| Пробуди меня | 18+

Нога, облачённая в кожаный башмак, ступает уверенно на влажный, покрытый мхом, камень. И это было опрометчиво. Быстрым, скользящим движением нога не удерживается на нём долго, легко уходя в бок. Оливия успевает лишь нервно выдохнуть, дёрнуться интуитивно в другую сторону, чтобы удержать равновесие, но всё оказалось тщетно. Тело уже не в силах сгруппироваться, как бы она не прилагала усилия.

- Осторожно! - отлично сработанные рефлексы наряду с инстинктами Коула играют сейчас на руку Оливии, когда она чувствует его крепкую кисть на своём плече, - Ты хоть под ноги смотришь?

За всё время, что они провели вместе, он ни разу не проявил свою аккуратную и заботливую натуру, наоборот часто напоминал девушке, что является странновато грубым фруктом. Колкие фразы тому доказательство. Правда Оливия не обращала на них сегодня внимание. Это было чем-то удивительным для него - не слышать едкие фразочки, которые лишь прибавляли ему вопросы. Но среди них один оставался главным. Почему она такая сильная духом?

Даже сейчас заметно было, как Оливия необычно проигнорировала его слова, лишь качнула головой, словно кукла, и продолжила идти по тропинке. Они были уже полчаса в пути к месту, информацию о котором он не раскрывал. Только и сказал, что нелёгкая дорога покажет её выносливость или отсутствие. Но всё же волчица показывала отличные результаты, делая шаг за шагом по склону, взбираясь выше через деревья и кусты.

- Ты сегодня загадочно молчалива, - Коул решил поравняться с девушкой, теперь они шли плечом к плечу по узкой тропинке, где место на двоих явно не хватало. Их шаги сразу замедлились.

- Обычная, - пожала плечами, поправляя сумку на спиной. Глаза так и не подняла с дороги, шла и внимательно выверяла каждый шаг.

- Какие мысли на этот раз тебя тяготят? - то, как в его голосе прозвучало насмехающееся высокомерие, Оливия восприняла, будто пощёчину. Он смеётся над её мыслями, над её планами, над её мечтами и великими целями.

Внезапно в глазах встали слёзы, но она упорно глядела на тропинку, не позволяя ему увидеть те эмоции и чувства, которые опасным пламенем горели в её груди, в её теле. Сглатывая новообразовавшийся ком за комом, Оливия собиралась с силами и с тем, что может сказать напыщенному альфе.

- Рада, что мои мысли доставляют тебе веселье и потеху, - хмыкнула и прибавила шагу, чтобы оторваться от него. Теперь она шла по тропинке чётко по середине, чтобы он не смог снова вмешаться в её личное пространство.

Его тёмные глаза с удивлением наблюдали исподлобья за её гордой фигурой. Да, характер у неё несладкий. И это для него перестало как раз-таки это быть удивлением. Имея в самом себе нотки постоянного возражения с окружающим миром, он мог, наверное, её понять, но посмеяться было легче.

Снова обгонять Оливию Коул не стал, продолжил оглядывать местность, пытаясь понять, как долго им осталось идти до места назначения. А ориентирование давалось ему очень легко, поэтому он вновь ворвался в звуки природы своим низким приятным голосом:

- Возьми чуть правее.

Тихо-тихо фыркнув, Оливия не могла не послушаться, поэтому начала чуть менять их маршрут, будто бы предводитель их небольшой группы.

В прериях они смотрелись очень контрастно. Коул не смотрел под ноги, чувствуя интуитивно, куда ступать, как идти, и больше оглядывался, наслаждаясь прогулкой, которая не казалась ему сложной. Да, небольшой угол при подъёме, но это он с лёгкостью мог преодолеть, даже не запыхавшись. Ему нравилось прислушиваться к каждому шороху в лесу, чувствовать редкие, но запоминающиеся запахи.

Оливия же шла и источала то напряжение, с которым держалась. Отстранённо положила руку на лямку сумки, постоянно сжимая и натирая тем самым себе несколько пальцев. Часто поскальзывалась и запиналась, но вопросов не задавала. А уж, что говорить про окружающий красивый мир? Она не обращала на него внимание.

Такой контрастной парой они предстали перед лесом. И обоих это устраивало, хотя точнее сказать, что никто на это не обращал внимание.

Наконец деревьев и кустов становилось всё меньше, дорога слегка прочистилась, но с этим становилось всё влажнее. Больше мха, больше скользких камней, которые только и портили настроение Оливии.

- Что это за шум? - вопросила удивительно, ловя своим не таким чувствительным ухом шуршание, но очень отдалённое.

- Ещё не поняла? - улыбается и только глазами указывает на дорогу, как бы говоря, чтобы она не замедляла ход.

Оливия двигается дальше, приближаясь к невидимой точке, где их путь окончится, пока шум всё сильнее и сильнее давит на барабанные перепонки обоих. Глаза внимательно глядят вперёд, и она вновь забывает, что надо следить больше за тем, что под ногами, но всё же не следит. Внимание полностью приковано к понемногу открывающемуся горизонту, осталось совсем чуть-чуть, чтобы преодолеть подъём.

Девушка ожидала увидеть прекраснейший вид с холма, или ещё что-нибудь подобное и немного дикое, но совсем не ожидала то, что предстало. Отдёрнулась, сделала резкий шаг назад и чуть не врезалась в грудь Коула, пока в ней по обыкновению не взыграл интерес и даже некий азарт. Прошло мгновение, как она лишь охнула, догадавшись, что там впереди, но при это не поверив своим же мыслям. Шаги продолжали быть неуверенными, но при этом оставались быстрыми.

Наконец она добралась почти до края, как увидела внизу воду, сплошное тёмно-синее покрывало. Вода бурлила и пенилась, когда с огромной высоты по бешено летящему потоку она врывалась в толщу. Они встали сбоку водопада с подаренной возможностью поглядеть на дикую природу и на её неимоверную силу.

- Здесь очень красиво, - спрыгивая с одного булыжника на другой, девушка приближалась к краю обрыва, - и холодно... - она покрылась сплошь гусиной кожей, ёжась на ветру.

- Это место особенное, - Коул кидает свою сумку на землю, присаживается рядом и достаёт небольшую флягу. Ещё пара секунд, и он откручивает крышку, - Сегодня, на удивление вода слишком спокойна. В прошлый раз, когда я здесь был, из-за шума даже собственные мысли тяжело было расслышать.

- Ты часто тут бываешь? - обхватив себя руками, Оливия аккуратно и с особой осторожностью возвращается с камней на мягкую, покрытую мхом землю.

- Не сказал бы, что часто. Бывает, - пожимает плечами, наблюдая лишь боковым зрением за приближающейся фигурой. Волчица падает рядом, стягивая на ходу сумку, - Я прихожу сюда подумать, собраться с мыслями, провести анализ. Многие так делают.

- Ты проделываешь такой путь, чтобы просто посидеть и подумать? - в её голосе откровенно голое удивление, - Дома не думается?

- Мне сюда ближе идти, чем тебе. - Коул бесстрастен к её удивлению. К губам он подносит флягу и медленно отпивает.

- Знаешь, а ты так и не сказал, из какого Поселения будешь... - она не могла вспомнить даже одного момента, когда он делился какой-либо информацией о себе. Всегда скуп на слова, хотя её охотно слушает.

- И не скажу. Мы с тобой заключили сделку, но не поклялись друг другу в дружбе.

- Думаешь, я захочу с тобой дружить? Или искать по поселениям? - Оливия усмехается легко и непринуждённо, пока Коул медленно поворачивает голову на её слова. Иногда он прекрасно осознаёт, почему никто не принимает её в обществе. Она порой груба и своенравна, но, к счастью, ему не так важны эти качества. И он с лёгкостью закрывает на них глаза.

- Не поделишься, что всё-таки заставило тебя заткнуться в дороге хоть на пять минут? - мужчина уже порывается закрыть флягу, как вспоминает о всё той же занозе, рядом сидящей, - Будешь?

- То есть, как сказать, из какого поселения, так это секретная информация, а как в душу мне лезть, так раз плюнуть? - она ловит его на незначительном лицемерии, принимая тяжёлую флягу из руки.

- Если не хочешь говорить, можешь не говорить. Завтра у нас с тобой превращение по плану, а затем разбежимся.

- Завтра?! - Оливия чуть ли не давится водой, - Разве не рано? Мы ведь занимаемся пару недель!

- Не хочешь со мной расставаться? Прикипел тебе, значит? - посмеивается над ней, как бы проверяя на прочность терпение.

- Коул, - она обращается к нему тихо, в глазах страх, на языке боязнь, кажется, всего, - Я не готова. Твои тренировки сделали меня лишь немного сильнее физически, но, кажется, что ни капельки не утихомирили её кровожадность.

- Это не кровожадность, - отвечает и забирает обратно флягу, - Твоя волчица хочет свободы, и ненавидит тебя за то, что ты её забираешь. Бывают такие сильные волчицы, как твоя. Это нормально.

- А нормально в первое своё превращение навредить другому ликану? - в голосе слышится грустная горечь, заставляя Коула резко перевести взгляд на неё. Отяжелённый мыслями взгляд голубых глаз встречает его печально, - Об этом мало, кто знает, иначе бы...

- Твою бы волчицу запечатали или того хуже... - он не произнёс «удалили», потому что каждый волк, пусть и не испытав это на себе, видел, какого тем, кто оказался пустым, без волка.

- Да, я, наверное, сильно рискую, пытаясь вывести эту тварь наружу, - даже сейчас, услышав оскорбление в свою сторону и поняв негативный посыл, волчица внутри неприятно зарычала, - Но я хочу быть такой, как все. Сильной и отважной. Прости, надо было тебе раньше сказать, что она настолько плоха.

- Я твою волчицу не боюсь, думаю, я ей не по зубам. Так что, Оливия, ты готова, ты и до этого была готова, просто не верила в свои силы.

- Надеюсь, ты прав, и я завтра не откушу тебе голову... - она всё ещё была грустна, но только Коул услышал её слова, как заливисто рассмеялся.

- Скрестим пальцы.

Молча они уставились на горизонт каждый со своими мыслями. Внезапно шум ушёл на второй план, и ни Коул, ни Оливия не замечали ничего, кроме своих голосов в голове. Пальцами Оливия аккуратно пробирается по короткой, колючей траве и прикрывает глаза, пока мешкает с тем, чтобы сказать следующее:

- Коул, у тебя есть жена? - она лезла в личное пространство снова, но, кажется, почти не раздражало его этим. Все возведённые стены были напрасны, и он не хотел сопротивляться. Завтра всё равно их дороги после превращения разойдутся.

- Вот что тебя беспокоит. Твой муж? - догадался быстро.

- Ты не ответил на мой вопрос.

- У меня нет жены. В моём Поселении нет таких странных правил и традиций, как в твоём.

- А как тогда девушки выходят замуж? - ей стало совсем интересно, в каком мире живёт Коул.

- По желанию? - усмехнулся, как бы намекая, что и такой вариант возможен, - Никто никого не заставляет выпрыгивать замуж за того, кого ты вовсе не любишь. Браки из-за выгоды, конечно, существуют, но опять же всё по согласию двух сторон.

Волчица вовсе замолчала, отводя взгляд в сторону. По тому, как она свела брови на переносице, Коул понял, что ей нужно многое переосмыслить. И при этом терзало его любопытство, что же такого всё-таки могло случиться у такой непокорной жены.

- Иногда я так хочу сбежать, но потом... Я помню, что обложена кучей обязанностей, у меня полно ответственности перед теми, кому, наверное, должна.

- Что ты должна?

- Родить мужу десяток детей, помогать маме, быть отличной дочерью для родителей, работать в таверне и быть просто благодарной, что несмотря на такой отвратительный характер, меня терпят.

- С детьми можно повременить, маме не так сложно помогать, дочь наверняка из тебя неплохая, а работа в таверне... Проблемы? - Оливия, насупившись от неприятного чувства непонимания, тоскливо посмотрела на него, как смотрит на тех, кто её совершенно не в силах выслушать.

- Знаешь, ты не решишь мои проблемы, никто их не решит. Надо просто перестать сопротивляться. - Он моментально почувствовал, как она отстранилась от него мысленно и уже отвернулась в сторону, вглядываясь в лес позади.

- Наверное, я не знаю. - Коул отвернулся также в сторону, и они воздвигли огромную стену между собой, но он успел кое-что ещё сказать, - Всё, что я могу сказать тебе, Оливия, это... Жизнь может в любую секунду поменяться, и тебя ждут неожиданные повороты судьбы.

Она услышала, но не смогла точно понять их смысл. Что? Однажды она проснётся и станет идеальной женой? Откажется от своих принципов? И настрогает Питу легион детей? Остепениться? Всё это казалось ей странным, ошибочным и даже в какой-то мере невозможным. Она всегда будет тихой одиночкой, которая лишь притворяется, что понимает свою суть и свою судьбу. Дух мятежника не изгнать, как не запретить ликану дышать. Это убивает само существование.

Они сидели, но без особого наслаждения видом. Тяготящие мысли Оливии ворвались в пространство, будто токсичное вещество. Она была ядовитым плющом, не в силах превратиться обратно в невинную ромашку, которой была, наверное, только первые годы своей жизни. Возврата нет, надо лишь приспосабливаться.

Немного посидев без слов, они чуть позже молча согласились, что пора возвращаться, и также напряжённо зашагали обратной дорогой. Оливии не верилось, что уже завтра ей придётся пройти через неприятное превращение, которое либо поставит крест на будущем её волчицы, либо даст последний шанс. Она надеялась на второй исход, поэтому старалась отбросить все страхи назад, оставить их в прошлом. Всё в прошлом. Только её сила духа в настоящем.

|Жду ваши 📌комментарии📌 и 🌟звёздочки🌟. Если хотите быть всегда в курсе новых глав, ✅подписывайтесь на профиль✅|

Lion.