Призрак Роппонги

— Повтори, — с трудом практически выдавил из себя Ран, смотря на Асами испепеляющим взглядом, и был готов разорвать её только за одно упоминание брата в подобном контексте.

Девушка сглотнула ком в горле, стараясь прогнать тревогу, вызванную подобным взглядом и аурой, исходящей от старшего Хайтани, но её прогнала рука Риндо, коснувшаяся дрожащей ладони, в очередной раз вызывая мысль о том, что с ним она чувствует себя в безопасности и комфорте несмотря на то, что он призрак.

— Риндо прямо здесь, — повторила Уэно, глядя то на Рана, то на Какучё, стараясь больше смотреть на второго, который не был таким грозным даже несмотря на большой устрашающий шрам на лице. — Он призрак.

— Заткнись, — прошипел Ран и сделал шаг вперёд, вынудив Какучё остановить его и удивится потере контроля и трещащему по швам самообладанию друга. — Не смей так шутить, идиотка.

— Я не шучу, — холодно ответила Асами, сжимая руку Риндо и готовясь к следующей фразе. — Он умер несколько месяцев назад и сейчас старается узнать как это произошло, потому что не помнит ни момент смерти, ни большинство из жизни.

Ран по-прежнему выглядел как человек, который вот-вот кинется и разорвёт Асами на части, даже не моргнув, но и она, и Риндо на мгновение заметили, как в его глазах промелькнула боль, которую он сразу же затолкал обратно и спрятал за маской злости и недоверия.

— Риндо не умер. Не мог умереть, — отмахнулся он от Какучё, вырываясь из его рук и бросив на девушку признательный взгляд, после чего направился на выход из комнаты и только у самой двери окликнул Хитто. — Ты её сюда притащил, ты и верни обратно в психушку. Я сегодня не приду.

И вышел за дверь, даже не подозревая, что Риндо проводил его печальным и сожалеющим взглядом, ведь больше всего на свете хотел хотя бы через проводника поговорить с братом, но тот даже не поверил в его присутствие в комнате, хоть это и было не удивительно. Но не знал, что Ран не просто не поверил, а и не хотел верить, что Риндо стал призраком, ведь это означало только одно.

— Ну что ж, — тяжело выдохнул Какучё, положив ладонь на затылок и пытаясь придумать, что можно сказать или сделать в подобной ситуации, ведь ожидал он чего угодно, но точно не рассказы о призраках и тому подобное. — Скажи правду, откуда ты знаешь Риндо?

— Скажи ему правду, уже нет смысла что-то придумывать, — безучастно подсказал Хайтани, уже даже не храня надежду на то, что кто-то поверит в их рассказ, но её хранила Асами, уже считая проблему Риндо и своей собственной.

— Он понял, что я могу видеть призраков и пристал ко мне, чтобы помогла вспомнить кто он такой, ведь у него было только имя и воспоминание того, как он стоит на пустой дороге в снегопад, уже будучи мёртвым, — начала она, и Риндо мимо воли ухмыльнулся. — После этого я начала искать в интернете хоть какую-то информацию о погибших подростках или молодых людях зимой, но ничего не было, а потом Риндо увидел репортаж про Роппонги и понял, что жил там, поэтому мы и приехали сюда.

— Ты же понимаешь, что вся эта история больше похожа на то, что ты сбежала из психиатрической больницы, а Риндо как-то знала до того, как он…

— Как он что? — не выдерживала Асами, устав от того, что как только они подобрались к информации, её, как на зло, начали утаивать, но держать на видном месте. — Как он умер? Что вообще с ним произошло?

У Какучё заходили желваки от такой формулировки, а Риндо, будь человеком, точно бы не смог сделать вдох, но Уэно по-прежнему стояла на месте и боролась хоть за какую-то информацию, которая была похожа на пазл из сотен фрагментов, которые она пообещала собрать и была намерена это сделать.

— Сначала докажи, что его призрак действительно здесь, — скептически и с недоверием ответил парень, уходя от разговора и не желая заранее разочароваться в собственной надежде, а почему дал девушке с рассказом о призраках шанс доказать свою правоту, сам не знал.

Асами нахмурилась от злости, внутри всё кипело оттого, что всё детство её сторонились из-за того, что она видит что-то сверхъестественное, и называли сумасшедшей, хотя она никому никогда даже этого не говорила, а теперь ей не верили даже после рассказа. А ведь она впервые кому-то рассказала о своей способности, и почему-то от этого стало одновременно и горько, и, на удивление, легче, чем обычно.

— Риндо, можешь что-то сделать? — повернулась она в сторону стоящего рядом призрака, сильнее сжав его ладонь, и Какучё высоко поднял брови от неловкости, будто видел что-то, что не должен был, и лучше бы предпочёл вообще выйти.

Риндо же молча кивнул и выпустил из ладони руку Асами, которую та провела печальным взглядом, явно не желая отпускать, и направился к кровати, где покоился дневник его мачехи.

Мгновение, и дневник взлетел в воздух и оказался у самого лица Какучё, который видел лишь его, а не державшего переплёт Риндо, который едва не настучал им по лицу друга.

— Что за…

Ещё мгновение, и дневник полетел вниз, вынуждая брюнета его поймать и затем заметить, как на столе началось копошение, и взлетел уже чёрный маркер, который уже через полминуты написал на стекле окна фразу «Это правда», загнавшую Какучё в полнейший ступор и подорвав его мировоззрение и отношение к сверхъестественному, которое он хоть никогда и не отрицал, но просто не задумывался о том, что что-то такое в этом мире может существовать.

— Теперь веришь? — Асами привлекла его взгляд, из-за чего Какучё даже не заметил, как маркер полетел в него и попал в шею под слышный только для девушки смешок Риндо, из-за чего она закатила глаза. — Он правда здесь. Может, ты что-то спросишь у него, и я смогу передать, если он помнит этот эпизод или…

— Он помнит что случилось во время битвы Поднебесья? — не думая, выпалил Какучё, внимательно глядя в лицо девушки, чтобы считать каждую эмоцию, и считал полное недоумение — она даже не поняла что он имел ввиду, а значит не знала ответа.

— Поднебесье? — нахмурилась Асами с названия, но уже через секунду повернула голову в сторону призрака. — Ты помнишь это?

По лицу Хайтани стало ясно, что помнит, и что это очередное тёмное событие из его прошлого, которых, по мнению Уэно, было уж слишком много, и которые она бы даже хотела самолично стереть из памяти Риндо, чтобы лишний раз не мучить повторным переживанием этой боли, ведь уже сама её чувствовала.

— В тот день умер Изана, а Какучё получил ранение и едва выжил, — сказал он мрачным голосом, и такая же мрачная тень спустилась на лицо Асами. — Но это событие мы никогда не обсуждали ни между собой, ни с кем-то другим, так что Какучё молодец, что спросил именно это.

Риндо ухмыльнулся, повернув голову в сторону старого друга, Асами пересказала всё сказанное им, а Хитто побледнел от осознания, что девушка и правда никак не могла это знать, ведь живой Риндо точно бы не распространялся, а значит…

— Он… правда здесь?.. — голос дрогнул, а руки едва не выронили дневник, который парень всё ещё держал, будто боясь выпускать.

— Да, — устами Асами прозвучало как приговор, и Какучё едва устоял на ногах, из-за чего решил сесть в ближайшее кресло.

— Нет… — услышали они тихое и такое отчаянное, что породило новую волну непонимания, а девушку подтолкнуло к повторению вопроса.

— Какучё, так как умер Риндо? Что с ним случилось?

Секунды тишины, за которые он набирался сил, чтобы ответить, тянулись бесконечно долго и нагнетали только сильнее, но ответ нанёс ещё более болезненный удар.

— Я не знаю, мы с Раном всё это время верили, что он жив, — начал Какучё, и у Асами внутри всё похолодело, и она осела на пол, в то время как у Риндо вообще всё рухнуло вместо с надеждой на то, что он вообще когда-либо узнает что с ним произошло.

Всё вокруг вдруг потеряло смысл, а фраза Рана о том, что его брат жив, обрела новые краски и ещё больше отчаяния, которое было сравнимо лишь с отчаянием в глазах самого Риндо.

Близкие его не похоронили, его ждали и надеялись увидеть живым, но всё пошло по самому худшему сценарию из возможных, подчёркивая несправедливость жизни.

— Расскажи, — переборола себя Уэно, вонзаясь ногтями в кожу собственных ладоней, и Хитто наклонил голову, придерживая её руками.

Обоим было больно. Какучё было больно говорить о друге, а Асами — слушать о… Она даже не знала, кем считала Риндо, но явно кем-то близким. Тем, кто стал дорог её сердцу.

— Всё началось ещё годы назад. Отец Рана и Риндо связался с тогдашними главами Роппонги, чтобы заработать и содержать семью после сокращения на работе, но позже захотел уйти и зажить нормальной жизнью. Те люди никого не отпускали, и чтобы проучить и их отца, и показать другим, как делать не стоит, повесили на него долги, а когда тот не смог быстро откупится, они вломились в их дом и убили младшего сводного брата Рана и Риндо. Отец после этого продолжал работать на них, но в то же время сливал информацию полиции, из-за чего они ослабевали. Это была его месть, он хотел разрушить их изнутри, но не успел и был убит, — по лицу Какучё было видно, как ему тяжело даётся рассказ, тем более с осознанием, что Риндо в виде призрака также его слушает.

— Что дальше? — спросил Риндо, зная, что не будет услышан, но будто об этом забыл.

Какучё же, словно услышав, продолжил.

— Мачеха забрала братьев к себе, но Ран загорелся идеей мести, и сам влез в криминал, начав подниматься, и потащил за собой Риндо. Отец всё же оставил им подарок в виде ослабленной группировки, с которой они вскоре вышли на бой и выиграли власть над Роппонги, отомстив и за брата, и за отца. Но их посадили за убийство главаря на несколько лет, и хоть власть осталась в их руках, остатки людей, которые были слишком сильно преданы прежним главарям, собралась и создали новую группировку, с которой позже у Хайтани ни раз были проблемы и конфликты.

— Мутэки, — с уст Риндо слетел ядовитый смешок, из-за которого Асами даже испугалась, но повторила это слово для Какучё.

— Да. Это они напали на тебя в переулке, хотя вход в Роппонги им давно заказан.

— Так как это всё относится к смерти Риндо? — волновалась Уэно, начав терять нить разговора, ровно как и сам Риндо, но из-за того, мысли последнего уже вовсю улетели в сторону ненависти к Мутэки.

— Дослушай, — выдохнул Какучё, собираясь с мыслями и подбирая слова. — Несколько месяцев назад было столкновение королей Роппонги и Мутэки, и Хайтани выиграли, после чего большая часть Мутэки попала под стражу, ибо кто-то вызвал полицию. Ран и Риндо в той потасовке разделились и уехали с места разными путями, но Риндо так и не объявился.

— Мутэки его?..

— Ран тоже уверен, что Мутэки замешаны в этом, но Риндо должен был ехать в место, о котором не знали чужие, а значит кто-то либо сдал его маршрут, либо за ним следили с самого начала столкновения. Но мы с Раном всё это время хоть и не могли найти его, но верили, что он жив, ведь ни тела, ни чего либо другого не нашли. Поэтому Риндо на данный момент объявлен вне дел — все думают, что он заграницей. А Роппонги в руках одного Рана.

Восстановление картины памяти путём рассказала помогло настолько, что у Риндо перед глазами заиграли краски, рисующие весь его последний день в мире живых.

Он вспомнил, как уезжал со склада на своём мотоцикле и направлялся в место сбора Канто, в котором они с Раном также состояли.

Вспомнил, как начавшийся снегопад мешал обзору, из-за чего он едва не врезался в проезжающую мимо машину.

Вспомнил, как стало ясно, что эта самая машина специально искала столкновения, дабы сбить его с мотоцикла, что и вышло, но не принесло тяжёлых ранений, лишь вызвало головокружение и небольшую дезориентацию в пространстве.

Вспомнил, как он поднимался на ноги, отряхивая снег, и увидел, что оказался окружён людьми в форме Мутэки, которые явно не смирились с проигрышем, будучи последними крысами.

Вспомнил лицо со шрамом на подбородке, так противно улыбающееся перед тем как сказать «Всё кончено, Хайтани».

И вспомнил резкую боль в затылке от сильного удара, после которого мир поплыл, перед глазами стала темнота, а тело сначала ощутило холод снега на асфальте и боль от ударов, а затем пустоту.

— Это Мутэки убили меня. Человек со шрамом на подбородке из Мутэки причастен к моей смерти, — вдруг выпалил Риндо, подскакивая на ноги и пугая Асами своим бешеным взглядом, что давало понять одно — снова что-то вспомнил.

— Риндо вспомнил кое-что…

Пересказав короткие фразы Какучё, девушка могла наблюдать уже второе удивлённое лицо перед собой.

— Ты говоришь о заместителе командира Мутэки. Значит эта тварь убила Риндо, — кулаки Какучё сжались со злостью, а лицо изобразило уже злость.

— Как найти этого заместителя? — холодно спросил Хайтани, скрепя зубами и подталкивая Асами к тому, чтобы спросила у Какучё.

На призрака устремилась пара напуганный серых глаз, затянувшихся густыми тёмными тучами, но злость и ненависть заполнили собой всё и заставляли игнорировать подобный взгляд небезразличной ему девушки.

— Что ты хочешь сделать? — дрожащим голосом обратилась Уэно к призраку, из-за чего даже Хитто напрягся.

— А ты как думаешь? — она ждала привычную ухмылку или колкую фразу, но Риндо уже был пропитан ненавистью, что отражалось в глазах, в которые Асами смотрела и была готова смотреть и дальше несмотря на то, что они её сжигали. — Отомстить.