, что он исчезнет.

Завтрак затягивается, а я скорее хочу оказаться с ним наедине. Точно не здесь.

— Чем вы собираетесь заниматься? — спрашивает бабушка с любопытством свойственной только ей. Гарри бросает на меня вопросительный взгляд. Я знаю, чего я хочу, прямо сейчас.

— Ты же говорил про дом у озера, тебе там что-то нужно, — Гарри кивает.

Получается неловко, но мы поднимаемся наверх, чтобы я могла собраться.

— Не быть тебе хорошей лгуньей, — говорит он.

— Я не хочу сидеть здесь, когда они все вокруг, — достаю из шкафа джинсы и свитер.

— Иди ко мне, — просит он. Сажусь на него и обвиваю руками его шею. — У тебя смешные родственники.

Не знаю оскорбление это или комплимент, пропускаю мимо. Гарри крепко держит меня за талию, а я обхватываю ногами его бедра.

— Ты такая красивая, — шепчет он, целуя меня в подбородок.

— Даже с такой прической? — ухмыляюсь я.

— Любая, — говорит он.

Из-за того, что я сижу на нем, я выше. Ему приходится вытянуться, чтобы поцеловать меня, наконец-то. Самый сладкий поцелуй после такой длинной разлуки. Я чуть не плачу, но вовремя останавливаю себя. Не хочу плакать. Вот он, Гарри, прямо передо мной. Сидит и смотрит таким взглядом, что я просто не могу устоять перед ним.

— Ты же знаешь, что тебе нужно одеться? — спрашивает он. Киваю. — Давай, чем быстрее ты соберешься, тем быстрее мы останемся вдвоем.

Тяжело вздыхаю. В голове уже крутится вопрос: когда он уезжает? Не спешу его задать, хочу просто насладиться всем этим.

— Хорошо, — киваю я.

Мне тяжело встать с него. Не отвожу глаз, пока переодеваюсь. Он с таким видом наблюдает за мной. Действительно, чувствую себя самой красивой. Когда с джинсами покончено, я снова подхожу, хочу поцеловать его, но он быстро встает и тянет меня на выход.