Часть 30. Спасение
Четверг, день
-А я тебе говорил, - злился Сафа сидя на подоконнике в больничной палате, -не надо играть на нервах человека!
-Я теперь крайний? - спросил Малик, стоя возле моей койки. -Откуда я знал, что его такая шиза стукнет?
-Ты вечно ничего не знаешь, а потом всем кругом плохо.
-Ты за себя говори, изначально до больничных коек ты всех довёл, а не я.
-Малик? - С удивлением произнёс я и ощутил жуткое обезвоживание: горло было сухим, голос еле слышен, а веки опухшими.
Разглядывая бежевые стены больничной палаты и прозрачную жидкость, что стекала через капельницу внутривенно по руке, я постарался привстать.
-Лежи-лежи, - тут же подбежал Сафа сев рядом на табуретку, -как ты?
-Что произошло? Где я?
-В больнице, - с улыбкой сказал Малик, также присев с другой стороны, -что-нибудь помнишь?
-Нет...
-Какой сегодня день?
Я задумался, пытаясь восстановить последние события и с трудом сказал:
-Мы собирались к Адату во вторник, кажется... да, выходит сегодня вторник? Нет, мы сходили и я вернулся, была уже ночь, а сейчас утро, значит сейчас среда?
-Четверг, - сжал мою руку Сафа, -ты не помнишь, что делал вчера?
-Нет, я даже не знаю как я тут оказался и что это? Зачем ко мне подключена система?
-Обычные витамины, не переживай, ты испытал сильный стресс.
-Какой ещё стресс?
-Короче, - вмешался Малик, -если совсем коротко и то, что мы поняли из уст врача, то на почве всех шокирующих событий, начиная с сбитого насмерть старика, что дало старт встряске твоей нервной системы, потом убийство девушки, а оказывается ты впечатлительный и это очень врезалось в твою память, то последующие события - насилие детей, издевательство над ними, ну и прочее, привели тебя к глубочайшей форме депрессии, плюс нервный срыв, и...
-Что за бред ты несёшь? Нет у меня никакой депрессии, да может я повздорил с вами и родными, но...
-Кир, - всё утешительно обращался ко мне Сафа, -ты разломал мебель в комнате, ты ударил мать и жену.
-Что?!
-Да, тебя весь день усмирить не могли, ты орал как психопат, родители были вынуждены вызвать бригаду помощи.
-Господи...
-Ещё, - продолжил Малик, -док сказал, что у тебя галлюцинации, он спрашивал не бывало ли их у тебя ранее, а я вспомнил, что ты видел, то покойную, то эти голубые шарики и...
-Нет! Я видел, потому что это были знаки!
-Кир этих знаков не было.
-Как это? Я же лично Адату показывал шарики которые я находил.
-Да эти шарики разорванные чётки Бахира, ты забыл, но ты сам говорил о том, что у него в вашем доме чётки порвались и ты повсюду находил эти шарики.
-Чего? - В шоке всё не понимал я. -Но.., но ведь мы нашли убийц и...
-Да, - улыбнулся Сафа, -самое главное, что мы нашли убийц и есть хорошая новость.
-Какая?
-Твой дядя сядет пожизненно, семьям чьи дети пострадали от рук этих уродов будет оказана психологическая и материальная помощь, также на пожизненное пошёл отец убитой девушки, он продал не только своих дочерей, но и помогал в поставке других детей этим извращенцам.
-А те, что были с детьми, их задержали? Все эти мужчины и женщины.
-К сожалению они бежали как крысы с корабля и в чем-то обвинить их нет возможности, так-как нет свидетелей. Тех кто могли их сдать они убили, а Рами доложил лишь на Бахира и имама-Саида.
-Я ведь снимал видео, есть видео где видно лица...
-Кир, - перебил Сафа, -если ты это опубликуешь.., то убьют уже тебя.
-Да плевать.
-Нет не плевать, это не маленькие люди, ты для них муха, ты думаешь они не смогут удавить тебя? Они столько лет имели детей и устраивали оргии и позволят какому-то парнишке разоблачить себя?
-Но ведь мы смогли раскрыть дядю и имама.
-Лишь потому, что они это нам позволили.
-Зачем?
-Чтобы ты на этом остановился.
-Не понимаю, как...
-Кир им плевать на двух арабов которые стали крайними во всей этой грязной ситуации, понимаешь? Они сами убили имама в его же камере, потому что его жизнь и жизнь Бахира для них ничтожна, они владеют куда белее серьёзными связями.
-И что делать? Вот так всё оставить?
-Оставить? - удивился Малик. -Мы разнесли в пух и прах целую сеть моральных уродов, вся страна встала за немедленное расследование, самые влиятельные люди нашего города наказаны, а дети спасены, чего ещё ты хочешь?
-Добить оставшихся.
-Ты и так многое сделал, - сказал Сафа, чем резко вызвал у меня неприязнь, -что такое?
-Не разговаривай как она?
Друзья переглянулись, но решили не допрашивать. Массируя свои опухшие глаза я спросил их:
-Почему у меня такой вид? Меня избили?
-Это отёк Квинке, - тут же ответил Малик, -он случился на почве сильного стресса, но, считай уже спал, утром ты был в безобразном состоянии, сейчас лучше.
Я лёг ровно и смотрел на потолок: как же меня всё достало - мне не хотелось видеть родных, жену, работу, знакомых, слушать об этих педофилах.
-Я переспал с ней, - неожиданно сказал я.
Ребята снова удивлённо переглянулись.
-С кем? - подсев ближе спросил Сафа.
-С Шухадой.
Малик скорчил лицо, а Сафа пожал плечами. Парни явно не поняли о ком я, но не уводя взгляда от потолка, я продолжил им свой рассказ:
-Она была такой красивой и я не удержался, а сейчас мне стыдно.
-Ты когда успел? - поинтересовался Малик. -И кто она?
-Та самая, что пристреляли.
-Стоп, ты спал с трупом?
-Она пришла совсем живая ко мне в комнату и соблазнила меня.
-Ты сейчас серьезно? - рассмеялся друг. -Блин, можешь ты конечно, я чуть было не поверил.
-Я правду говорю! Мы с ней спали!
Сафа махнул Малику рукой, чтобы он замолчал и перестал смеяться надо мной.
-Кир это же был сон, верно?
-Не знаю, слишком естественно.
-Ладно, я думаю тебе просто не стоит никому об этом рассказать и все будешь хорошо, поверь.
Дверь в оплату открылась и вошёл Адат.
-Всем мархаба! Ну что, как он?
-Явно лучше, - встал с места Малик уступив стул другу, -вот рассказывает как покойницу во сне поимел.
-Аллах, что за дурной сон?
-Не переживай ему он понравилось.
-Малик закрой свой рот пожалуйста, - возмутился я.
-Тише, - погладил мою руку Адат, -тебе нельзя волноваться.
-Я ощущал её, понимаешь? Я согрешил!
-Да, конечно, - растерянно утешал меня Адат и покосился на Сафу, -давай сейчас не будем думать об этом и...
-Я теперь проклят, я буду наказан, я знаю.
-Ой ладно, - облокотившись у дверного прохода, снова иронизировал Малик, -нет никаких наказаний за измену, а уж тем более во сне.
-Тебе не понять, мой разум теперь в его власти.
-Кого? - поинтересовался Сафа.
-Не знаю, какой-то мужчина с женскими чертами или наоборот, но это всё он, он обманул меня, он ложью отобрал у меня все.
Друзья смотрели на меня с сожалением, словно я нёс бред, а им становилось меня только жаль. Дверь приоткрыл Арес и просунул голову, как в друг, прижав руку к его лицу, Малик вытолкнул его в коридор и, закрыв дверь, спросил:
-Ты что тут делаешь?
-Мне Сафа нужен, а ты?
-Я к другу пришёл, ему сейчас очень плохо.
-А что с ним?
-Да черт знает, переспал во сне с сексуальным трупом и продал свой разум мужику-трансгендеру, короче всё серьезно, лучше не спрашивай.
-Ничего не понял, но очень интересно.
-Пошли, только тихо, не беспокой Кира.
Ребята вошли в палату и подошли к Сафе о чем-то тихо беседуя у окна, пока Адат сжал мою руку и шёпотом молился. Я всё ещё не понимал, что происходит и в каком я состоянии, но меня что-то сжирало изнутри, мучало, вертелось и сдавливало. Как же мне хотелось вернуть свою нервную систему, что была у меня в юности, ведь сейчас она у меня убита, может и не вся, и не полностью, но по ощущениям, я словно лишён всего: здоровья, нервов, сил и даже надежд.
-Всем салам, - помахал ребятам тихо вошедший Султан, и подошёл к Адату, -ну, что? Какие новости?
-Пока всё также, бредит, боится, твердит о своих грехах и точка.
-Это плохо...
-Как дела? - с улыбкой спросил Арес Султана. -Как Мэй и малышка?
-Спасибо, у нас всех хорошо, дочка тоже, растёт и радует, вот ещё бы друзья не огорчали.
-Он поправится, - вставил Сафа, -я позабочусь об этом.
-Не стоит, ты уже позаботился один раз.
-Ну сколько можно?
-Пока не сдохнешь, ясно?!
-Эй-эй, - встал с места Адат, -давайте не при друге, хорошо? Киру нужен покой и...
-Тогда пусть «особо опасные» выйдут отсюда.
-Это ты сейчас о ком? - возмутился Малик.
-О педике твоём.
-Ты гонишь что ли? Сейчас же прекрати оскорблять Кира! Он и так без сил эти дни.
-Причём тут он?
-Ладно, - не выдержав вмешался Сафа, -пошли, Арес, нам надо ещё кое-куда заехать.
-Я с вами, - недовольным взглядом окинул дядю Малик и поспешил за дружками.
Я от слабости заснул и даже не слышал о происходящем, пока Адат, стоя напротив друга, тихо и с сожалением говорил:
-Сейчас не время ругаться, Кир действительно в плохом состоянии, надо хоть как-то помочь ему.
-Сначала надо его отсюда забрать.
-Зачем? Здесь оказывают должный уход и...
-Затем, - перебил Султан, -что о его нервном срыве уже весь город знает, уже обсуждают тему того, как племянник бывшего садиста оказался в лечебнице не выдержав давления общественности.
-Ну, что же теперь поделать?
-Ему отказали в оформлении опекунства, - с обидой сказал Султан, -я поднял все свои связи, чтобы его семью взяли на вооружение, думаешь это было легко сделать когда все кругом знают чем прославился его дядя?
-Ему сейчас не стоит об этом знать, ему вообще нельзя никакой негативной информации.
-Нужно как-то вернуть его домой, иначе я не смогу больше помочь и Мунира отдадут другой семье.
-Нам друг дороже или Мунир?
Султан замолчал, как обычно поставив руки на пояс и о чем-то задумавшись. Адат погладил его по плечу и сказал:
-Я понимаю тебя и твоё желание помочь ему и Эльхан, я также знаю как им двоим необходим этот ребёнок, но если Кира забрать отсюда то, нет можно конечно перевести на домашнее лечение, но они это сделали вчера и чем закончилось? Он чуть мать родную не убил, нет-и-нет, хотя бы дней десять ему лучше побыть тут.
-Понимаю, - грустно кивнул Султан, -жаль конечно, что всё так обернулось для него.
-Иногда чем-то надо жертвовать, может и чем-то дорогим, но если так будет в итоге лучше, то стоит принять как должное.
Ощутив сильное удушье, я резко начал кашлять. Адат и Султан тут же подошли ко мне помогая перевернуть меня на бок.
-Успокойся, - говорил мне мулла видя, как я задыхался, -не паникуй, а спокойно дыши.
-Он убьёт меня, - еле вымолвил я, -убьёт.
-Кто?
-Он, ты обязан мне помочь!
Заметив, что я нёс бред, Султан подошёл к стенду над моей головой и нажал кнопку «вызов врача».
-Верьте мне, клянусь я не вру вам!
-Я верю тебе.
-Я не виноват, родители всегда были недовольны мной.
-Знаю, - сдерживал меня Адат, -только успокойся и не нервничай, ты не виновен ни в чем и мы все тебе верим.
-Дай я встану! - резко стукнул я Султана по руке, что держал меня за плечи и не позволял сесть. -Отойди!
-Кир тебе не желательно вставать, пойми...
-Убери руки! - закричал я и ощутил, как будто гланды снова сдавили моё горло не позволив мне вдохнуть кислород.
-Аллах Милостивый, - с состраданием смотрел на меня Адат, - дыши, Кир, прошу успокойся, истериками только хуже сделаешь.
-Я видел дерево! Там был ад, корни мои в аду!
В палату вошли двое мужчин врачей и тут же принялись оказывать мне помощь, пока я чуть было окончательно не задохнулся от своего же кашля. Решив не мешать, друзья вышли из палаты и молча, в полной растерянности, смотрели друг на друга.
-Он сказал: «Ты обязан мне помочь», - заговорил Адат, -чем? Как? Я хочу, но я не знаю, что мне делать?
-Кроме врачей ему никто сейчас не поможет.
-Это да, но.., о ком он говорил?
-Что его кто-то хочет убить?
-Да.
-Думаю у него панические атаки, бредит скорее всего.
Из палаты вышел врач и, ничего не говоря, направился по своим делам. Султан и Адат вошли ко мне, наблюдая как доктор складывал в коробочку иглу и шприц.
-Ну, как он? - поинтересовался Султан.
-Всё нормально, через неделю будет легче, у меня клиенты и посложнее бывали, так что ваш случай терпим.
Адат с грустью посмотрел на меня, погладил по руке и сказал:
-Не переживай, скоро всё будет как прежде.
-Не бросай меня, - еле слышно произнёс я, -спаси.
-Спасу, не сомневайся.
-Ему нужен покой, - подошёл к парням врач, -на сегодня встреч достаточно.
-Да конечно, мы как раз уходили.
Друзья с улыбкой пожали мне руку и ушли, пока я, под воздействием лекарств, крепко заснул.
Всю дорогу Адат сидел у окна в автобусе и долго прокручивал в уме мои слова, ему безумно хотелось помочь, но как это сделать и с чего начать, он даже не догадывался...
В городе поднялся ветер, солнце скрылось за обломками, а друг вышел на своей остановке и направился в мечеть, ту самую, где он когда-то учился. Толпы людей стояли в парке, вход был окружён журналистами и выкрикивающими людьми — женщины, мужчины, старики и даже подростки, выражали своё возмущение и ненависть в связи со страшным случаем торговли детьми самим имамом. С удивлением разглядывая озлобленных людей и слушая недовольные возгласы, моего друга потянул за рукав отец Амиры и спросил:
-Так и знал, что ты здесь будешь, почему до тебя не дозвониться?
-Простите, я забыл телефон дома, а что тут происходит?
-Выгодное нам дело происходит, самое время проявить себя, ты должен стать имамом этой мечети.
-Я окончил духовную школу, я мулла и поступил на кафедру...
-Я знаю о всех твоих достижениях, поэтому люди захотят именно тебя, а там я помогу тебе стать муфтием, а чуть позже глядишь и до палат шейха дойдёшь.
-Господин Али, я Вам очень благодарен, но мне сейчас надо помочь своему другу.
Мужчина изменился в лице, но не желая проявлять свой гнев на будущего зятя, сдержал себя в руках и с улыбкой сказал:
-Знаешь, прежде чем кому-то помогать, ты должен сам стоять на ногах. Кто ты по жизни?
-Разве это важно?
-Тот кто тонет сам, другому кроме дна ничего не покажет.
-Знаете...
Но мужчина резко поднял ладонь перед лицом муллы и сказал:
-Даю тебе время решить этот вопрос и порошу не медлить.
Вдруг на улице раздались крики с призывом снести мечеть. Какие-то вандалы требовали уничтожить «проклятое место». Не веря своим ушам, Адат прорвался сквозь разгневанную толпу и подошёл к парадным дверям, где его встретил мулла Алим и сказал:
-Адат, слава Аллаху, Вы уже слышали, что некоторые люди требуют от власти?
-Нет.
-Нашу мечеть хотят снести.
-На каком основании?
-Якобы, имам Саид прямо отсюда торговал детьми и совершал свои ритуалы.
-Вон! - Указал пальцем на друга кто-то из прохожих. -Это наш служитель при мечети, возглашающий с минарета часы молитвы, и он когда-то ушёл из-за имама!
Толпа людей, а также журналисты, быстро окружили на ступенях муллу и тут же «забросали» вопросами, чем заставили друга растеряться и еле подбирать слова.
-Это правда, что Саид устраивал оргии в мечети?
-Проклято ли это место?
-Какой выход из положения видите Вы?
-Стойте! - Разозлился Адат. -Да, имам оказался жестоким и плохим человеком, но он это тщательно скрывал не только от нас, служителей мечети, но и от всех честных людей, что приходили сюда молиться. Трогать это здание нельзя, уж тем более рушить. Место где люди молят о помощи —осквернить нельзя.
-Но люди сюда больше не хотят ходить, никто не хочет молиться там, где молился имам Саид.
Толпа затихла, внимательно смотря на юного муллу, который распахнул тяжёлые деревянные двери и сказал:
-Аллах покарал того, кто молясь внутри этой мечети грешил за ее стенами, так пусть же сюда приходят только те, кто не боятся искренне молиться и чисты перед Всевышним. Раз не уверенны в себе и не хотите той же участи, что получил имам, то лучше не переступайте порог этой мечети.
Друг недовольно взглянул на растерянного Алима и ушёл, скрывшись за дверьми, а люди тихо перешептывались словно испугавшись слов муллы. Разувшись, шагая по длинному ковру и заметив в центре зала трёх мужчин, Адат спросил их:
-Кто вы? Что здесь делаете?
-Вы наверно муэдзин? Мира Вам, а мы вот обсуждаем закрытие этой мечети и...
-Кто вы такие? - оборвал речь старика друг.
-Меня зовут Хасан, я имам столичной мечети, приехал со своими людьми, чтобы..
-Простите, - снова перебил Адат, -но эта мечеть будет работать.
-Кто сказал?
-Я.
Мужчины с ухмылкой переглянусь, а Адат, встав ровно добавил:
-Сейчас время молитвы, я не в праве вас выгонять отсюда, но я в праве предупредить вас, что без моего согласия эту мечеть никто не тронет.
-Не много ли на себя берёшь, мулла?
-Я не мулла, для вас я имам Адат хаджа, я главенствующее лицо этой мечети и этого района, руководитель верующих общин, и пока я жив, без моего согласия вы и камня отсюда не переставите. А сейчас отоприте двери и пропустите людей, я призываю их к молитве.
Грубо высказавшись друг развернулся к лестнице и поднялся на самый верх минарета, откуда открывался вид на всю площадь. Растерянные мужчины поспешили покинуть здание, а Адат, вдохнув тёплый воздух всей грудью и встав лицом в сторону Каабы, смотрел на людей, что толпились под стенами мечети и с волнением ждали реакции муллы. Мимо минарета пролетели чайки, а друг осторожно коснулся указательными пальцами ушей и мелодично, на распев, нежно и не спеша, произнёс в микрофон:
-Алла-а-а-а-у Акбар...
Услышав слова призыва все замерли, подняв головы вверх и радуясь возращению Адата. Люди направились в мечеть, а довольный господин Али к своей машине.
Казалось, все налаживалось в жизни моих друзей: Малик наконец-то ценил жену, Сафа решил не быть «холодным» к Латифе, а Султан и Мэй обрели своё полноценное счастье в дочери. Адат действительно стал руководителем общин верующих, с лёгкой подачи отца Амиры, чему все были очень рады. День свадьбы друга приближался, но у меня улучшений не было, я как и лежал подобно овощу, так и оставался лежать в больнице.
***
В большом доме господина Али все его дочери готовились к предстоящей свадьбе Амиры. Девушки подбирали наряды и украшения, жены выбирали в ювелирных себе золото, а мужчины рассылали приглашения своим друзьям и близким. Войдя в кабинет отца, старший сын Зейн, улыбнулся ему и спросил:
-Звали меня?
-Да, проходи. Я почти наладил все наши неприятности — погасил долги, расправился с врагами и относительно заткнул рты сплетникам.
-Я всегда восхищался Вашим умом и сдержанностью, отец.
-Надо завершить дело Амиры и Адата.
Зейн внимательно слушал своего отца и следил за его властными жестами рук и недовольной мимикой лица.
-Его на работу я устроил, - загибая пальцы перечислялся мужчина, -уважение в обществе он имеет, дом им большой взял, свадьбу тоже сыграл. Осталось честь и достоинство дочери вернуть и ты этим займёшься.
-Простите, я не совсем понимаю. Вы же вроде как устранили Мансура и его семью.
-Амира должна быть невинной, как положено дочери порядочного человека.
Эти слова шокировали Зейна. Ведь он и отец прекрасно знали о факте насилия, так чего же требовал властный господин?
-Адат не должен и грамма шанса иметь в чем-то упрекнуть нас.
-Но отец, при всем уважении, но мулла знает, что..
-Он знает все в подробностях? - оборвал Али.
-В подробностях и я не знаю, думаю он тоже не осведомлён.
-Вот и хорошо, - улыбнулся отец, -поговори с Захрой, пусть отведёт Амиру к врачу и сделают ей восстановление невинности.
-Но зачем?
-Так будет лучше для всех нас, а в первую очередь для Амиры.
-А если она не согласится?
-Заставь, а также пусть до конца жизни себе вдолбит, что она была невинной и первый мужчина у неё Адат. Посмеет сказать ему правду, самолично её накажу, понял?
-Да.
-Теперь иди и заверши это дело как можно скорее.
-Хорошо, отец, как пожелаете.
Повесив голову и устало выйдя из кабинета, Зейн был абсолютно шокирован таким нелепым желанием отца. Спустившись на кухню, где за столом пила кофе Захар, брат сел к ней рядом и сказал:
-Отец попросил, точнее будет сказать, приказал.
-Что опять такое?
-Боже, чего ему не живётся спокойно.
-Что он сказал?
-Чтобы ты отвела Амиру на операцию.
-Какую?
-Пришпандорить ей девственность.
-Ты серьезно? И этого захотел наш отец? Какое ему вообще дело до этого?
-Он считает этот случай позором нашей семьи.
-Позор семьи — это его младший сын Саид, он насиловал беднягу, а стыдится отец ее, а не его?
-Ты знаешь наши обычаи.
-Это дикость.
-Это наш менталитет и с этим нужно смириться.
-А Адату это нужно? Он же знает, что..
-Отец сказал наврать ему, - перебил сестру Зейн, -сказал, чтобы она доказала ему, что в это самое место ее не трогали.
-Аллах милостивый, - прошептала Захра, перевернув свою чашечку на блюдце, -бедная моя Амира, судьба поиздевалась над ней как только смогла.
-Займись пожалуйста этим, уговори ее и объясни все плюсы этой операции.
Брат сжал руку сестры, после чего устало вздохнул и вышел из-за стола, оставив девушку с грустью раздумывать над предстоящим разговором с Амирой.
Вечером следующего дня, как обычно после молитвы, Адат заехал ко мне в больницу, где уже совсем выходился Султан. Сидя в палате и разглядывая мой неподвижный вид, мулла с улыбкой спросил друга:
-Долго он так молчит? Скоро моя свадьба, надеюсь на ней он будет более оживленный.
-Все время смотрит в потолок, - устало отвечал Султан, -будто где-то в самом себе бродит.
-Ничего, мы должны переждать, вспомни каким был Малик.
Дверь со скрипом открылась и в палату вошла Эльхан. Девушка, в своём привычном одеянии, укутанная в синее платья от головы до ног, агрессивно взглянула на Султана и выпалила:
-Ты предал меня!
-О чем ты говоришь? - Растерялся друг.
-По телевизору показали Мунира и его новую семью! Его усыновили другие!
-Элли... - захотел утешить девушку Адат, но Эльхан подошла к Султану и продолжила возмущаться.
-Ты обещал, но ты как и все отвернулся от меня.
-Я сделал все, что мог.
-Я мусор.
-Ради Аллаха, - разозлился мулла, -перестань, сейчас всем тяжело и..
-Моего отца убили, - пустила слезу Элли, -брат скончался, свекровь ненавидит, а я бездетная.., я мусор в этой жизни.
-Кир любит тебя, - старался утешить Султан.
-Кир покинул меня, а я больше не вижу смысла жить тут.
Элли расплакалась. Мужчины понимали, что у несчастной просто сдали нервы, она не могла больше терпеть удары судьбы. Султан тут же обнял ее, а Адат поспешил закрыть дверь в палату, чтобы никто их не видел. Прижимая к груди плачущую подругу, друг тихо успокаивал ее:
-Ты ни в чем не виновата, ты очень сильна, осталось выдержать и это.
-Я больше не хочу.
-Даю слово, мы вытащим из этого состояния Кира и вернём Мунира.
-Я больше не верю тебе.
-Последний раз, прошу, поверь мне.
Адат с сожалением смотрел на друзей, а после, взглянул на меня. Я даже не слышал, что происходило в моей палате. Мне было все равно, я лишь думал о том месте где гулял во сне, где мне было хорошо.
Один за другим проходили дни. Я почти совсем не говорил, а Эльхан безнадежно ухаживала за мной. Друзья жили каждый своей жизнью и как помочь мне, не знал никто. И что за жизнь я прожил? Счастливое детство? Оно пролетело как один день, я почти не помню себя маленьким, свою школу и свою резвость, а то, что я вспоминаю, этого ничтожно мало. Только сейчас, лёжа и понимая, что я просто исчезаю, я осознавал как мало смеялся в своей жизни. Как же много я тратил времени на обиды, на разборки, на слёзы и ругань, вместо того, чтобы радоваться, прощать и любить. Я так молод, а уже прикован к постели, вместо того, чтобы гулять, резвиться, путешествовать. Как же глупо я прожил свою жизнь, как безрассудно я ее растратил. Я закрыл глаза, я смирился с тем, что я увядаю. Темнота, тишина, в коридоре погас свет, больница отдыхает, а я, обессиленный Кирам, так бездарно этот мир покидаю.