Помни о смерти

Сантьяго Ривьера.

США. Нью-Йорк. 15:00

Я сидел в своём кресле, крутя в руках бокал виски. Сегодня был удачный день, хорошая сделка, которую я заключил с противным человеком, сделает хорошую прибыль. Строя планы на вечер, я смотрел в окно, но в дверь настойчиво постучали.

- Войдите - громко сказал я, после чего в кабинет зашла миниатюрная девушка

- Мистер Ривьера, вы просили поставить в известность, когда приедет мистер Марино и Соррентино - она взглянула в свой планшет, а затем продолжила - Они уже прилетели - мило улыбнулась

- Отлично, можешь идти - кивнул я и уже было хотел продолжить заниматься своими делами, как секретарша сделала шаг вперёд.

- Только есть ещё кое-что - неуверенно проговорила она, постоянно пряча свой взгляд.

- Ну - настойчиво протянул я и встал.

- Далия Санторо - произнесла девушка и наконец посмотрела мне в глаза - Девушка тоже здесь - после этой фразы, я как будто выпал из реальности, всё же она прилетела.

Далия. Я помню её. Всё так же видя перед собой безжизненные чёрные бусины, как шесть лет назад. После одной совсем незапланированной встречи, разве только что судьбой, я думал о ней каждый день. Девчонка въелась в память и в мою голову. Она там, всё так же стоит возле могилы отца и проклинает того за то, что ей причинил. Только что, я не знаю. После той встречи прошло пару месяцев, и я начал собирать про неё информацию, но ничего. Её как будто и не существовало. Далия будто и не жила те семнадцать лет. Только спустя время у меня началась появляться информация и то, информация о её нынешней жизни.

- Что-то ещё?

- Да, к вам рвётся мистер Гонсалес

- Пусть войдёт - махнул рукой и сел обратно. Сделав глоток жгучего алкоголя, в кабинет ворвался друг.

- Сантьяго, ты не поверишь - тут же начал Самуэль.

- Что случилось? - закатил глаза и откинулся на спинку кресла.

- Далия в Нью-Йорке - крикнул он

- Да знаю я - усмехнулся

- Дааа, а ты знаешь, что она будет какое-то время за место Витторио и Лоренцо? - Самуэль сел напротив меня и поднял бровь

- Я предполагал - кивнул - Я хочу её увидеть - я ухмыльнулся - Хочу посмотреть насколько она изменилась спустя шесть лет - взяв второй бокал, я поставил его перед мужчиной и налил ему виски.

- Оооо - ехидно протянул он - Поверь, там той семнадцатилетней девчонки и в помине нету - рассмеялся темно-русый.

- Видел её?

- Можно и так сказать - он сделал глоток - И ты сможешь её увидеть сегодня - усмехнулся - Сегодня же будет вечер, на который нас позвали, вроде и Санторо должна там быть - задумчиво проговорил Самуэль

- С чего это? Они только приехали, не думаю что они сразу же пойдут по этим встречам - закатил глаза - Да и мне какое дело - возмущённо добавил я, хотя прекрасно знаю какое

- Сантьяго, ври себе сколько хочешь, но не мне. Девчонка тебе понравилась ещё шесть лет назад, да и уверен у тебя челюсть упадёт как только ты её увидишь, если не раньше как слюнями подавишься - снова рассмеялся этот придурок, а в него полетел карандаш, от которого к слову он увернулся

- Иди в жопу, чувак - буркнул я и осушил бокал.

- Не ну а что, не правда что ли?

- Какая разница, понравилась или нет, всё равно ничего не будет. Как ты можешь представлять меня в отношениях? - смешок вылетел из моего рта - Да и тем более, какие отношения, слишком уж об этом говорить, мне понравилась её внешность, тем более дочка покойного Марио - закатил глаза.

- Тебя ещё как-то можно представить, но вот твою Далию - сложновато - серьёзно признался зеленоглазый

- Это к чему? - не понял я

- Увидишь - заявил Самуэль, похлопал по плечу и удалился. А у меня в голове, летала его фраза : "твою Далию " звучит странно...но в какой-то мере успокоительно.

Я взял пиджак и телефон, направился на выход. Наконец выйдя из высокого и душного здания, я направился к машине, вдыхая запах недавнего дождя и прохлады. Я ехал по мокрым дорогам, с высокой скоростью, удачно вписываясь в повороты. В салоне разносился тихий звук, какой-то песни из радио, а в окно медленно и тихо стучался дождь.

И вместо того, чтобы ехать домой, дабы переодеться и поехать на этот самый вечер, я повернул в другую сторону. Ехал я примерно минут пять, пока не остановился возле магазина. Зайдя внутрь помещения, в нос ударил запах различных свежих цветов и чего-то ещё.

- Здравствуйте, что-то желаете? - спросила женщина.

- Да, мне нужен букет красных роз - как-то неожиданно выкинул я, от чего сам же непроизвольно усмехнулся. Далия ассоциируется только с ними, с красными розами, как бы банально это не было.

- Конечно - мило улыбнулась продавщица.

- Но только их нужно доставить по вот этому адресу, через два часа - проговорил я и протянул адрес квартиры Далии.

- Сделаем, а записка нужна? Или передать от кого? - поинтересовалась женщина

- Не нужно говорить от кого - сухо ответил - А на счет записки...я могу сейчас сам написать?

- Конечно, вот вам листочек - она протянула мне ручку и небольшую карточку. Написав ей послание, которое она не поймёт, я заплатил за цветы и поехал домой.

***

До ужина ещё оставалось времени и поэтому я уселся за стол, чтобы поработать. Звонки, документы и подписи напрочь забили мою голову, что я даже и не думал о девчонке.

- Передай гребанному Невиллу, что если он, не подпишет эти документы и не согласится на мои условия, я лично прострелю ему голову и закопаю в собственном саду - снова крикнул я в трубку, что мне кажется сам дьявол услышал, затем сбросив трубку, я с тяжёлым вздохом, сел в кресло. - Идиоты - пробубнил я, себе под нос.

Встав я вышел из кабинета и направился на кухню. В горле не приятно сушило, а глаза болели. Взяв бокал я налил с графина холодную воду и осушил залпом.

В квартире стояла тишина. Нет, даже не так. В огромной квартире стояла мёртвая тишина, которая почему-то сегодня давила. Головная боль не ушла, как сухость во рту, и это дико раздражало. Пройдя в гостиную, которая была в черно-белых тонах, впринцепи как и вся квартира. На стенах был чёрный мрамор, длинный диван, электрический камин, чёрный ламинат, красивый высокий белый потолок и всё так сочеталось, что хоть какой-то уют придавало этому месту.

С тумбочки я взял красный конверт. Там находились три фотографии. Единственные, которые я смог найти. Далия на каждой из них была по-разному несчастна.

Первая. Она была сделана три года назад, как я знаю фотографом был Энцо. Тот ещё малый. Так вот, девушка сидела в ресторане с вином в руках и с фальшивой улыбкой. Её тоненькие пальчики держали ножку бокала с белым вином. Она смотрела куда-то в бок, совсем не в камеру. С кем-то разговаривая, девушка даже и не знала, что её снимали. Темно каштановые волосы были прямыми и аккуратно уложены сзади. Чёрные глазки были совсем без эмоций. Пустота. Как тогда.

Вторая. На каком-то мероприятии, по типу что будет сегодня, она стояла со своим братом Лоренцо. Девушка стояла и слушала что ей говорят, скучно поглядывая на всё происходящее. Губы были накрашены красной помадой, а глаза подведены черным карандашом, прекрасная картина. Тогда её сфоткали папарацци.

Третья. Красное платье на тоненьких бретельках, туфли и кудрявые волосы. Она заходила в клуб и её идеальные черты лица не выражали ничего. Как и на всех предыдущих.

Я сидел и смотрел на все эти фотографии, не зная что с ней делать. Дать ей спокойно занимать роль главной, пока её брат и друзья в отъезде? Узнать её? Или же просто переспать да успокоится? Но неужели я смог желать девушку на протяжении шести лет, просто ради секса. Конечно я понимал, что слишком давняя заинтересованность в ней, явно ситуация не несущая ничего хорошего. Но мне хотелось просто узнать, что с ней случилось. Тогда, на протяжении этих шести лет, или же сейчас. Мне хотелось узнать её, просто так. Одна встреча, на которой мы даже не разговаривали и я думаю о ней на протяжении стольких лет. Даже несмотря на то, что в тот день я хоронил близкого для меня человека, друга, который был мне братом, я вспоминал этот день. Вспоминал...

Но знаете, приезжая к своему другу Самуэлю, я видел счастливую пару. Как убийца, правая рука Дона Нью-Йорка, превращается в домашнего кота, который с превеликим удовольствием нежился в руках любимой. Друг познакомился со своей девушкой несколько месяцев назад, при весьма странных обстоятельствах. Оба такие характерные и сложные, похожие и в то же время разные.

Но больше всего я удивлялся его смелости. Ведь любовь это не решение слабого человека. Это решение того, кто не боится проиграть, того, кто не боится боли, разочарования, предательства и лицемерие. У меня не было такой смелости. Я боялся. Боялся когда-нибудь полюбить. Боялся того, что мне воткнут нож в спину по самое не хочу. Боялся. И боюсь. Но несмотря на страх, хочется. Я всегда хотел любви. Я желал это чувство. Такую верную, сумасшедшую, непредсказуемую, желанную. Любовь. Но я желал это в тайне, в глубине души. Я не признавался даже самому себе, но хотел.

Но всю тему с любовью напрочь перечёркивает моё прошлое, моё детство. Две вещи, которые никогда мне не дадут ни покоя, ни любви. Когда-то мне это совершенно не нравилось, но я тайно, как придурок, хотел быть любимым. Но сейчас, будучи тридцатилетним Доном Нью-Йорка, мне стало плевать. Но тоже до определённого момента. Пока мне не сказали о прибытии Далии в Нью-Йорк. Девушка что на протяжении шести лет крутилась в моей голове, здесь, в Нью-Йорке. Милая Санторо, сравнимая людьми, с самим дьяволом, скоро будет стоять передо мной. Шесть лет и лишь одна встреча, на которой мы даже не разговаривали, которая была совсем незапланированная.

Одно действие, решение, слово, поступок, встреча, разговор, да что угодно, может перевести к неизбежному. Как бы дерьмово не звучало, я встретил её когда похоронил брата, когда был настолько разбит, что готов был сдохнуть, когда я молил чёртового бога, хоть раз о милосердия и благосклонность. Я встретил её, когда она умерла, а я снова лишился по настоящему близкого мне человека. В тот день мы оба решили мстить. Месть, которая не вернула мне друга, но заставила их поплатиться. И месть Далии, о которой я не знаю ничего.

***

Всё по стандарту. Чёрные брюки, чёрная рубашка, оперативка с оружием под пиджаком и золотые часы. Я ехал не спеша, ловко лавируя между машинами. Окно было слегка приоткрыто и свежий воздух попадал в салон машины и с запахом сырости после дождя, въедался в лёгкие.

В такие моменты человек начинает думать и размышлять о своей жизни. И это иногда нервирует.
Детство. Для кого-то самая чудесная и любимая тема, а для кого-то и вовсе нет. Я тот человек, который ненавидит это время. Ненавижу чужой интерес к моему детству или прошлому, ненавижу когда люди вообще интересуются моей жизнью, будто это и вправду важно. Ложь и лицемерие. На всё что сейчас способны люди, да и я тоже не исключение. В лжи я преуспел благодаря своему отцу. Старик вечно находил к чему придраться, а затем жестоко наказывал.

Помню мне было десять. Я сбежал из дома, чтобы хоть раз поиграть с детишками моего возраста. Они вечно бегали во дворах и гоняли мяч. Я тогда малым был, хотел так же. Так же беззаботно смеяться, пока бежишь с мячом, забивая гол, так же содрать коленки в кровь, так же до самого вечера бегать и веселится. Тремя словами, я хотел детства. Весёлое и интересное. Как у всех.

Я пришёл на площадку и начал общаться с детьми и играть с ними. Спустя полчаса, меня забрали обратно, в самую страшную тюрьму.

Двое крупных амбала, под руки повели меня прямиком к моему палачу. А точнее к человеку, который называл себя моим отцом. Я всё ещё помню его глаза. Безжалостные, холодные, злые. Будто, перед ним стоял ни его сын, а чужой человек. Мне было десять. Он взял ремень, а затем начал хладнокровно хлестать спину невинного мальчишки. Мою спину. Меня. Я валялся на холодном полу, в нашем гребаном семейном поместье. Я не плакал, пока не зашла мать. Я думал, вот сейчас меня спасут, она поможет мне, наругает отца, поднимет с пола и прижмёт к своей материнской груди. Надежда, всё что тогда у меня было. Однако, ничто из моих надежд, не случилось. Она подняла свой подбородок вверх и посмотрела на меня свысока, как на какое-то отродье. Она без каких-либо эмоций, чувств и сожалений кивнула отцу, развернулась и ушла. Я кричал, молил, чтобы она осталась и не бросала собственного ребёнка, но она меня не слушала, громко стуча шпильками, заглушая мои мольбы. Я всё ещё помню тот взгляд, не смотря на время, я всё равно помню эти глаза.

Когда отец избивал меня до крови, доставая при этом новое орудие пыток - нож, она взглянула на меня и всё. Она смотрела в мои юные чёрные глаза, никак в глаза сына. Как будто это не она меня родила, как будто не она носила меня под сердцем девять месяцев, она смотрела не так. Впрочем, это уже не так важно, с учётом того что на моей спине остались белые длинные полосы, пока я не перекрыл их тату.

Машинка тату мастера плавно ходила по моей спине, перекрывая мои увечья. Он рисовал новый рисунок. Будто работа старого неопытного художника, явно была ужасна. Отец же в тот момент так не думал. Он водил кинжалом по моей спине, рисуя кровавые судьбоносные линии. Водя им по моей спине, словно эта кисть с густой краской, на полотно, он ломал меня, он разрушал меня, он уничтожал меня.

Мои родители с самого моего рождения, ненавидели меня, но я должен был быть наследником. Так меня и воспитывали. Меня убивали, дабы сделать сильным. Сделали.

***

Я подъехал к ресторану и вышел из машины. Поскольку вечер устраивал мой друг, недовольства к происходящему у меня не было, хотя мероприятие с подобным сбором лицемеров, бесит меня до тошноты. Я направился прямиком внутрь отметив, что снаружи выглядит всё богато и со вкусом. Чёрная вывеска и выведенные буквы название ресторана, красиво светились, а стеклянные двери давали возможность увидеть, что происходит внутри.

Как только я перешагнул порог, яркий свет чуть не ослепил, а громкие голоса и восторженный смех людей, явно мог оглушить. Весь мой оптимистичный настрой к вечеру пропал.

Как мне рассказал Самуэль, ресторан закрыли, чтобы не было неудобств, и хоть он говорил, что людей будет немного, большая половина зала была занята, другие по-любому разбрелись по всему зданию. Тяжело выдохнув я взял виски и пошёл поздороваться с несколькими людьми. Партнёры и знакомые твёрдо пожимали мне руку и с улыбкой здоровались. Примерно всё так и происходило, пока не пришёл Самуэль. Извинившись перед несколькими мужчинами, с которыми я беседовал, направился к другу.

- Кто-то обещал не опаздывать - как только подошёл к нему, произнёс я

- Оу, ну прости, мамочка. Больше такого не произойдёт - Самуэль положил руку на грудь - Или ты боишься уже один оставаться с ними - он рассмеялся со своего "остроумие" и взял у официанта шампанское.

- Где тебя носило? - спросил я и подняв одну бровь, оглядел его с ног до головы.

- Да так - махнул тот рукой - Туда сюда, а время уже под вечер, замотался - Самуэль оглянулся и сделал глоток из своего бокала.

- Да - протянул я - И видимо свою жену измотал заодно - усмехнулся и получил по плечу.

- Завидую молча - сказал он и ещё раз оглянулся.

- Ты кого-то ищешь? - на данный момент меня раздражает всё, а ещё и он головой своей мотает. Как будто первый раз на подобных мероприятиях.

- В смысле кого? - Самуэль серьёзно на меня посмотрел - А как же твоя дьявольская избранница, которая должна быть тут - друг снова рассмеялся и схватил, что-то со стала, а затем закинул в рот

- Я тебя уверяю, она не придёт, так же как Лоренцо с Витторио и остальные - я закатил глаза.

- От куда такая уверенность?

- Не знаю, но они не придут - кивнул своим же словам и провёл по волосам.

- Ну-ну - лишь сказал друг

- А что там с тем насильником? - строго спросил я. Самуэль нахмурился и стал более серьёзным, он поставил свой бокал в сторону и засунул руки в карманы.

- Наши люди всё решили. Его поймали, чёртов ублюдок совсем не умеет прятаться. Всё решили и сделали чисто. Ни у кого не будет лишних вопросов.

- Хорошо

- Слушай, а ты....- Самуэль замолкает и открыв рот смотрит в совершенно другую сторону. Заметив что вообще стало как-то тише, люди все пялился в одно место, я повернулся и опешил.

Достаточно громко в ресторан зашли, так сказать, коллеги. Алессандро, Лоренцо и Энцо шли уверенно с гордо поднятой головой. Витторио со своей невестой тоже не отставали, он по хозяйски держал милую блондинку за талию и вёл её вперёд. От них как всегда веяло властью и силой, а миниатюрная девушка, что была в руках Витторио, смотрелась как цветок, который если кто-то осмелится тронуть, умрёт. Однако не они вызвали такой интерес у людей. По ресторану эхом стучали каблуки, которые привлекали казалось всех присутствующих.

В зале уверенно появилась девушка с темно каштановыми волосами. Хищные, бездонные и в какой-то мере пустые чёрные большие глаза, пухленькие губки, аккуратный нос, густые ресницы и брови. Кожа у девушки была бледная, но это ничуть не портило вид. Тоненькие ручки, соблазнительные ключицы, изящная шея, которую как только я увидел, захотел зацеловать и оставить пару бардовых следов, тонкая талия и красивая грудь. На девушке были длинные чёрные каблуки, которые доходили выше колена, чёрные чулки, и лишь один долбанный пиджак. Чёрный, весьма короткий и красивый пиджак, видимо считался - платьем.

- Ты пытаешься её трахнуть взглядом? - усмехнулся Самуэль, про которого я забыл. Да я вообще про всё забыл, как только увидел её - Если да, то у тебя неплохо получается.

- Добрый вечер - громко и ядовито протянула Далия, хищно улыбаясь...