part 7
< LU, 23:32 >
«Сколько?»
<unknown, 23:38>
«1.000.000 KRW»
< LU, 23:40 >
«Завтра, 21:35, [geolocation]»
«Изуродовали твою репутацию — изуродуй противника»
***
День был довольно спокойный, что и было странно, странно для Тэхёна. Он уже весь день наблюдал за Луханом, который шествовал по коридорам с довольным лицом. Чимин же, был чрезвычайно спокойным для его-то положения… Всё это было странно, очень странно.
Наступает восьмой час, ещё один урок, почему не история, почему физкультура?
Проклятые…
Баскетбол. Две команды, два противника. Играли сегодня парни. Чимин, кстати, был очень хорош в нём, но его еле вытащили на игровую площадку. По его словам всё наоборот, ведь: «Зачем? Я же не умею, всё испорчу». Но никто не знает его навыков, кроме Тэ, конечно.
Время текло, ребята бегали по полю, скользя подошвами по скользкому полу, при этом издавая странные звуки, как пенопласт по стеклу. 4:16, ведёт команда Лу, который опять ухмылялся. Чимину поднаскучило. Он не хотел показывать то, на что способен. Но теперь же перехватывая мяч, тот передаёт его своим и сам бежит к кольцу. Догнать Лу труда большого не составило. Наверное, удивился даже физрук, нежели одноклассники…
— 20:20! Дорогой Тэ, давай на спор, если мы сейчас забьём последний гол, белые будут неделю подчиняться нам, а если нет, то наоборот?
— А давай, ребята, давай! — Тэхён такой спокойный.
А дышать труднее, ведь сейчас игра напряглась. Некоторые парни уже выдохлись и покинули площадку. Иногда пытаясь забить, ребята промазывали. 20 секунд, 19, 18… 10, 9…
Чимин спотыкается и, падая, передает мяч Тэхёну, который сию же секунду забивает решающий.
Свисток. Звонок.
Лу немного расстроен, ведь доходит только сейчас, что белые, это не один Пак и Тэ, так что, весёлая неделя, здравствуй!
Парни проходят в раздевалку и как можно быстрее переодеваются, ведь в девятом часу как-то хочется быть дома.
— Ты меня удивляешь всё больше и больше, Пак… Пак Чи-мин… — Лу смотрит на то полу-оголённое тело на другом конце комнаты, смотрит то ли с восхищением и удивлением, то ли с отвращением, как обычно. Но Чимин молчит, он задумался и не замечает того, что на него все смотрят, ему сейчас плевать на всё. Он никогда не переодевался с остальными, но сейчас все рассматривают его подтянутое тело, он никогда не играл с ребятами, но теперь все знают то, что он хороший игрок…
Чимин переоделся и, собрав свои вещи, ушёл вместе с Тэ. На выходе Тэ попросил своего соседа быть более аккуратным по дороге и ушёл в другую сторону.
***
Чимин шёл по переулкам, шёл по немного пугающим дворам, которые были погружены в глубокую темень. Услыхав какой-то шорох, тот внезапно вспомнил те дебри, но которые сейчас косит вся эта территория. Успокоившись, тот направляется дальше.
Вдруг Пака заключают в сильной схватке хоть и одной рукой, а второй затыкают рот, чтобы пойманный не издавал лишних звуков. Чимин немного ошарашен этими действиями.
Того прижимают к стене, из-за чего Чимин сильно ударяется затылком и вскрикивает, чувствуя после сильное головокружение. Его хватают за шею таким образом, что бы беззащитному было труднее дышать. А тот практически задыхается, пытается вдохнуть этот драгоценный сейчас воздух. Хныча о некой помощи или о мольбе отпустить, он испытывает на себе сильные удары. Он не сможет сбежать.
Хватка переходит на отросшие волосы, заставляя того задрать голову. Незнакомец, испытывая некое наслаждение от происходящего, жаждет желанием не только жестоко покалечить свою жертву. Но, тот чёртов уговор… Когда схватка становится сильнее, младший, не замечая этого, стонет от боли, пуская слёзы, оставляющие мокрые дорожки на скулах. Страх и боль переполняют разум Пака. От последующего сильного удара по лицу, парень потерял свои очки, а из носа потекла кровь.
Он кусал губы, из которых в некоторых местах выступали алые капли, чтобы сдержать эти крики, которые вылетают от болевых ощущений. Всё становится ещё темнее. Он попытался вырваться, но попытка была неудачной. Теперь же, маньяк сильно пережимал тонкие руки, и складывалось впечатление, что так и кости переломает. Пака резко поворачивают и тот опять ударяется головой о стену, оставляя ссадину на лбу. Чувствуя, что руки перетянуты уже каким-то материалом, парень поднимает голову и резко вскрикивает от очередного удара по животу и падает на колени, раздирая старые, не зажившие раны, которые теперь вновь истекают кровью. Неизвестный щелкает чем-то. Блестит, значит оружие, а раз оружие, да ещё и щелкает… Складной нож? Чимина пинают, в связи с чем юноша ударяется повторно об стену и давится своим же стоном. Его болевой порог очень низок, ему сейчас намного больнее, чем можно было бы представить. К нему медленно подходят, смеясь, позже кто-то так же резко садится перед тем и хватает за шею, на которой уже вышли маленькие синяки он пальцев, которые так сильно сжимали горло недавно.
Выстрел.
Чимин зажмуривается, испугавшись. Кажется, его только что спасли. Человек, который недавно не щадил его и так сильно бил, скрылся. Пак утирает предплечьями кровь на лице, тем больше растирая её по коже. Он опять видит быстро движущееся тело в его сторону.
Пак опять вспоминает своё детство, то, как к нему двигались в чаще… Он закрывает глаза, обездвиженный. Запах одеколона. Знакомый… Чимин не разлеплял свои зенки, но уже чувствовал чьё-то тепло. Чувствовал, как его руки высвободили из той ткани или ремня, что не разобрать… Чувствовал, как уже чьи-то руки практически невесомо касались волос и лица.
— Ч-чиминни? Боже, как же так… — Юнги подползает ближе, прижимает ослабленное, поди-ка замёрзшее тело к себе и пальцами зарывается во влажные волосы парня. Пак выдохнул в плечо своего спасителя и, отстранившись, посмотрел в глаза Мина.
— Как тебя зовут? — горло першит, от чего тот покашливает, прикрывая ладонью район рта, наклонившись.
— Юнги, малыш, Юнги…
Старший поднялся и, подхватив на руки парня, направился к ближайшей остановке, чтобы вызвать такси, ведь в этот раз ехал на работу на трамвае. По пути у Мина возникали мысли, что парень сильно исхудал, стал каким-то сильно лёгким…
Наконец добравшись, Юнги аккуратно переместил Чимина на сиденье и после чего набрал соответствующий номер. Так как он был на некотором расстоянии от того, поэтому, сократив его, старший начал рассматривать пострадавшее лицо школьника, освещаемое уличным фонарём. Ждать долго не пришлось. Машина вскоре остановилась у назначенного места. Мин хотел было опять взять младшего на руки, но тот отказался, доказывая, что сможет дойти и сам, но при помощи его. Для Пака это было труднее, чем казалось. Преодолев этот интервал между остановкой и автомобилем, Юнги открыл дверь для пострадавшего и после того, как тот сел в салон, захлопнул её и направился в обход на переднее. Сказав адрес, машина двинулась с места.
Чимин думал. Парень переваривал то, что произошло, он думал о своих родителях, которые наверняка будут дико волноваться, как будет психовать Ким и его родители. Понимал, что он не сможет идти в заведение, где учится. Понимал, что он не знает, куда его везут, и почему дорога кажется такой долгой. Пак старался что-то вспомнить, но всё напрасно. Ему очень хотелось повернуть время вспять, чтобы можно было не идти таким путём. Хотелось вернуться в прошлое и не заработать эту чёртову болезнь, по причине которой Чимин страдал. Ему хотелось всё видеть цветным, хотелось видеть эти краски, которые давно не радуют его жизнь… Но, все мысли прерываются на том, что юноша тяжело вздыхает и погружается в так и манящий его сон.