Мир 2
Окно было столь же грязным, как и всё вокруг.
И всё же, оно хотя бы было.
На мгновение почувствовав себя богом, подарившим меченным «элитное» жильё, способное удержать тепло от их буржуек, я впервые за день искренне улыбнулся.
- Что же... значит ещё повторим.
Увидев, как утренняя девчонка взаправду кормит свою истощавшую мелюзгу, а не кичиться подгоном от хозяина в новеньком шмотье, я со спокойной совестью оставил на подоконнике ещё пару монет и с щелчком пальцев, прикрыл глаза от яркого солнца сто четвёртого мирка.
- А здесь, как всегда...
Бегло миновав вазончики с цветами и насладившись холодком под воздушной кроной апрельской берёзы, я без опаски взялся за дверную ручку единственного места, где не боялся даже самого себя.
- Ну привет, «Совесть»...
Из колонки уютного салона привычно доносилась какая-то мелодичная корейщина, а воздух безнадёжно пропах корицей и сладковатой дымкой ладанных свечей.
- Просил же так не называть...
С приветливой до наивности, не испорченной улыбкой, из-за белой ширмы показалось пухловатое лицо с до боли редкой белёсой щетиной.
- Чего стоишь-то, проходи... для тебя время выделил аж два часа. А ты опоздал...
Не смотря на всю нежность пухляша, от улыбчивого, до лёгкой жути, поставленного взгляда, по спине пробежал пугающий холодок.
- Что беспокоит на этот раз?
Быстро сняв опостылевшую рубашку, я без колебаний умастился на кушетке, а по пояснице растеклось горячее масло.
- Только не говори, что опять проткнули вилкой?
Припомнив мне дела давно минувших дней, моя Совесть засмеялась и по громче подкрутила свой излюбленный музон.
- На этот раз парниша посерел. Ничего даже не сказал, но... это был не он.
- А ты всё ищешь неприятностей, да? «Смерть» придёт сама, её искать не надо. И кстати...
Изрядно придавив под лопаткой, моя садистская личность прошлась вдоль хребта и плавно съехала пальцами по затёкшей шее, в очередной раз скаламбурив про совсем не смешные вещи.
- Понимаю, что тебе подташнивает от собственной красоты, но раз имена у нас одни, то может будешь звать по отчеству? Забавная мелочь, но коль они во всех мирах у нас разные, то давай буду Евгеньевичем. «Совесть» - это как-то...
Колонка медленно затихла, а спустя пару мгновений вновь заиграла бодренькой мелодией со знакомыми голосами темпераментных девчонок.
- Что-то новенькое?
Покряхтев на меня и ворчливо поцокав на попытку съехать с темы, Евгенич всё же ухватился за больную мышцу и словно не замечая писка, примирительно вздохнул.
- Не хочешь отвечать, да? Ладно... ещё припомню.
Потянувшись к тумбочке, брат всучил мне всё ещё изысканный смартфон, где играл тот самый клип.
- А у тебя глаз намётан на свежак. Только вчера скачал. Мои новые фаворитки, между прочим...
- Поверю на слово. Твоя любимица и правда была то, что надо.
- Таки нашёл? Печально... не хотелось верить, что она тоже пропадает в гетто. У нас-то билеты на её концерты раскупают, как пирожки.
- Ох, поверь...
Я с издёвкой растянул слова, повернув голову, чтобы увидеть своё непередаваемое лицо.
- Она устроила мне ещё тот концерт...!
В глазах на мгновение мигнуло, а потом и вовсе погасло на добрых две секунды. Дыхание сбило, а рот глупо шлёпал губами, в попытке вдохнуть.
- Козёл...
Крепко приложившись кулаком, Евгенич плотно растирал мою отбитую спину, нарочито грубо вправив нажитый горб.
- А ведь я предлагал поменяться, если найду... была бы горячая ночка.
Замерев, братишка лишь сердито шмыгнул носом, но потом вновь с упоением ухватился за мою стонавшую шею.
- А я отказался... сам знаю.
Перевернувшись на спину, я приоткрыл глаз и пересёкся взглядом с помрачневшим братом.
- Я же говорил... хоть девчонку ты и упустил, но «Совесть» тебе в самый раз.
Евгенич раздражённо цыкнул и набросил мне на лицо голубенькое полотенце, пропахшее клиентками и дымом его любимых ладанных свечей.
- Кстати, ты же принёс, не так ли?
Навалившись с особым азартом, до стона промяв мне пропитую печень, Совесть выбила из меня всю оставшуюся дурь, но спустя пару минут, постукал по носу шуршащим листком.
- Вот слова новой песни. За мелодией приходи завтра. Ненавижу возиться для тебя с нарезкой файлов...
- Спасибо.
- Не благодари. Лучше не тра...
Доведённый мной до брани, пухляшь едва сдержался, демонстративно поправив лишь аккуратно уложенный галстук.
- Лучше не спи с моими кумирами... пускай и из другого мира.
- Договорились.
Я бегло пробежался по листку с корейщиной и переводом на православный, уже предвещая пополнение бюджета.
Всё же, девочки из гетто просят не так много...
В глазах вновь запекло с неистовой силой, а Евгенич резко оторвался от моих кишок, стоило от боли в зрачках прорваться огоньку.
- Прошу, смилостивитесь ваша милость... простите дурака.
Едва сумев вдохнуть, вместо жалости я увидел только давившегося смехом белобрысого садиста.
- И зачем я только тебе всё рассказал?
- Ну, не каждому везёт быть королём нищих, знаешь ли... а утаил, я бы обиделся.
Боль в животе ушла, а от растёкшегося тепла и первого за месяц, чувства приятной слабости, захотелось ему по-братски врезать.
- Поверь... тут не чему завидовать.
- Не проверишь, не узнаем.
Умело подметив мои пухнувшие уши, Совесть нравоучительно поцокал, но поднял меня с кушетки и ловко выбил одну сигаретку из припасённой пачки.
- Как мило...
- А то... курение убивает, а смена власти способствует прогрессу. Такая забота только в радость.
Голова приятно кружилась от томной неги, так что в первые секунды удалось лишь хмыкнуть.
- Ты прав... что же, пусть меня лучше замучает любимая Совесть, чем Смерть или рак.
С удовольствием вкусив приятных сигарет, успевших пропитаться вездесущим ладанным дымком, я протянул Судьбе заработанные деньги и хлопнул по плечу.
- Ладно, умник... пока готовься принять наших. Пора открыть совет.
- Ну наконец-то! В этот раз слежка затянулась. От тебя вестей не было почти полгода.
Услышав срок, я дрогнул, едва сдержавшись от скрипучего кашля, но не подал вида.
- Тогда до встречи на совете... брат.