Том 4. «Добро»
Когда я очнулась, первым кого я увидела, был Тилль. Он, не отрывая глаз, сидел с явной тоской и отчаянием, наблюдая за мной.
Следом я увидела молодую девушку, которая крутилась около меня, обрабатывая раны.
Я молча лежала и наблюдала за происходящим. Тут сразу же в комнату зашел Рихард и Шнайдер, Рихард подошел ко мне и взяв за руку, начал говорить:
– Спасибо тебе за то, что спасла её.
Следом ко мне подошел Шнайдер и спросил о моем самочувствии, но я лишь с улыбкой кивнула ему, давая понять, что все хорошо.
Девушка врач, подошла к Тиллю и тихим голосом начала ему говорить:
– Раны не глубокие, с ней всё хорошо. Насчёт ваших опасений, тоже можете не переживать, всё в порядке.
Девушка позвала Рихарда, чтобы они прошли проведать Розалин.
Я повернулась лицом к Тиллю сказала ему на русском:
– Не кисни, всё хорошо.
Я поднялась с постели и подошла к зеркалу, чтобы посмотреть на перевязки ран.
– Не очень конечно..
Тилль встал позади меня и аккуратно приобнял за талию.
– Тебе лучше отдохнуть.
– Я хочу проведать Розалин.
Я отошла от Тилля и направилась в соседний домик, чтобы увидеть, как там Розалин. По пути к ней, ребята спросили всё ли хорошо со мной и направились к Тиллю.
Оказавшись внутри, я увидела только Рихарда, врача и лежащую на постели его дочь.
– Как она?
Я сказала это на русском и прошла ближе к постели, присев на край.
Рихард перевел на меня взгляд и ответил:
– У неё жар. Мы смогли его понизить только спустя шесть часов.
Он очень мило держал её за руку, наблюдая за тем, как врач обрабатывает её раны.
– Я останусь с ней до утра, вам лучше её не тревожить, как очнется, я вам обязательно сообщу.
Врач обратился к Рихарду, давая понять, что лучше оставить её с Розалин наедине.
– Расскажи мне, что произошло.
Мы с Рихардом вышли из комнаты и уселись в гостиной за столом.
– На нас напал медведь. Первым он напал на неё, я отвлекла его, давая ей возможность убежать, язалезть на дерево, но она растерялась и уселась около дерева закрыв руками лицо. Мне пришлось, что-то делать, чтобы медведь ее не растерзал. Повезло, что я собой взяла хоть какие-то снаряжения. После того как я повторно отвлекла внимание медведя, я дала ей команду бежать к вам и звать о помощи. Она так и сделала. Дальше не хочу рассказывать, думаю и так понятно, что мы с медведем остались наедине. Сумев его убить, я направилась к выходу и нашла Розалин почти без сознания.
Рихард внимательно слушал то, как переводчик переводит ему каждое мое слово. Осознавая всю серьезность произошедшего на его лице не было никак эмоций, я его прекрасно понимала.
Выслушав меня до конца, он позволил себе наглость, либо это были эмоции сожаления. Он присел около меня и обнял.
– Скажи, у нас могло бы быть нечто большее?
Рихард отстранился от меня и посмотрел мне в глаза, ожидая ответа:
– В другой жизни, Рихард.
Я ответила ему на немецком, чем повергла его в шок.
– Некоторым людям суждено влюбиться в друг друга, но не суждено быть вместе. Особенно после того, что было между нами.
Я поднялась с дивана и пошла к выходу.
– Ты помнишь?
Откликнул меня Рихард.
Я лишь ехидно улыбнулась и прокрутила у себя в голове тот момент, когда собирая грибы в лесу, я наткнулась на то место, где до сих пор в дереве торчали стрелы. Невероятно глупо вспомнить обо всем, именно благодаря этому воспоминанию, правда?
Я оставила Рихарда и покинула их домик. Он не дурак, он всё понял.
Оставалось лишь подумать над тем, как необычно дать понять Тиллю то, что я всё помню.
Но тут меня постигла память настолько сильно, что я ускорила шаг и забежала в наш домик в направлении уборной.
Оказавшись внутри, я закрыла двери и подошла к зеркалу прикоснувшись одной рукой своего живота.
Наблюдая в отражении за собой же, я продолжала чувственно касаться пальцами живота.
– Твоя мама так нелепо всё вспомнила, прости меня.
Я мило усмехнулась продолжая любоваться собой в зеркало.
– Теперь ясно, почему твой папа так заботился о том, чтобы я не курила и больше проводила времени на улице.
Закончив милую дискуссию в уборной, я вышла из неё и сразу же наткнулась на Тилля.
Он взял меня за руку и аккуратно повел на первый этаж, где стояла колонка переводчик.
Я послушно шла за ним, обдумывая как же ему так не обычно признаться.
Как только мы спустились вниз и присели на диван, он поинтересовался у меня, что произошло в лесу, я начала рассказывать ему на русском всё то же самое, что и говорила Рихарду.
– Главное, что сейчас всё хорошо и ты сидишь рядом со мной. Дурак, нужно было тебя не отпускать, а пойти с тобой вместе.
Тилль нервно провел рукой по подбородку и на выходе спросил:
– О чём с тобой говорил Рихард?
Я сделала задумчивый вид и ответила:
– Предложил отношения. Но я не знаю, я ведь ничего не помню ни о тебе, ни о нём.
Тилль сразу же сменился в лице с явным недовольством и пассивной агрессией, а я продолжила говорить:
– Но не думаю, что будет уместно встречаться с ним нося под сердцем твоего ребенка, правда?
Я улыбнулась и смотрела на Тилля с дрожью по телу в ожидании, пока переводчик озвучит ему мои слова.
Не прошло и пару секунд, как он услышал перевод и искренним и милым удивлением посмотрел на меня.
Тут же я следом уже дополнила на немецком.
– Ты хочешь мальчика или девочку?