Индукция страсти

— Эйс, мы выиграли! — Визг Молли наполняет мой слух, сестра прыгает на меня, как только я спускаюсь с лошади и передаю поводья, чтобы животное увели в стойло.

— Папа, мы тебя сделали! — Кричит Стэнли, свистя и поддаваясь эмоциям счастья, которыми наполнены все вокруг.

— Я думала, ты её убьёшь, — шепчет сестра мне на ухо. Она тяжело дышит из-за гонки, которую мы устроили последние пятнадцать минут.

— При свидетелях? Не глупи, — оттаскиваю девушку от себя и смотрю в её полные восторга глаза.

— Я считала, что ты не помнишь, как играть. Раньше ты никогда этого не делал с нами, — смеётся она.

— Молли, много думать тебе противопоказано, лучше делай то, что у тебя выходит намного лучше. Улыбайся, — отвечаю ей, и вроде бы не оскорбил. Или всё же немного? Но она смеётся громче, присоединяясь к брату и ещё двум мужчинам из нашей команды.

Да, я выиграл. Я приложил столько усилий, чтобы увести у Бланш мяч, что мне требуется вода и душ, дабы смыть с себя пот от чьей-то формы, которую мне дали на время игры. Но, чёрт возьми, она превосходный соперник. Любая женщина поддаётся, а она, наоборот, стремится всегда быть первой, как и я. 

Не в этот раз, мисс Фокс, физически я намного мощнее, чем вы, да и умственно.

Пока судья поздравляет выигравших и утешает проигравших шампанским, я отмечаю, что Бланш нет. Отца выводят с поля, и все гости направляются за ними, чтобы немного пообщаться и выпить за этот день, но её нет.

Я не поддаюсь такого рода развлечениям, даже на лице Нейсона было написано удивление, когда я вызвался участвовать. От меня не ждали такого шага, но именно это помогло увидеть большее. Она, действительно, обучалась не только уменью ублажать мужчин, но и держаться уверенно в седле. Она делала немыслимые для других повороты и удары, эта игра была больше для нас с ней, потому что мяч мы вырывали друг у друга. Одно очко, которое я выхватил у неё из-под носа, приносит наслаждение. Вот он секс, вот. Неужели, это ощущение подъёма и ещё большей уверенности в себе хуже, чем примитивное кувыркание в постели? Нет. Здесь нужна не только сила, но и логика. Необходимо просчитывать ходы, знать противника и обскакать его, защитить ворота и победить. Как же приятен вкус победы — чистый наркотик.

По моим заключениям, она направилась к конюшне. На её высоких сапогах есть эмблема фирменного дома моды, где занимаются частными заказами, да и форма её была подогнана по фигуре. Значит, она готовилась к этому дню заранее. Предусмотрительно.

Ржание лошадей раздаётся по бокам от меня, и я иду дальше, втягивая в себя удушливую вонь навоза. От дождя в помещении влажно, и мне не комфортно, но я не могу переселить в себе радость от триумфа и желание увидеть поражение в её глазах.

Замедляю шаги, когда слышу тихий голос.

— Бедная Звёздочка, я тебя загоняла. Но я обещала тебе угощение, если покажешь, какая ты сильная. И ты это сделала, милая, ты умница. Ты была лучше всех.

— Разговор с заведомо непонимающим тебя объектом имеет отголоски шизофрении и тех самых отклонений, которые ты отрицаешь, Бланш, — подаю я насмешливо голос.

Она оборачивается, когда лошадь с её руки съедает кусочек лакомства. Даже не удивлена моему присутствию.

— Я не отрицаю отклонений, мистер Рассел. Я упоминала, что вы не имеете тех, которые предпочитаете лелеять в своём разуме. И научно доказано, что лошади понимают человеческую речь и реагируют на людей по-разному, в зависимости от восприятия и интонации. Меня учили, что нужно поощрять человека или же животное, когда оно проявляет то, о чём их просят, — с улыбкой отвечает она и возвращает своё внимание на чёрную кобылу с непонятным узором на морде.

— Нет, мистер Рассел, я не желаю больше говорить с вами о деньгах. Это меня чертовски утомило, и если вы пришли сюда за этим, то прошу вас, успокойтесь, — добавляет, не поворачиваясь ко мне. Её ладонь в перчатке ложится на чёрную гриву, и она её поглаживает.

— Я пришёл, чтобы поблагодарить за игру. Она была довольно сносной, хотя я не люблю этого, — прислоняюсь плечом к стене загона, наблюдая за её неторопливой лаской, на которую лошадь моментально отзывается довольным ржанием.

— Но вы любите побеждать. Вы маниакально стремитесь к этому и порой не замечаете, когда переходите рамки дозволенного. Вы ударили Ларка, но я даже скажу спасибо за это, он меня раздражает. К тому же вы играли не в поло, вы боролись со мной вновь. Не надоело? — Бланш оборачивается ко мне.

— Ты слишком высокого мнения о себе, Бланш. Если есть враг, то он враг во всём. К тому же я не ударил кузена, а предотвратил его замах и выиграл время, чтобы увести мяч от него и от отца, — спокойно отвечаю ей.

— А если враг — это вы сами? Что делать тогда? Как бороться с самим собой? — Она выглядит довольно серьёзно и явно намекает на несуществующих демонов внутри меня.

— Бороться бесполезно. Смертельно даже.

— То есть сложить оружие и добровольно ожидать конца? И это советуете вы, тот, кто никогда не бросает начатое и предпочитает только победу? Вы не выспались или же пилюлю доброты выпили? — Ехидно поддевает меня.

— Проще задать вопрос напрямую, мисс Фокс, иначе это может ввести собеседника в недоумение. Спросите напрямую, ну же, не бойтесь, я слышал столько, что ваш вопрос не вгонит меня в краску, — она усмехается от фразы, которую бросила мне вчера.

— Хорошо. Как от вас отвязаться? Что мне предпринять для того, чтобы вы прекратили меня преследовать и думать о моей причастности к уходу вашего отца со службы? — Она подходит ко мне и стягивает перчатку с одной руки.

— Я вчера дал тебе возможность, но ты отказалась. К слову, я этого больше не требую. Никакой войны, Бланш, перемирие.

Слова словами, но борьба продолжается, и она об этом знает. Её глаза приобретают глубокий синий цвет, скрещивая со мной невидимую шпагу, и это довольно интересно.

— Перемирие? Хорошо, спасибо, а то я, действительно, уже не могу прятаться от вас, мистер Рассел. Вы так надоедливы, отчего я даже задумываюсь, сравнивая вас с другими, что Ларк не так уж и плох. Но раз вы, наконец-то, приняли обстоятельства, то я буду рада больше не воевать, а получать удовольствие от происходящего, — её облегчённый вздох никак не вяжется с воинственным взглядом. Она протягивает руку, а я только киваю ей. Не собираюсь больше дотрагиваться до этой женщины.

— Что ж, было приятно сыграть с достойным противником, я так давно этого не делала. Не опаздывайте на ужин, всё начинается в семь часов, далее — представление акробатов, восточные танцы и фейерверк. Надеюсь, у них получится как-то это сделать в такую погоду, — перечисляя будничным тоном, Бланш опускает руку.

— Непременно буду. Раньше я отказывал себе в увеселительных мероприятиях, сегодня же хочу вкусить все краски, приготовленные тобой.

— Только не получите передозировку, она может быть опасной для первого раза. Понемногу, необходимо привыкание, а потом уже резкое внедрение, чтобы развлечения не поняли, что вы их победили и стали тем, без чего они уже не могут существовать, — она тихо смеётся, якобы дав мне совет. Нет, каждое её слово имеет смысл. Она говорит завуалировано, чтобы никто не понял, кроме меня, разумеется, что она на самом деле имеет в виду. Именно так она попала в высший свет, и теперь он не представляет жизни без неё. Умно, только зачем? Она же понимает, что я продолжаю строить планы, и сама даёт мне зацепки.

— Порой перенасыщение вызывает обратный эффект. Отвращение. Чем больше наслаждения, тем сильнее оно обесценивается, и на него перестают реагировать нервные окончания, как и головной мозг. Это приедается и забывается. Поэтому необходимо приложить ювелирные умения, чтобы действие было длительнее, — произношу я.

— Приму к сведению, мистер Рассел. Признаюсь, что я не люблю долго копаться в нюансах. Это меня утомляет, к примеру, сбор пазлов. Меня жутко раздражают эти маленькие фигурки, которые необходимо тщательно искать и складывать. И какой от этого толк? Никакого, всё равно частички потеряются, и картина не будет целостной никогда. Глупость, — она отмахивается, словно рядом с ней летает муха, и обходит меня.

— Чтобы не терять фрагменты пазла, необходимы внимание и усидчивость. Не стоит что-то начинать, если теряется желание завершить.

— Вот чего-чего не имею, так это усидчивости. Во мне слишком много энергии, чтобы тратить её на бесполезные занятия. Я предпочитаю движение, быстро и по животному грубо. Вот где, действительно, нужно упорство, чтобы довести всё до конца. Удивительно, это наш самый долгий разговор без взаимных оскорблений. Осторожнее, мистер Рассел, мне даже понравилось, — её смех раздаётся громче, чем раньше, он очень чистый, и подтверждает её искренность, хотя я в это не верю.

— Мне уже пора, Тедди будет волноваться. Он знает, как я люблю лошадей и иногда провожу время, общаясь с ними, это его обижает. Но ведь сегодня его день, и я должна сделать всё, чтобы он был счастлив. До встречи, мистер Рассел, — она подмигивает мне и направляется к выходу.

Наблюдаю, как покачиваются её бёдра, обтянутые красным трико, и отчего-то так темно становится внутри. Я не желаю видеть в этой женщине нечто светлое, потому что это всё иллюзия. Она играет со мной, и я не имею права дать ей повод усомниться в том, что я съел наживку. Пусть думает о моей капитуляции, но я буду дальше наблюдать и находить решения на ходу, ведь с этой женщиной планировать запрещено. Её мнение и мысли меняются так же хаотично, как и мои. Необходимо быть всегда начеку, чтобы выиграть вновь.

Лошадь бьёт копытом от недовольства, и я поворачиваюсь к ней.

— Даже не думай. Я хоть и психопат, но кормить тебя не собираюсь, непонятная узорчатая морда, — фыркая, закрываю стойло на замок и иду к выходу из конюшни.

Чёрт, я что, действительно, говорил с лошадью? Недоумок. Эта женщина своими выводами ещё больше сведёт меня с ума, придётся сделать обратный эффект. У неё в глазах будет рябить от моей вежливости, я даже вспомню правила этикета. Ложь, я не собираюсь прилагать усилия, чтобы ввести в заблуждение Бланш. Именно так она вычислит меня, так что я останусь замкнутым, как и был прежде. Эта роль мне удаётся лучше других.

Присвистывая и наслаждаясь дождём, направляюсь к дому, и даже настроение прекрасное. Мне нравится хмурое небо, тяжёлые капли, бьющие по лицу, и вонючая одежда. Я предвкушаю победу.

— Эйс, а вот и ты. Мне срочно нужно поговорить с тобой, — не успеваю я войти, как путь мне перекрывает мама.

— Насколько я помню, вы, мадам, отказались это делать, — замечая, обхожу её и, игнорируя шум с левой стороны, иду к лестнице.

— Эйс, немедленно! — Повышая голос, она обгоняет меня и указывает головой в сторону моей спальни. Она возбуждена каким-то событием. Меня это больше не волнует, пусть делает то, что хочет, а у меня есть собственный план, который приведёт меня к завершению дела.

Устало вхожу в комнату, и мать закрывает за собой дверь.

— Я согласна, — на выходе шепчет она.

— С чем? — Хмуро спрашиваю её и стягиваю с себя синюю кофту.

— Ты предложил отвлечь Таддеуса от Бланш, чтобы он не подписал с ней контракт. Если так продолжится, то мы можем оказаться на грани банкротства. Пока вы играли, к слову, была я удивлена, когда Молли сказала, что ты вызвался играть за их команду, да ещё и победил...

— Переходите к делу, мадам, — обрываю её.

— Так вот, пока вы играли, я порылась в документах твоего отца и увидела, сколько он ей платит. Это немыслимые суммы, Эйс. С меня она взяла сто десять тысяч, а он ей за каждую неделю сто семьдесят три тысячи переводит. Сто семьдесят три! А за день он отдавал ей от тридцати до пятидесяти тысяч! И это, не считая оплаты косметологов, её нарядов, поездок, украшений и много чего! Я в шоке! — Мать возмущённо повышает голос и начинает расхаживать передо мной.

Наживка проглочена.

— Если их отношения продолжатся, то это приведёт к краху. Как же тогда я? Он обещал меня содержать, и пока, конечно, это делает, но скоро всё закончится. Да, ты можешь начать меня оскорблять за мою корысть, но я отдала ему половину жизни. Сама же нашла эту стерву, и теперь она вытягивает из него немыслимые суммы, только потому, что шлюха! Эйс, почему ты молчишь? — Она останавливается и всплёскивает руками.

— И что вы от меня хотите? Я жду, когда вы выплеснете обиду из-за неоценённых услуг и прекратите истерить, — спокойно отзываюсь я, швыряя мокрую футболку на пол.

— Я не думала, что их отношения продлятся так долго. И это моя вина. Бланш встретилась со мной и сообщила, что с моего разрешения будет встречаться с Таддеусом дольше, чем я её просила. Я согласилась, считая, что поступаю верно. Но я ведь и понятия не имела, сколько он ей платит. Да, мы богаты, и очень, но твой отец больше не работает, Стэнли и не собирается, а ещё необходимо куда-то пристроить Молли. Боже, Эйс, что же я натворила, — всё, теперь начнутся причитания, которых я предпочту избежать.

— На этом остановимся. Значит, вы готовы, мадам, применить свои навыки и соблазнить бывшего мужа, чтобы удержать его от желания подписать новый контракт с Бланш? — Уточняю я.

— Да. Готова, ради своих детей...

— Не начинайте, вы ради себя это делаете, но меня последнее не волнует. Я не собираюсь помогать вам финансово, как и оболтусу брату, потому что вы его слишком жалели. Молли вы позволили окончить колледж красоты, и всё. Так что теперь вы, мадам, будете вести иную тактику. Сестру отправите в закрытый университет со следующего года, экономика или же финансы. Стэнли обратится к Нейсону и попросит место хотя бы где-то. И всё это сделаете вы, мадам. Именно вы должны заставить их начать другую жизнь и не зависеть от вас, понятно? Ваша помощь в устранении Бланш мне не нужна, но я иду на уступки с этим условием. Вы принимаете его? — Грубо спрашиваю её.

— Да, принимаю. Я согласна на все твои условия, сынок, только помоги сохранить деньги в семье, — тихо отвечает она.

— Отлично. Тогда отправляйтесь готовиться. Я выведу Бланш из строя после ужина, и тогда вам придётся приложить неимоверные усилия, чтобы затащить отца в постель. Если надо, то напоите его, но не дайте ему вспомнить, что этой ночью завершается его контракт с Бланш. А теперь вы свободны, мадам, я хочу принять душ и освежиться, — огибая мать, подхожу к шкафу и достаю свежее бельё и одежду.

— Ты думаешь, всё получится, Эйс? Она оставит его, если он больше не будет заинтересован в ней? — Сдавленно подаёт голос мать.

— Бланш не из тех женщин, которые бегают за мужчинами. Она предпочитает, чтобы они бегали за ней. Она доминирует в отношениях и не позволит себе опуститься до жалкого уровня пресмыкающегося, поэтому да, уверен. Если отец ей откажет, то она возьмёт кого-то другого. Далее, отец оскорбится и не пожелает иметь дела с обманывающей его чувства женщиной. К тому же, как говорится, клин клином вышибают. Подарите ему, мадам, чувства, страсть, и что там ещё умеет Бланш. Учитесь у неё, мадам, вместо того, чтобы горевать о деньгах, подаренных ей за ваше незнание. До вечера, — сухо бросаю ей и вхожу в ванную комнату.

Ещё один союзник — это прекрасно. Хотя мне, действительно, не нужна помощь матери, но отвлекающий манёвр может сыграть на руку. Мне. Я убью одним выстрелом пятерых зайцев. Родители вновь сойдутся. Молли получит достойное образование. Стэнли прекратит вести отвратительный образ жизни и возьмётся за ум. Моё положение станет ещё крепче, как и авторитет. Последнее, Бланш. Она исчезнет из нашей жизни, и тогда я с удовольствием поставлю точку.

Сегодня предстоит финальная борьба, именно страх не иметь материальных благ заставил мать двигаться туда, куда я хочу. Даже забыл, что я сделал ночью, когда понял, что Бланш работала на мать. Я предполагал, что она начнёт противиться моим приказам, но всегда есть возможность заставить людей делать то, что я желаю. Надо же, как я предусмотрителен, и она, верно, пошла туда, где её ожидал подарок, когда она получила счёт за оплату ценных экспонатов, которых даже не существует. Мать редко запоминает, что заказывает, порой даже попадает в неприятные ситуации из-за этого, но сейчас всё разыграно как по нотам. Идеально. Корысть — одна из самых интересных особенностей человеческого состояния. Она, действительно может, творить чудеса разума, вызвать страх и преподнести марионетку на блюдечке.

Я никогда не отрицал, что во мне нет чувств, а только желание достичь цели и оставить за собой последнее слово. Это мне удаётся превосходно.

Моя форма в норме. Бланш, это ты не понимаешь, с кем решила побороться за право быть сумасшедшим.

Подготовка к вечеру занимает не так много времени, как бы мне хотелось. Завтра предстоит вернуться в парламент и увидеть, как обстоят дела там. А дальше рутина, пока не подвернётся новый интересный случай, чтобы меня это увлекло. Хотя я обычно сам их ищу, копаюсь и нахожу утечку информации или же что-то в этом духе. Но это будет завтра, а сегодня мне предстоит надолго задержать Бланш, чтобы мать успела увести отца. Признаюсь, что выдумал расценки, но предполагаю, что всё обстоит именно так. Вряд ли её услуги стоят дёшево, хотя я ни черта не знаю об этом. Я даже не совершал крупных приобретений за последние десять лет, мой счёт растёт, а мне плевать на него, как и на гонорары от помощи частным лицам. Только когда мне скучно я это делаю и не нарушаю закон. Я же участвую в их принятии, как я могу. Чёрт, мне кажется, мои нервы сдают и подрагивают на лице, отчего я чувствую улыбку. Это больно, оказывается. Очень больно, так, что приходится тут же поджать губы и не позволять себе демонстрировать своё возбуждённое состояние.

Время ужина подходит, и я медленно спускаюсь вниз, где зал уже кишит гостями. Останавливаюсь в углу и оцениваю обстановку. Нейсон, к сожалению, спустится позже заявленного времени, поэтому мне даже поговорить не с кем. Замечаю Молли в золотистом сверкающем платье и с распущенными волосами. Рядом с ней увивается какой-то парень. Она о нём забудет, как только сядет за стол. Неинтересно. Мать спустилась и приветствует знакомых. Неплохо сработано. Тёмно-синее платье, облегающее её ещё презентабельную фигуру. Бриллианты, подаренные отцом на их десятую годовщину, и даже кольцо надела. Молодец. Она попросит его подняться с ней, чтобы обсудить что-то важное всего на несколько минут. Далее, сначала будет давить на жалость и одиночество, затем предложит выпить и даже закурить, а затем, вероятнее всего, уложит его в постель. Этот раунд зависит только от её жадности. А я распалил её, значит, всё получится. Мать никогда и нигде не работала, поэтому для неё самый опасный страх — это остаться на минимальном содержании и отказывать себе в том, что сейчас ей доступно. Прекрасно знать слабости своей семьи и окружающих, это помогает достичь цели очень быстро.

Раздаются аплодисменты, когда в проёме дверей показывается отец. Рядом с ним Бланш вновь в чёрном платье, только сегодня оно ярко демонстрирует её приподнятую грудь и сапфиры, сверкающие на шее. Длинные рукава и обтянутая талия идеально подчёркивают её фигуру, отчего все мужчины буквально с открытыми ртами и бегущими слюнями провожают Бланш взглядом.

— Эйс, спрятался?

Раздражённо вздыхаю и поворачиваюсь к Ларку.

— Да, от тебя. Компании не нашлось получше? — Сухо отвечаю ему.

— Лучшая компания у дяди, — усмехается кузен.

— Это утомляет. Твоё поклонение женской особи идёт от жуткой неуверенности в себе и считается в народе стадным инстинктом. Противно, — кривлюсь, бросая на мужчину взгляд полный презрения.

— Пусть, но она будет моей когда-нибудь. Накопаю на неё что-то особенное, и тогда она покорится. Учусь у тебя быть бескомпромиссным и идти к своей цели. Всё, время ужина, хочу сесть поближе к ней, — он хлопает меня по плечу, вырывая шипение, и исчезает в толпе.

Идиот. Ничего у него не получится с таким настроем. Чтобы шантажировать человека, необходимо уметь это делать, а не вестись на примитивное сношение. И вряд ли Бланш оставила свои тайны на поверхности, нет, такая женщина, как она, не станет поступать так глупо, она их держит глубоко в себе. Она связующее звено. Только кого с кем, вот этот вопрос я до сих пор не разгадал.

Дожидаюсь, пока зал опустеет, и все рассядутся, чтобы самому войти в другое помещение с живой музыкой и расставленными столами. Я даже понятия не имею, где сижу. Молли, она машет мне и указывает на семейный стол. Превосходно, Бланш тоже там, но вот дяди пока нет. Он бы помог мне, увидев то, чего я не заметил. Хотя он не желает даже обсуждать такие глупости, списывая это на мой возраст юнца. Но он не понимает, что это, действительно, может быть опасным даже для него. И остался только я, ощущающий давление в груди от предстоящего плана.

Тосты следуют один за другим, мать произносит первая, затем Декланд присоединяется к ней. Они все ожидают от меня того же, но я не собираюсь этого делать и безынтересно пробую первое блюдо. Наконец-то, появляется Нейсон и без извинений делает глоток шампанского, а затем вновь поздравления, тосты и алкоголь. Это может продолжаться бесконечно долго, поэтому я терпеть не могу семейные застолья. Нудно. Скучно. Примитивно.

— Бланш, твоя очередь, — с улыбкой произносит Молли и указывает на сцену.

— Ох, нет, я лучше воздержусь и скажу всё после праздника, — она бросает игривый взгляд на отца, краснеющего, как мальчишка. Отвратительно.

— Это будет крайне невежливо не поздравить любовника, который платит вам за это, мисс Фокс. Вы среди членов семьи, и это посчитают оскорблением, даже унижением именинника, — какой чёрт потянул меня за язык. Теперь все удивлённо уставились на меня, когда я этого не люблю.

— Эйс, ты в порядке? — Дядя приподнимает бровь.

— Конечно. Есть поводы мне быть другим? Нет. Так что, мисс Фокс, ваш выход. Надеюсь, ваш рот создан не только для того, чтобы ублажать мужчин, но и для разговоров и поздравлений, — ловлю спокойный взгляд синих глаз и наглую улыбку из-за моих слов. Я же вроде бы задел её, должен был задеть, верно? Когда все охают, она грациозно поднимается с места.

— Вы правы, мистер Рассел, пришло время показать гостям, как глубоко засел в моём сердце образ Тедди, — она мягко поглаживает отца по волосам, отчего он ещё немного и замурлычет. Меня сейчас стошнит.

— Ты прекрасна, Бланш, — шепчет восхищённо этот медвежонок. Хочется скривиться, но я терплю и с удовольствием наблюдаю, как гости затихают, когда замечают Бланш, направляющуюся словно главная актриса на сцену. Не смог я упустить такую возможность, и даже злой взгляд матери меня не волнует. Это же весело в моём понимании. Заставить человека изменить принципы, а они у Бланш есть, и выставить себя посмешищем. Ну кто поверит словам продажной женщины?

— Прошу минуточку внимания, — её голос раздаётся из колонок, и я даже поворачиваюсь к сцене.

— Спасибо. Сегодня невероятный день, по этой причине вы все собрались в этом зале. В эту минуту происходит одно из самых ярких событий в моей жизни. Наверное, я могу назвать так весь период с момента встречи с именинником, моим Тедди. Знаете, цифры для многих — это ограничение. Ложь. Придавать значение возрасту, когда сердце горит и пылает от желаний, очень глупо. Ведь намного важнее, как ты чувствуешь себя внутри. И я уверена, что Тедди даст фору всем молодым мужчинам и юношам во всей Британии, потому что лучшего человека, мужчины с большой буквы я пока не встречала, а я встречала их много, уж поверьте, — все смеются, но это же грубо. Да, именно так, но, видимо, только я так считаю, а публике нравится её юмор, мужчины даже свистят, а отец краснеет сильнее.

— Я хочу поднять бокал за одного из самых отважных мужчин. За того, кто не побоялся показать себя настоящего. Мужчину, который имеет столько положительных сторон, что голова идёт кругом, и порой приходится ущипнуть себя, чтобы поверить в это. Тедди, пусть эта жизнь станет для тебя лёгкой дорогой на пути к твоим мечтам. Сейчас самое время воплощать их. Я поздравляю и желаю никогда не потерять той особенности, которая делает тебя лучшим. За тебя, милый, — Бланш посылает воздушный поцелуй и приподнимает руку с бокалом.

Зал взрывается от аплодисментов, все чокаются, а я в минутном ступоре. Примитивный народ, они должны её помидорами закидать или на кол посадить, второе мне нравится больше, а они поддерживают её. Идиоты!

— Ну, спасибо, сынок, удружил, — яростно шипит мама, сидящая от меня справа.

Поджимаю от недовольства губы, когда Бланш возвращается к столику, и отец её целует в щёку. Он шепчет ей слова благодарности и любви. Ну не надо, пожалуйста, меня сейчас вырвет от этих ласк!

Нейсон резко поднимается, отчего его стул с грохотом падает.

— Эйс, завтра в десять утра совещание. Встретимся. Всего, — мужчина кивает присутствующим, приводя их в полное недоумение, а я готов похлопать ему.

— До встречи, — отвечаю ему так же. Его военное прошлое прекрасно просматривается в выправке и прощании. Прекрасный человек, уважаемый мной.

— Отец, как обычно, поел и ушёл. Никакого уважения, — фыркает Ларк.

— А ты напился, хотя вечер только начался. У каждого свои минусы, хотя для кого-то это положительные черты. К примеру, я тоже отправлюсь к себе, вы меня утомили, — демонстративно поднимаюсь и даю понять матери, чтобы она была наготове. Надеюсь, она меня поняла.

— Эйс! — Возмущённо повышает голос Молли.

— Всего, — киваю им по примеру дяди и быстрым шагом обхожу столики, чтобы исчезнуть раньше, чем начнётся запланированное шоу только для Бланш.

Всё уже готово, и осталось только ожидать её появления.

Поднимаюсь по лестнице и бросаю взгляд на наручные часы. В запасе ещё десять минут, ужин подходит к концу и скоро наступит время финального аккорда. Хороший день всё-таки.