Сможешь полюбить меня? | 18+

Энрика

– Я не знал, куда пойти, – Киллиан сидел на полу, придерживая трясущуюся руку.

Его лицо было практически белым. В голове возникла куча вопросов. Но когда я заметила, что на полу начали появляться капли крови, превращающиеся в лужи, их стало ещё больше.

– Что с твоей спиной? – пришлось обойти его, чтобы увидеть всё самой.

На спине было два пулевых отверстия. Глаза округлились. В голове была пустота. Казалось, что это какой-то сон или неудачная шутка.

– Помоги мне. Я спас тебя от брата, а теперь ты помоги мне, – говорил парень тяжело. Дыхание было сбивчивым, а на белом лице выступал холодный пот.

– Но у меня даже аптечки подходящей нет. Тебе нужно в больницу!

– Нет! Нельзя! Ни врача нашего, ни в больницу. Никого нельзя, – казалось, что он в шаге от того, чтобы потерять сознание. – У меня в комнате.

– Что в комнате?

– Аптечка в ванной. Там всё есть.

Не хочу, чтобы на моих глазах кто-то умер. Да, и он действительно мне помог тогда. Глубокой ночью я кралась в его комнату. Быстро найдя всё необходимое, собиралась уйти. Хорошо, что все спали. Ну или я так думала. Как только хотела выйти из комнаты, услышала шум входной двери.

– Да, мы его опять упустили. Ищите парня с ранением в плече. Две пули он унёс с собой, – по голосу поняла, что это был Эдвин. Он говорил с кем-то по телефону.

Когда за дверью стало тихо, я смогла вернуться. Дураку ясно, что он ищет Киллиана, который прямо сейчас сидит в моей комнате.

– Эй! – я встала перед ним и помахала рукой. – Не думай даже закрывать глаза. Сейчас всё сделаем.

– А ты умеешь и пули доставать, и раны зашивать? – говорил парень из последних сил. Но если он сейчас отключиться, тогда я не смогу помочь.

– Конечно. В детстве в доктора играла. А ещё в швейный кружок ходила.

– Правда?

– Да ни в жизнь. Мне даже нитку в иголку не вставить было, – отвлекая его, открыла аптечку и рассмотрела содержимое. – Не бойся. Всё умею. Я уже доставала из людей пули. И шить умею, в отличие от готовки.

Киллиан слегка усмехнулся, и я выдохнула. Не только же ему меня смешить. Сейчас он был в очень уязвимом положении. Выглядел, как побитый котёнок. Даже жалко его стало на мгновение.

Его руки всё ещё дрожали, поэтому снимать футболку было совсем не вариант.

– Ты не против, если я её разрежу? Лишний раз руки поднимать не стоит, – пришлось вновь обойти Киллиана и сесть на колени за его спиной.

– Делай всё, что посчитаешь нужным.

– Хорошо. А ты не разговаривай пока больше. Слушай мой голос и не смей засыпать.

Ножницами коснулась края ткани и провела вдоль спины. Футболка прилипала к спине, так как была мокрая от крови вперемешку с потом. Киллиан тяжело дышал, а из ран продолжала сочиться кровь. Тут правда нужен врач.

– У меня слишком много вопросов, и я надеюсь получить на них ответы. Это будет как плата за мои труды.

Пришлось встать и намочить кусок ткани, чтоб оттереть область кожи. Мышцы пульсировали вместе с его рукой. Сейчас ему очень больно. Не знаю, как мы будем бесшумно доставать пули.

– На, – я протянула ему полотенце. – Зажми в зубах и постарайся быть тише. Эдвин вернулся домой и может прийти тебя прикончить.

Киллиан послушно выполнял мои просьбы, от чего на губах не нарочно появилась улыбка. Так странно и не привычно видеть его таким податливым. Это интересно.

В аптечке нашла длинные щипцы и спирт. У него действительно было практически всё необходимое. Думаю, это не первый раз и точно не последний, когда он в таком состоянии.

– Готов? – я поднесла бутылку со спиртом к его спине.

Одна моя рука лежала на его здоровом плече, а второй я вылила содержимое. Парень резко втянул воздух и заскулил от боли с полотенцем в зубах.

– Сейчас будет больно. Потерпи немного. Подумай пока, какими нитками будем тебе спину зашивать. А то я специальных не нашла.

Щипцами проникла вглубь раны и стала искать эти чёртовы пули. Он сжимался и издавал страшные звуки, хотя понимаю, что держался, как мог. Его кожа покрывалась мурашками.

– Смотри, одна уже есть. Осталось чуть-чуть. Потерпи ещё немного, – я пыталась подбодрить его. Помню, как давно ещё доставала пулю из ноги тёти. Тогда, по мнению дяди, мы с сестрой и тётей что-то натворили. Злость он выпустил на бедной женщине. – Уже почти всё. Слушай мой голос. Всё хорошо. Зашью, как хирург-профессионал. До свадьбы заживёт, – в секунду осознала, что несу. – Прости, не то хотела сказать. Смотри, вот и вторая, – я положила справа от него очередную пулю.

Моя комната была похожа на фильм ужасов. Повсюду кровь и грязь. И главное, нет ниток и специальной иглы. Ладно, тогда сделаю, как и тёте в тот раз. Я подскочила, выдвигая ящик. Швейный набор был в моих руках.

– Какой цвет больше нравиться? Выбирай любимый оттенок? – я с улыбкой раскрыла перед ним коробочку с небольшим набором ниток.

– Зелёный.

– Будет сделано, – я вновь уселась за его спиной, вдевая нитку в иголку. – Осталось совсем немного. Зашью и пойдёшь к себе как-нибудь.

Шить по человеческой коже не очень приятное занятие. Но мне не впервой. Выдержу. Хотелось замолчать, чтобы сдержать рвотные позывы. Но нужно говорить с ним.

– Киллиан, не засыпай. Ты ещё убить меня хотел. Думай об этом. Не спи, – пара стежков и я закончила. Считаю, что справилась на все сто. – Совсем плохо? – я подошла к нему ближе, касаясь лба. Он был жутко горячий, неудивительно, что поднялась температура.

– Да.

Все ответы были односложными. Ему срочно нужно в больницу. Но Киллиан туда не поедет, это я уже поняла.

– Послушай меня, – я подняла его голову за подбородок. – Сейчас выпьешь антибиотик. Оставайся здесь. Подушку я тебе дам. Поспишь на полу. А завтра уйдёшь.

Вместо ответа парень пару раз слабо кивнул. Мне пришлось самой класть ему в рот таблетки и заливать воду. Хоть бы он проснулся утром.

Футболка была вся к грязи и крови, так что мне пришлось срезать её до конца. Превращая в тряпку. На пол постелила своё единственное одеяло и бросила подушку.

– Помоги мне. Встань хоть немного. Мне тебя не стащить.

Я попыталась взять его под руки, но выходило плохо. Не знаю, где он нашёл силы, но смог немного привстать и перелечь на подготовленное место. Сверху накрыла его пледом. И Киллиан закрыл глаза. Надеюсь, не навсегда. Или на моих руках будет новая смерть.

Господи, хоть бы не умер.

***

Полночи вставала к Киллиану, проверяя пульс. Он будет должен мне. Очень сильно должен за такой качественный уход. Успокаивало одно – парень дышал. Лоб уже не был такой горячий, да и цвет лица стал немного лучше. Киллиан потерял много крови. В идеале ему нужно в больницу, хотя бы на переливание. Но он не согласится.

Пришлось оставить ему записку и уйти в школу одной. Эдвина не было видно. Думаю, он занят поисками неизвестного.

Киллиан

Я умер? Вроде бы нет. Глаза слипались, и солнечный свет делал ещё больнее. Плечо ныло. Не так больно, как вчера. Но ощущения не из приятных. Так же на общем состоянии сказался и сон на полу. Всё тело затекло и болело.

Мне удалось поднять вверх руку и несколько раз сжать кулак. Отлично. Рука в порядке. Взгляд упал на лежащую рядом записку.

«Надеюсь, ты смог очнуться. Я ушла в школу, тебя закрыла на ключ, так что никто не сможет попасть в комнату до моего возвращения. Не волнуйся. Рядом с тобой таблетки и вода. Выпей их. Как вернусь, принесу еды. Не бойся, не свою стряпню».

Улыбка возникла на лице, и из груди вырвался смех. Видимо, это было не самое глупое решение. Единственное, за что переживал – чтобы Энрика держала рот на замке. Мне нужно убедиться, что ни одной живой душе не станет известно, чем я занимаюсь. Надеюсь, она не из тех, кто всё рассказывает своему парню. Иначе малыш Флин рискует прожить очень короткую жизнь.

Пару раз впадал в сон и снова просыпался.  Противное состояние. Но зато засыпаю без снотворного.

– Эй, ты там живой? – произнёс тихий голос надо мной.

На моё лицо упала прядь волос, щекоча кожу. Когда открыл глаза, то увидел, как Энрика трогает мой лоб и пульс.

– Живой я, – пришлось откашляться, чтобы вернуть более менее нормальный голос.

– Отлично. Я принесла тебе поесть, – в её руках было опять что-то похожее на суп.

– Это твой чудо-суп? – я попытался привстать, облокачиваясь на стену. – Давай. Пули не убили. Уж это точно не навредит.

– Я же сказала, что не свою стряпню принесу, – на её лице проскользнула улыбка, но Энрика быстро её спрятала. – Ешь и начинай собираться.

– Куда?

– Ну, я то откуда знаю. Либо в свою комнату, либо ещё куда-то скрываться от Эдвина, – кажется, её уши слишком большие и много слышат. Уже как-то пронюхала, что брат меня ищет.

– Постой, – моё хорошее настроение в миг пропало.

Обо мне так не заботились. И, честно сказать, я хотел задержаться тут на подольше. Энрика не растерялась и смогла, не упав в обморок, достать из меня пули. Зашить кожу человека простой иглой. Она говорила со мной весь процесс, чтобы я не потерял сознание и был в порядке. Не думаю, что любой бы смог собраться в стрессовой ситуации и сделать всё возможное. И я слышал, как она крутилась рядом со мной ночью. Чувствовал тепло рук на своём лбу и шее, когда она проверяла температуру и пульс.

Девушка сидела на коленях рядом со мной и смотрела с непониманием. В последнее время у неё очень часто такой взгляд. Будто бы я говорю что-то странное.

– Пожалуйста, – из меня вылетело только это жалобное слово. Речь было не сформулировать. В голове проносились разные слова, но высказать их не получалось. – Не заставляй меня уходить, – голос звучал настолько жалко, что захотелось блевать.

Энрика вытаращила на меня глаза и не знала, что сказать. Она сидела неподвижно и изучала моё лицо в поисках ответов.

– Я обещаю, что не создам тебе проблем. Эд не узнает, что ты меня прикрывала. Хочешь, я расскажу тебе обо всё подробнее. Ты же говорила, что хочешь узнать, когда обрабатывала раны? – кажется, я нашёл вариант остаться здесь.

– Расскажешь, чем занимаешься? И почему Эдвин стрелял в тебя?

– Да. Хочешь, даже отвечу на любые вопросы. Мне правда некуда идти. У меня никого нет.

Фу. Даже мерзко от самого себя. Я снова звучу слишком жалко. Блять. Как противно быть в таком положении. Но я так хочу почувствовать ещё немного этой заботы. Пожить, забыв обо всех проблемах, прошлом и вообще обо всём. Готов есть только её стряпню на все приёмы пищи. На всё, лишь бы Энрика позволила остаться.

Если я вернусь в свою комнату, скрыть моё состояние будет тяжело. Брат может догадаться и проверить моё плечо. И тогда не представляю, что будет.

– Хорошо. Оставайся, но на пару дней, – девушка отдала еду в мои руки и поднялась на ноги. – Но как ты планируешь скрываться от семьи? Если Эдвин сложит два плюс два и поймёт, что ты пропал в очень странный момент?

– Эд будет занят поисками неизвестного, – наконец я смог поесть. Ложка за ложкой поглощал еду, чувствуя, как оживаю. – Поэтому дома он будет редко. Семья со мной не часто общается, так что пару дней и не заметят, что меня нет. А вообще нужно придумать какой-нибудь повод. Почему и куда я уехал.

Энрика ушла в ванную, оставляя меня одного. Конечно, ей не слишком комфортно, что в её комнате поселился я. Но она ещё не знает меня. Если прицепляюсь к человеку, то от меня трудно отвязаться. Не говорю, что хочу прилипнуть к ней навсегда. Нет. Всего лишь на время, что я нахожусь в её комнате. Не знаю почему, но был очень рад, что смог остаться.

Из моих мыслей меня вырвала открывшаяся дверь. Энрика вновь переоделась во что-то мешковатое. И самое ужасное, что я понимал причину.

– Ты же в курсе, что я знаю про твои синяки? – начал я без какой-либо издёвки. – Можешь не скрывать. Хотя бы футболку надела бы, как вчера. Жарко же.

Вчера я не смог рассмотреть, была ли покрыта её кожа новыми гематомами. Потому что глаза то еле как открывал.

– Помню. Но это не то, что хочется показывать.

– Могу на тебя даже взгляд не поднимать. Сходи, оденься комфортно. Я правда не буду рассматривать синяки.

Пару секунд Энрика обдумывала мои слова, но всё же сдалась. В помещении было очень жарко. И её огромная кофта заставила бы задохнуться. Но всё-таки девушка сделала так, как я предложил. Неосознанно я поднял взгляд, но быстро его же и отвёл. На ней опять было что-то мешковатое, но руки были открыты.

– Знаешь, тебе самому нужна какая-нибудь одежда. Как минимум футболка.

Я начал осматривать себя и вспомнил, что моя верхняя одежда ещё ночью была разрезана на несколько кусков, потому что снять её нормально не смог бы. Всё это время сидел перед ней с открытым шрамом. Неприятное чувство.

– У меня нет на тебя одежды. Вещи Флина вряд ли подойдут, – Энрика начала открывать ящики и что-то искать.

– Пожалуйста, можешь принести что-нибудь из моей комнаты?

Не от большого желания, но Энрике вновь пришлось спускаться и что-то доставать из моей комнаты. Зато спустя пару минут у меня была уже целая стопка вещей.

– Дай мне посмотреть спину, – она села рядом со мной.

Клянусь, неосознанно посмотрел на её руки. Я быстро спрятал взгляд, не знаю, заметила ли она. Синяки были старые, думаю, со времён нашей поездки в центр. Казалось, что как только её кожа заживает, кто-то вновь наносит эти жуткие отметины. Я повернулся к ней спиной и стал ждать.

– Ну, не всё так плохо. Тебе повезло, что обратился ко мне, – она протёрла кожу рядом с раной. Я уже хотел надеть футболку, но Энрика меня остановила. – Постой. Дай я хоть влажной тканью тебя протру, пока ты не можешь сам в душ сходить.

Чего? Мои брови поднялись в непонимании. Если бы она сейчас видела моё лицо, то уловила бы мой ступор.

Энрике не нужны были разрешения. Она делала то, что считала нужным и не улавливала контекст и странность предложения. Через пару минут передо мной стояла ёмкость с водой и небольшое полотенце.

– Думаю, теперь мне можно смотреть на тебя, – я поднял глаза, наблюдая, как она копошиться рядом со мной. – Ты тоже наблюдаешь мой шрам.

– Делай, что хочешь, – Энрика погрузила полотенце в воду.

Она придвинулась ближе, и её мокрые руки коснулись моих плеч. За здоровое девушка придерживалась. Тёплая влажная ткань скользила по коже, смывая грязь и оставшуюся кровь. Я следил за её действиями, как загипнотизированный. Приятное чувство трепета появлялось от такой заботы. Энрика была так близко, протирая каждый сантиметр моей кожи. Её тонкие пальцы обхватили моё запястье, поднимая руку чуть выше. Лицо девушки не выражало никаких эмоций. Она была погружена в это дело и не отвлекалась. Я тоже не нарушал тишину.

– Повернись немного спиной, – голос Энрики вывел меня из транса.

Рукой она коснулась шеи. До появления шрама это была моя любимая область и одна из самых чувствительных. Я ощутил, как кожа начала покрываться мурашками. Но не мог это остановить.

– Я сделала тебе больно? – видимо, она тоже это заметила.

– Слегка задела раны на плече. Но не страшно, – я не мог и не хотел говорить ей, что мурашки возникли не от боли. А от приятного чувства, которое появилось после её прикосновения к моей чёртовой шее.

– Вот и всё, – Энрика вернула полотенце в ёмкость с водой. – Теперь только бинт наложу и можешь одеваться.

– Да, хорошо.

Нет. Это какой-то пиздец. Я, конечно, понимаю, что меня давно никто не касался. Но ощущать приятные чувства от прикосновений Энрики – перебор.

– Сегодня можешь поспать на кровати. Представляю, как у тебя всё затекло, – её голос звучал спокойно, как будто она всем предлагает лечь с собой в постель. – Я всё равно сейчас к Флину поеду. Так что сегодняшнюю ночь можешь поспать, как человек.

Вот в чём дело. Она снова убегает к своему Флину. Ну, мне то что? Я хоть нормально посплю.

Правда, ночью, лёжа на кровати, вновь не мог заснуть. Сходить за снотворным было невозможно. А Энрика уже давно свалила через окно к своему любимому. Видимо, смогли помириться.

А я вновь остался один. Понимая, что ощущение комфорта дарило мне не место, а человек, который с такой заботой относился ко мне. И честно, я бы хотел, чтобы она вернулась.