Мой демон

Девушка с короткими рыжими волосами приняла сидячее положение и раздражительно стала растирать конечности, кидая быстрые взгляды на каменный алтарь, на котором покоилось тело маленькой девочки, лет одиннадцати-тринадцати, с длинными блондинистыми волосами. Какое-то время оно лежало без всякого движения, но вскоре, прямо на глазах, начало гнить и разлагаться. Через какие-то секунды от девочки остался лишь скелет с неряшливо нацепленными платьем и башмачками, и остатки кожи.

Рыжеволосая девушка неестественно улыбнулась, поднялась и неуклюже завалилась на Алана, выставив руки. Парень подхватил её и помог уверенно встать на свои две. Девушка посмотрела ему в глаза, улыбнулась и принялась отряхивать одежду от невидимой пыли.

— Ты хорошо выглядишь, Марта.

— Ты сейчас делаешь комплимент мне или ей? — спросила девушка, осклабившись.

— Перестань, а, — сгримасничал Алан.

— Ты идиот, — выпалила Марта, скривившись. — Хорошо, что я утром уже буду в прекрасном месте. Райские острова, ждите, я еду!

Девушка выбежала из мрачной комнаты и помчалась на второй этаж, собирать вещи, чтобы поскорее выбраться из надоевшего ей дома. Алан не спешил лезть к ней, желая как можно скорее отвезти на вокзал и забыть о её существовании. Но пока? по крайне мере, в эту ночь, ему придётся мириться с её пребыванием в фамильном особняке. Хотя сам Алан не собирался находится тут же, у него были свои особенные дела, которыми он решил заняться сразу же.

Парень поднялся в свою комнату и плотно притворил дверь. Марта целую ночь будет отлёживаться и привыкать к телу, чтобы с утра не выглядеть как человек, очнувшийся после недельной пьянки. Она не хотела оказаться в ментовке сразу после Перемещения. Конечно, в тюрьме можно было повеселиться, а потом свалить и скрыться на долгое время, но Марта уже давно собиралась отдохнуть в каком-нибудь приличном месте, а для этого ей нужно было иметь паспорт человека, рождённого тысяча девятьсот девяносто четвёртого года. И теперь, когда она имела и новое тело, и документы, которые не составит труда выкрасть из дома Венди и её семейки — мертворождённой сестры, чокнутой мамашки и братца, видящего призраков после смерти отца.

Алан переместился в морг соседнего города, решив осмотреть пару тройку женских трупов. Он сам не верил в то, что собирается делать, но с трепетом и осторожностью изучил те, которые больше всего приглянулись и, на найдя ничего привлекательного, Алан переместился в другой морг. И так по накатанной.

Обыскав семь моргов, парень, наконец, нашёл подходящее тело девушки, недавно умершей от рака лёгких. Этот факт Алана не волновал, так как организм заново запускался после Перемещения. Главным для демона являлась внешность мёртвой: блондинка с волосами ниже груди, с голубыми глазами и длинными чёрными ресницами, с чуть вздёрнутым носом и необычной формы губами.

Убедившись, что тело будет на месте ещё несколько часов, Алан вскинул вверх руку, выпятив указательный палец, и резко дёрнул её вниз, разрезая этим движением воздух. В комнате в мгновение ока стало жарче, но демон не почувствовал этого. Он следил лишь за колышущимися языками пламени в открывшимся портале. Когда же портал открылся достаточно широко, Алан шагнул в него, предварительно ухватившись рукой за линию разреза, потянув его за собой. Таким образом он закрыл портал и оказался в месте, в котором родился и вырос.

— Дом, милый дом, — пробормотал парень, взъерошив свои чёрные волосы.

Перед собой он увидел толпу душ, ждущих своей очереди переправиться через реку Стикс, которую время от времени рассекала лодка, на которой брат Алана — Гузио́н, переправлял умерших в Ад.

Парень протиснулся меж испуганными, потерянными душами, не знающими, что они делают здесь и что с ними будет дальше, и оказался на пологом берегу, откуда можно было, незаметно для себя, скатиться в воды, из которых не существовало выхода.

Умершие разбежались по сторонам, вжимаясь друг в друга, трясясь и мигая, словно вспышки молний. Их сероватого цвета силуэты вызвали у Алана улыбку, которая ещё больше напугала души. Бессмысленный шёпот волной пробежался по толпе, растворяясь в горячем воздухе. Хотя воздух в Аду — понятие растяжимое, там вообще дышать не нужно, так как мёртвые все вокруг, или демоны.

— Алан! — послышался радостный возглас и, приглядевшись, парень увидел, как из темноты появляется лодка, источающая слабый резкий свет, будто под дном у неё находились яркие лампы.

Парень вскинул руку вверх и приветственно махнул, ожидая, пока лодка остановится у берега. Души за его спиной тотчас засуетились, начали приближаться, словно позабыв о недавнем страхе перед неизвестным демоном. Желание начать отбывать отведённый срок в Чистилище стоял выше всего остального, и Алан прекрасно понимал, почему. Некоторые души могли столетиями находится на правом берегу, ожидая той минуты, когда их имя будет оглашено.

Наконец, лодка остановилась у кромки воды и перевозчик душ, скинув с себя капюшон, улыбнулся Алану, протягивая ему одну руку, другой держа свёрнутый свиток. Молодой демон позволил утянуть себя на лодку и, оглянувшись на столпившихся у берега душ, спросил:

— Разве никого из них ты с собой не возьмёшь?

— Я редко вижу своего брата, а они подождут, — легко ответил перевозчик, опустив весло в реку.

Толпа заверещала ужасным голосом, но, стоило только демону развернуть свиток, все разом замолчали, ожидая продолжения.

— Гузион, ты не можешь оставить всех здесь, — снова подал голос Алан. — Перевези одного.

— Хм..., — собеседник нахмурился, набрасывая на голову капюшон, так, что остались видны лишь острия опущенных вниз рогов, — хорошо, раз ты так хочешь, — он развернул свиток и вгляделся в имя, написанное ниже перечёркнутого.

Гузион прочитал его и одна душа в толпе засветилась мягким голубым светом. Она, осматривая остальных, явно не веря в своё счастье, двинулась вперёд, запинаясь и дрожа.

— Некоторые из них вовсе не хотят переправляться, — проронил Гузион, смеясь над неуклюже забирающейся в лодку душой.

— Но ведь не от них зависит минута, в которую будет названо имя.

— Конечно, нет, — душа уместилась, и Гузион отчалил. — Ну хватит притворяться, Ал, что ты всем этим интересуешься. Ты ведь по делу пришёл, не так ли?

— Так, — молодой демон кивнул головой. — Мне нужна информация об одной недавно прибывшей душе. Я не увидел её среди остальных в толпе.

— И..., — подтолкнул брата Гузион. — Я могу проверить список, если хочешь. Только ты...

— Должен назвать тебе имя. Знаю-знаю, — Алан быстрым движением коснулся подбородка, мысленно ставя точку перед желанием всё бросить и уйти. — А она? Она же слушает.

— Ты же знаешь, что души, попав в Чистилище, забывают обо всём, кроме своего срока. Так кого ты ищешь?

— Венди Уайт, — с этими словами все шансы на возвращение прошлой спокойной жизни самоуничтожились.

     Гузион даже не заглядывал в свиток, прекрасно помня ту девушку, которую он перевозил несколько часов назад. Именно это он сказал своему брату, спросив, почему тот решил прийти так поздно и что вообще произошло. Алан поведал ему о желании Марты завладеть новым телом, и о его исполнении. Признался, что не мог оказаться в Аду раньше, так как Марта долго приходила в себя, потом они какое-то время разговаривали, а после Алан бродил по моргам различных городов, пока не подыскал нужное тело. Теперь он, основательно подготовившись, был готов забрать Венди.

— Ну и история, — присвистнул демон. — Думаешь, удастся ещё раз переместить её?

— Я не знаю! — Алан покачал головой. — Просто...в какой-то момент я понял, что ей ещё рано умирать.

— Твоя доброта тебя погубит, — вынес вердикт демон после кратковременного молчания. — Хочешь её под крылышко взять? Может, в особняке поселить, чтобы всё пропиталось этой человеческой вонью?

— Но у меня нет выбора, Гузион, — Алан вскинул руку, возражая. — Думаешь, я безумен? Совсем с катушек съехал, да?

— Именно так я и думаю, — кивнул головой перевозчик. — Иначе зачем тебе возвращать к жизни какую-то букашку?

— Она не просто букашка. Она с крапинками, особенная, понимаешь?

— Надеюсь, это не любовь, иначе я просто не знаю, что делать, — хохотнул Гузион. — А ты что думаешь, душенька?

Подняв голову, она вся сжалась, затряслась и замигала, словно вот-вот могла исчезнуть. Хмыкнув, Гузион отвёл от неё взгляд, вновь посмотрев на Алана, который выглядел так, будто был полностью уверен в себе и своих действиях. Перевозчик подумал, что его брат — полнейших псих, сдвинутый на любви к людям. Никто из Донованов ранее не проявлял такой привязанности к обычным букашкам, а этот нашёл себе любимицу среди них.

— Это не любовь, — отозвался Алан. — Не имею понятия, что это за чувство.

— Это то, что свойственно людям и их поклонникам.

— Я просто хочу, чтоб она была рядом, пока это возможно, — демон улыбнулся своему старшему брату, словно извиняясь за ранее произнесённые слова. — Это совсем не то, что ты думаешь.

— Надеюсь.

— Где мне искать её? Как думаешь, она уже начала отбывать наказание в Чистилище?

— Не думаю. Скорее всего она у А́льмерика, он любит долго держать у себя хорошеньких девушек. Хотя наказание определить гораздо быстрее, чем перевозить их, Мрак меня подери! — Гузион рассмеялся, запрокинув голову так, что капюшон слетел с него, облачая ужасную демоническую маску.

— Надо же, всю семейку за день перевидать, — хмыкнул Алан.

— Это ещё что! — присвистнул его брат. — Она вполне может попасть к папаше, если А́льмерик уже отправил её в Чистилище. Хотя, если он уже сделал это, мамашу она встретит сто процентов, ведь зарегистрироваться ей по-любому придётся.

— Вот ведь..., — Алан недовольно нахмурился, бросив взгляд на приближающийся левый берег.

— Могу лишь пожелать тебе удачи, — сказал Гузион. — Родители не отпустят её, если услышат твой запах. Или, как я, заметят кулон Марты.

Дальше они молчали. Гузион, как обычно, разглядывал то глянцевые воды реки Стикс, то лицо новенькой души, которая вскоре окажется перед лицом Альмерика. Вообще, расписания у Гузиона не было, он мог переправляться в любое время, когда угодно. Сегодня душам просто повезло, ведь, благодаря запаху Алана, Гузион второй раз за несколько часов пересекает реку, хотя порой его не бывает несколько дней подряд. Сначала ему очень нравилась новая работа, красивые пейзажи, занимающие букашки, смотреть на которых, казалось, можно было бесконечно. Однако это быстро приелось, грустные лица стали надоедать и даже раздражать, и Гузион стал часто отлынивать. В принципе, за выполнением его работы никто не следил. Люцифер был слишком занят своими делами, верша «правосудие».

Лодка спокойно причалила к берегу и Алан, кинув на брата быстрый взгляд, стал выбираться, однако тот вдруг схватил его за локоть, остановив, и сказал на прощание:

— Надеюсь, у тебя получится, Ал.

— Спасибо, Гузион, — парень проследил за душой, неумело выбравшейся на берег и поспешившей к видневшемуся впереди домику, изогнув губы в нелепой улыбке.

— Поспеши, если хочешь забрать её в мир живых, — с этими словами Гузион разжал пальцы и, накинув на голову капюшон, вскинул руку в прощальном жесте, отчаливая обратно, желая, скорее всего, остановиться на середине пути и хорошенько выспаться.

Алан же, по совету брата, побежал вслед за выбравшейся душой, которая медленно двигалась к невысокому домику и шаталась из стороны в сторону, будто бы её укачало.

Парень решил не обращаться с ней, обогнув и подоспев к двери первым. Он схватился за огромное кольцо, служащим ручкой, и хорошенько приложил ей о здоровенную дубовую дверь. Какое-то время внутри ничего не было слышно, но вскоре неприметный кусок дерева сменился добродушным лицом демона, имевшего синеватый оттенок кожи, испещрённой белыми светящимися полосами с хорошо заметными вкраплениями блеска. То, конечно, был не блеск вовсе, а крапинки, появляющиеся на полосах за каждую отправленную душу. Сначала тёмные донованские глаза не приметили родственника, но вскоре, изогнув пухлые губы странной формы, демон воскликнул:

— Алик! — и кинулся обнимать своего младшего брата.

— Альмерик! — приветственный возглас Алана слился с радостными повизгиваниями демона, втаскивающим родственника в небольшой домик, служащим отправной точкой душ.

— Подожди! — вдруг Альмерик отстранился от брата, втягивая рваными ноздрями горячий воздух. — Я чую душу! — кончики его рогов радостно задрожали.

— Аргх, — от отвращения Алана передёрнуло, и он отстранился от демона, смотря на то, с каким восторгом тот следит за приближающейся душой. — У меня срочное дело, может, она подождёт?

— Ну ладно, — легко согласился Альмерик, внезапно захлопнув дверь, а потом, стукнув себя по лбу, с охами кинулся к окну.

Помучавшись с задвижкой, он, наконец, высунулся наружу и приказал дрожащей душе подождать. Та посмотрела на него с немым вопросом в пустых огромных глазах, но ничего не ответила.

— Что за дело? — поинтересовался Альмерик, захлопнув окно, избавляясь таким образом от ненужных ушей.

— Венди Уайт, — Алан назвал имя, закрепившееся на языке, как пирсинг. — Эту девчонку ты недавно должен был направить на наказание. Я надеялся, что она всё ещё здесь, но... Мне нужно знать, где она теперь.

— А я сразу почувствовал родной запах! — демон радостно хлопнул в ладоши. — Знаешь же, что у наших душ особое место есть, что не направился туда? Хотя стой! Я так рад, что ты зашёл ко мне, — Альмерик снова полез обниматься.

— Я..., — Алан обомлел от степени собственной тупости. — А ведь точно! — теперь была его очередь раздосадовано ударить себя по лбу. — Давно она там? Она видела наших родителей, как думаешь?

— Не знаю, — Альмерик пожал плечами. — Может, ещё не регистрировалась, тогда... Я не интересовался, за какие делишки она оказалась в Аду, хотя... Я заметил на ней кулон Марты, так что тут всё ясно, да?

— Да! — Алан подскочил на ноги так резко, что радостный Альмерик вздрогнул, сменив радость на безмолвное удивление. — Я должен найти её. И ты мне в этом поможешь.

— Как?

— Позвони родителям и скажи, чтобы не совались в Загон. Я тем временем заберу оттуда Венди и свалю от греха подальше.

— Всё для тебя, — Альмерик нажал кнопку на углу стола, и на стене предупредительным светом зажглась красная лампочка, предупреждающая об установке связи.

— Ох, — выдохнул Алан. — Не сейчас... Впрочем, ладно. Я пошёл за Венди.

— А как же подробности? — расстроенно вопрошал Альмерик. – Где, как и почему?

— Потом, — отмахнулся демон. — Сначала я заберу её и дам новое тело, а там и с тобой свяжусь.

— Никогда о таком не слышал..., — пробормотал Альмерик. — Как думаешь, сработает?

— Не знаю! Я никогда не слышал...как и ты...эх! — взмахнув руками, Алан выскочил из домика брата, чуть не задев испуганную душу, и двинулся по вымощенной камнем дорожке к Загону, где отбывали наказание особые души, принадлежащие Донованам.

Загон являлся огороженной частью территории Чистилища, и доступ к нему имели только члены семьи Донован, остальные же могли позволить себе лишь изредка смотреть на страдания душ, мечтающих о спасении, или же вовсе уже потерянных. За многие века существования древнего демонического рода в Загоне накопилось достаточно душ, некоторые из них уже успели отправится в лучшее место.

Пол искажали трещины, из которых в вечно чёрное небо вздымались огненные столбы, освещая всё вокруг себя. Благодаря этому мягкому вечному свету Алан мог спокойно сориентироваться и определить место, в котором он находился. Демон так давно был в Аду, что уже успел отвыкнуть от этого успокаивающего, наталкивающего на разнообразные мысли, полумрака. Теперь, снова оказавшись дома, Алан чувствовал необыкновенную и приятную слабость, которой хотел отдаться со всем рвением. Однако Алан изо всех сил сдерживал это своё желание, высматривая в полутьме знакомую фигуру. И, когда, наконец, среди столбов огня он заметил сияющий силуэт, светящийся слабым серым светом, мысль засесть где-нибудь в вечной темноте полностью скрылась из его сознания, выгнанная торжеством встречи.

— Венди! — крикнул Алан, ускорившись, но душа не услышала его, продолжая идти куда-то вперёд. Чудо, что она уже не оказалась в Загоне, затерявшись в чарующей полутьме. Видимо, мечтательная натура Венди не покинула её после смерти. Алан раньше никогда не общался с душами и не знал, что они из себя представляют. Но теперь у него не было выбора.

— Венди, — он подбежал к неприметной душе, искажающей серый свет, и попытался схватить её за локоть, но его пальцы прошли сквозь, так и не дотронувшись кожи. Вздрогнув, Венди (или то, что когда-то было ей) посмотрела Алану прямо в глаза затравленным взглядом, явно не узнавая его.

— Эй, это же я, — он помахал ей, думая, что это как-то поможет. Что Венди вдруг вспомнит его улыбку, его чёрные непослушные волосы, его серёжку с отходящей к хрящу серёжке. Привычным жестом он прошёлся по ней пальцами, смотря за неменяющимися эмоциями Венди. Испытав необъяснимое огорчение, не увидев знакомых искорок в её зелёных глазах, демон продолжил:

— Алан, Алан Донован, разве ты не помнишь? — допытывался парень, но Венди всё также смотрела на него непонимающим взглядом, уже лишившегося былого страха, будто она смогла понять, что вреда ей не причинят.

— Скажи же мне что-нибудь! — Алан вновь попытался дотронуться до неё, но тщетно, Венди оставалась призрачной.

Она смотрела на него, слегка нахмурив брови, словно обвиняя его в том, что он сделал с ней. Может, душа девушки ничего не помнила, но в голове у неё явно начали шевелиться извилины, Алан видел это на её лице, терпеливо ожидая, когда она всё вспомнит и согласится на его предложение.

Наконец, глаза Венди вспыхнули яркими осуждающими огоньками, губы сжались в тонкую полосочку, а руки сложились под грудью, будто предупреждая о той жаре, которая будет происходить, и парень, отойдя назад, попытался повторить попытку помириться без ненужного шума.

— Алан, — сорвалось с губ Венди, — ты позволил мне умереть...

— Да, но... Не хочешь сначала послушать меня? — он улыбнулся, заметив, что теперь она никак на это не реагирует. Этот факт его несколько разозлил.

— Не хочу, уходи отсюда, — девушка развернулась, собираясь отправиться к Загону, путь к которому ей указал Альмерик, но Алан, среагировав, схватил её за плечо, ставшее осязаемым из-за оживших воспоминаний Венди.

— Я не уйду без тебя, — ответил Алан, силой развернув её к себе.

Она наградила его яростным взглядом и дёрнулась в попытке вырваться, но хватка демона была для неё слишком сильна. Он хотел было объясниться, но раздавшийся рядом шум заставил его обхватить Венди за талию и спрятаться за вздымающимся к небу столбом огня. Девушка не отводила от него глаз, уже не боясь, что с ней может что-то произойти, ведь в Аду она была желанным гостем. Однако Алан не позволил ей и рта раскрыть, накрыв его своей ладонью и крепче прижав к себе, будто боясь, что её запах могут учуять.

С другой стороны пламени, по вымощенной камнем тропе, медленной походкой прошёл высокий демон. Шум он издавал своим хвостом, на котором и передвигался. Венди успела заметить, как высунувшийся раздвоенный язык уронил с себя кислотную каплю и прошёлся по пухлым, покрытым язвами, губам, и снова спрятался во рту.

После того, как неизвестный демон скрылся в неизвестном направлении, Алан отпустил Венди и вновь попытался объяснить, что собирается помочь ей.

— Ты ведь не хочешь остаться здесь? — спросил он её.

— А вот и хочу, — девушка дёрнула головой, желая показать своё неповиновение и смелость, чему Алан, может, и позавидовал бы, но в другое время.

— Не ври мне. Может, ты и не вспыхиваешь красным цветом, как при жизни, но я всё ещё мог определить твою ложь. Она пахнет иначе.

— Уходи, Алан, — отсекла Венди. — Мне не нужна твоя помощь. Ты уже сделал всё, что мог, чтобы показать мне твоё ко мне отношение.

— Странно, что, умерев, ты стала гораздо глупее, — насупился демон. — Ты вроде знала, что у меня не было выбора. Марте, как любимице семьи, разрешено всё. Меня же, как защитника букашек, вовсе не уважают. Если бы не сила, меня бы вообще смешивали с грязью.

— Мне это не очень интересно, — призналась девушка. — Я уже умерла, чего ты хочешь? Что тебе вообще нужно рядом со мной?

— Спасти тебя.

— Ты мне противен.

— Но это ложь.

— Ты сам — ложь, — грустная улыбка легла на потерявшее краски лицо Венди. Она искренне жалела о том, что произошло с ней и питала желание вернуться, хоть и понимала, что это невозможно. Слова Алана не произвели на неё никакое впечатление только потому, что девушка не верила в реальность оживления.

— Ты пойдёшь со мной, — уверенно сказал он, сделав к ней шаг в сторону.

— А если я прыгну в огонь? — Венди выставила руку, почти касаясь радостно колышущихся языков, показывая, что реально сделает это, если он приблизится ещё на шаг.

— Прыгай, — хмыкнул Алан. — Ты уже мертва, а хорошая жарка вправит тебе мозги! Пойми же, что ты, возможно, единственная, кому достаётся такой шанс. Я могу вытащить тебя отсюда и подарить тебе ещё лет восемьдесят счастливой жизни. А, может, и все сто, если будешь слушать, что я говорю.

— С чего мне верить тебе? — бросила недовольно девушка, коснувшись пальцами адского пламени. Недовольно приложив обожжённые участки кожи к губам, она нахмурилась, понимая, что выиграть спор ей не удастся.

— Я не собираюсь врать, я же не ты, — осклабился Алан. — Я не хочу, чтобы ты покинула мир живых так рано, Венди.

— Тебе-то какая разница? Ты, насколько я помню, ничего ко мне не чувствовал, — Венди продолжала давить на его чувства, выискивая реальную причину.

— Нет, но я хочу, чтобы ты была рядом.

— Это что-то новенькое, — она улыбнулась.

— Неужели мне нужно умолять тебя?

— Да, — Венди сделала к нему уверенный шаг. — Можешь даже на колени встать, я не против.

— Не дождёшься, — он схватил её за предплечья и притянул к себе, выдохнув в её губы: — Так ты идёшь со мной?

— Ненавижу тебя, — ответила Венди.

— Это значит «да»? — губы Алана изогнулись в насмешливой улыбке.

— Это значит «вот же придурок, мне нужна от тебя только моя жизнь».

— Ты всё ерошишься. Должен предупредить, что, вернувшись к жизни, ты будешь вынуждена жить в нашем фамильном особняке и всегда быть со мной. Я тебя никуда не отпущу.

— Хочешь заключить со мной пакт? — нервный смешок слетел с губ Венди.

— Не хочу потерять тебя среди других букашек.

— Отлично, Донован, — Венди раздосадовано выдохнула. — Даже в Аду ты от меня отстать не можешь. Как ты планируешь изгнать Марту из моего тела?

— Я собираюсь дать тебе новое.

— Дурак, — девушка фыркнула. — Сам подумай, смысл мне от такой жизни? Моя мама похоронит меня в скором времени, как и сестра с друзьями. Я никому не буду нужна. Ты? Что мне с тебя, убийца? Приятно ли будет жить там, где совсем недавно я лишилась жизни от твоих рук? Приятно ли говорить с тобой, зная, что ты не пожалел меня?

— Но я хочу всё изменить, — не согласился Алан. — Я не хочу дать тебе умереть, разве это не показатель? Теперь твоя очередь думать, — он коснулся любом её лба. — Твой отец находится в Раю, тебе с ним никогда не свидеться, так же, как с матерью и сестрой, которые окажутся там, за неимением грехов. Ты можешь прожить целую человеческую жизнь в новом теле, пускай после всего ты вновь окажешься здесь, зато сможешь при жизни быть со своей семьёй, как и прежде, но в другой роли. Оставшись здесь, ты никогда их боле не увидишь. Тебе это нравится?

— Нет, — пискнула она, сдаваясь.

— Тем более, я всё ещё ощущаю твои настоящие чувства. Ты хочешь быть со мной, теперь, понимая реальный шанс, ещё сильнее. Была бы ты человеком, я слышал все твои мысли, и вряд ли они чисты и невинны.

— Пошёл ты! — выплюнула Венди, намереваясь вырываться, но Алан сжал её предплечья сильнее, останавливая.

— Ты идёшь со мной, Вен, — коротко бросил он без тени улыбки и, развернувшись, повёл Венди туда, откуда она совсем недавно пришла. Она, бедняга, совсем не знала, куда ведёт её нахальный демон. Понятия не имела, как будет происходить чудесный процесс оживления, но свято верила, что менее болезненно. Венди совершенно не боялась новой жизни, прекрасно осознавая, что она не будет хуже той, которую девушка уже прожила.