Глава 5 (5)
К Чеховску подступала осенняя прохлада. Это проявлялось не в цвете листвы или облаках, периодически закрывавших солнце, но в какой-то пронизывающей ноте, вклинивающейся в потоки южного ветра, обдувавшего каждую улочку их крохотного городка. Лето еще держалось, но уже чувствовалась его усталость. Шли дни. Близилась дата Лизиной вечеринки.
Кора сидела под ветвями могучего дуба и устало слушала жалобы Хромого Филиппа − призрака восьмидесятилетнего сторонника конспирологических теорий и правительственных заговоров.
− На нас ставят эксперименты. Говорю же, в этом точно замешаны американские лучи смерти и похитители душ. Недавно я пытался навестить мою единомышленницу, дорогую Танечку из шестидесятой комнаты, но наткнулся на пустоту. Она куда-то делась. И я точно уверен, что ее забрали на опыты. Они хотят узнать секрет вечной жизни!
− Ну, а от меня чего вы ждете? − спросила Кора, думая, что «дорогая Танечка» давно могла отправиться дальше «вверх и по лестнице». Но вслух этого не сказала.
Призрак обиженно надулся.
− Узнайте, когда это все закончится? Я устал здесь торчать, мне не нравится местное необразованное комьюнити!
«Ага, а еще тот факт, что духи не могут пользоваться интернетом» − и сказала: − Хорошо, узнаю. А вы, как я и просила, должны больше думать над своей жизнью. Иначе рискуете застрять в призрачном общежитии еще на пару лет. Видели Гвидо? Вот будете таким же.
Он замолчал, переваривая услышанное. Коре стало немного стыдно. Бедняга ведь действительно страдал, лишившись многих привилегий живого человека и потеряв семью, состоявшую из двух бывших жен, пяти детей и более чем десятка внуков.
− Звали?
С громким треском рядом материализовался рыжий призрак. Увидев его, Филипп, прозванный Хромым за странную походку, охнул и растворился в воздухе.
− Как я его? Лучший помощник на свете! − довольно произнес Гвидо. В последнее время он вел себя крайне навязчиво и льстиво. Должно быть, надеялся на скорое освобождение.
Кора отряхнула колени от капель росы. Ее мысли то и дело возвращались к случаю на кухне, но она никак не решалась спросить об этом у знакомых духов. Теперь же, когда Гвидо был ее должником, она решила не упускать такую возможность.
Хлопнув по земле рядом с собой, попросила:
− Будь любезен, посиди со мной.
− Надоели эти нытики, да? Понимаю. Я с ними варюсь в одном котле уйму времени, и если б можно было умереть повторно − будь уверена, они бы загнали меня в могилу, − хихикая над собственной незатейливой шуткой, призрак опустился справа от нее. − Как вымахал-то. А я ведь помню этот дуб еще ростком. Вот что бывает, когда растешь на мертвой земле…
− Мне нужен твой совет, − издалека начала Кора.
− Спрашивай, я воплощение слуха!
На нечесаной голове вдруг выросли уши слоновьих размеров, отчего невольно вспомнился Вовка и его автопортрет, созданный Златой. Она невольно рассмеялась.
− Перестань. Речь пойдет о серьезных вещах. Скажи, ты знаешь что-нибудь о мстительных духах?
− Тех, кто может вредить своему окружению или являться во снах обидчикам?
− Да.
− Это выдумки. Вне мест, подобных этому, призрак умершего слаб и незначителен. Максимум, что он может, это подвигать мелкие предметы, вроде монет или штор.
− Но должны же быть исключения? Ты вот можешь поднимать вещи в воздух, а старуха с внуком могла отбрасывать меня усилием воли.
− Это другое. Каждый из случаев происходил внутри общежития. Можешь представить его, как огромный аккумулятор, поддерживающий в нас подобие жизни. Некоторые таланты этим пользуются, но снаружи они все равно не более чем тень.
− Тогда я не понимаю, − Она рассеянно положила руки на блокнот, куда записывала просьбы постояльцев. − Есть девушка, которую вроде как достает какое-то видение. Оно заставляет ее прятаться, а само тем временем ломает все подряд.
− Бредово и маловероятно. Мы можем мучить лишь тех, кто нас видит.
− Знаю, я тоже так считала. Но с другой стороны, я видела погром, и харсыхал был, как ледышка.
Она потянула за веревочку, освобождая кулон, и Гвидо весь передернулся.
− Убери. Глаза режет. Где ты их берешь?
− Ну, одни на рынке купила, а второй… Второй мне дал учитель.
А ведь точно. Антон Эргисович еще говорил, что его бабушка была настоящей шаманкой. Она могла знать, кем мог быть докучливый невидимый преследователь.
− Спасибо, ты очень мне помог, Гвидо. Теперь я знаю, что делать.
− Эй, а как же я? Мне ведь тоже интересно!
Но Кора уже бежала по ступенькам к двери.