Глава 1.🧳
Новая жизнь... С чем она ассоциируется? С внезапным богатством? С переездом в новый дом? Или, быть может, с другим континентом, новой страной, новым «я»?
Шатен неспешно шагал по шумной улице Сеула, растворяясь в суете мегаполиса. Мимо проносились прохожие: кто-то торопливо допивал кофе из бумажного стаканчика, спеша на работу, кто-то, опустив голову, вёл стремительный диалог по телефону. Город жил своей ритмичной, неумолимой жизнью – чужой, но завораживающей.
Он свернул во двор новостройки, где шум проспекта постепенно стих, уступив место равномерному гулу вентиляций и отдалённым голосам с чьих-то балконов. Здесь, среди стеклянных фасадов и аккуратных клумб, Сеул показывал своё другое лицо – сдержанное, упорядоченное, но не лишённое уюта, будто город на мгновение сбавил темп и позволил себе выдохнуть.
Шатен остановился у двери с аккуратным, но уже чуть поцарапанным домофоном. Квартира находилась на пятом этаже нового жилого комплекса – серый фасад, стеклянные балконы, чистый подъезд с датчиками движения и лифтом, который тихо звенел при открытии. Объявление он нашёл накануне вечером, буквально за несколько часов до переезда, листая местные сайты до полуночи. Фото были неважные – слегка тусклый свет, невыразительные ракурсы, но здание выглядело свежим, локация устраивала, а цена была разумной. Главное – это могло стать его.
Поднявшись по лестнице – лифт был занят – он постучал. Ответа не последовало. Он нажал звонок, и за аккуратной дверью что-то шевельнулось – чьи-то шаги, щёлкнул замок.
— Здравствуйте, Вы по поводу квартиры? — хрипло спросила женщина лет сорока с усталым лицом.
— Здравствуйте, да, — ответил парень.
— Заходите. Только обувь снимите, у нас тут по-корейски.
Он кивнул, не возражая. Сняв кеды, аккуратно поставил их у входа и переступил через порог. Внутри было прохладно, пахло чистящим средством и чем-то сладковато-пряным – может, благовония, может, только что проветренное помещение с лёгким ароматом чужой жизни.
Квартира оказалась светлой и вполне современной. Белые стены, простая мебель, на полу – серый ламинат. Интерьер не вызывал восторга, но и не отталкивал: всё чисто, аккуратно, по-новому. Только пара мелочей – старая вешалка у входа, тёплый плед на диване, полка немного криво висела.
Женщина, всё ещё стоявшая в дверях, жестом пригласила пройти дальше.
— Здесь кухня, — она указала направо, — там ванная. Комната одна, но большая, с балконом. Мебель оставляем – холодильник, стиралка, даже микроволновка есть. Всё рабочее. Соседи тихие. Иногда, конечно, любят пошуметь, но быстро прекращают. Район безопасный. Магазины рядом, до метро десять минут.
Она говорила быстро, будто стараясь поскорее отделаться от формальностей. Вид у неё был измождённый – не физически, скорее, морально. Как будто она давно устала и просто ждёт, когда всё наконец закончится.
— А… съезжаете? — осторожно спросил он, проходя в комнату и окидывая взглядом обстановку.
— Нет-нет. Эта квартира была очень старая, переделали и снимаем. Но гости у нас долго не остаются.
— Вот как. Почему? Вроде всё даже красиво. Цена хорошая.
— Благодарю. Не знаю. Говорят, что странные вещи происходят… ночью кто-то ходит… не знаю, откуда это взяли. Обычно тихо. Сама ночевала здесь не раз с мужем, не наблюдали подобного.
Он кивнул, не зная, что сказать. Всё происходило слишком стремительно, но именно этого он и хотел, чтобы не было времени на сомнения.
— В общем, давайте подпишем контракт, если планируете остаться тут. Или можем дать Вам пожить неделю. Если решите съехать, то скажете. Номер мой у Вас есть.
— Да, хорошо. Без проблем. Тогда поживу неделю и скажу.
— Поняла Вас. Что ж, до встречи! Пишите или звоните, если будут вопросы.
Парень вежливо поклонился и женщина ушла.
Тишина опустилась на квартиру сразу после щелчка двери. Он стоял посреди комнаты, прислушиваясь к собственному дыханию. Было непривычно спокойно – настолько, что шум мегаполиса казался сном. Воздух был прохладным, почти стерильным, но в этом ощущалась некоторая лёгкость, как будто стены приняли его без лишних вопросов.
Он прошёл к окну. Балкон выходил на внутренний двор – аккуратные деревья, несколько припаркованных машин, детская площадка. Ни души. Монотонный гул вентиляции, редкие отзвуки жизни – словно город нарочно приглушал себя в этом уголке. Он постоял, глядя вниз, потом провёл рукой по перилам – пыль почти не чувствовалась.
Вернувшись в комнату, он положил рюкзак у дивана и сел, опершись спиной о подлокотник. Потянулся к кофейному столику и взял лежащий там пульт – экран телевизора ожил, мягко загорелся синеватым светом. Каналы были местные, звук звучал глухо, но чётко. Пару секунд он щёлкал кнопками, затем выключил. Тишина вернулась. Теплее не стало.
Новая жизнь. Он мысленно повторил это, будто проверяя, действительно ли это так. Никто его здесь не знал. Ни в этом районе, ни в городе, ни в стране. Ни одной связующей нити, ни одного знакомого лица. Ни одного обязательства. Странное ощущение свободы, в котором была и лёгкость, и неуловимая тревога.
Он прошёл на кухню, налил воды из фильтра в стакан и сделал глоток. Тонкое стекло казалось слишком лёгким в руке, будто вот-вот разобьётся. Почти как всё вокруг – будто только что собранный карточный домик, который держится лишь на его желании поверить, что он реальный.
Вечером он долго не мог уснуть. Свет с улицы пробивался сквозь плотные шторы, в комнате было тихо, но не мертво – звуки с других этажей, слабое гудение проводки, скрип мебели от его движений. Он лежал, уставившись в потолок, и думал, что, возможно, именно сейчас – в эту первую ночь в новом городе – и начнётся нечто важное.