Часть 3
- Всё-всё, расходитесь.
Отдышавшись и отряхивая одежду от маленьких листиков и палочек, Дато сказал:
- Моя она. Хочешь сто раз дерись со мной, все сто боёв принимаю.
- Одним боями девушку не добьешься, - говорил, слегка похрипывая, Зураб. - Ещё посмотри, кто в свой дом её заберёт.
Недовольные ребята ушли, а Алико и Дато, выйдя из леса, направились на луг.
- Ты видел? Как унизил меня перед всеми, - со злостью, говорил Дато.
- Не унизил. Она свободная девушка, добиваться её может каждый.
- Тот, кто женщину добивается тем, что унижает своего соперника, он на сто процентов теряет её уважение к себе. Горянку добиться может только орел, но не шакал.
- Не дерись с ним больше и не конфликтуй, - сказал Алико, обняв друга за плечи.
Вечер. Все разошлись по своим домам. Алико был в лесу и, держась за ветку дерева, отжимался. Кого-то леса пугаю, а в Грузии они восхищают. Зелень, воздух, живность, всё чудесно. Даже говорят: « Цветы в Грузии, ангелы сажали ».
Вдоволь натренировавшись, Алико закинул свою футболку на плечо и, подойдя к речке, омыл себе лицо. Холодная вода освежила уставшего спортсмена и, вытерев майкой себя, Алико направился домой. Но шёл он не к себе, а к Тамар. Подойдя к широко распахнутым окнам любимой девушки, Алико запрыгнул и сел на подоконник. На звук шума к окну подошла Тамар. Увидев Алико, да ещё и без рубашки, Тамар, зажав ладонями лицо, побежала к комоду с вещами.
- Ты от моей красоты так растерялась? - спросил Алико.
- Вай! Вай, Алико! Что ты делаешь? Ой! Моя голова! - закричала девушка, схватившись за голову, понимая, что стоит без косынки перед мужчиной.
- Ай, Тамари, как теперь быть? Ай, накажет Бог тебя. Но я помогу тебе, я возьму тебя в жёны, - довольно говорил Алико, скрестив руки за головой.
- Шути, смейся! - возмущённо сказала Тамар, быстро схватив со столика платок и завязывая на голову. - Майку одел бы! Сел на моём окне, волосатыми грудями хвастаешься.
- Любишь волосатых?
- Алико! Сейчас же слез!
- Хорошо-хорошо, - сказал Алико, спрыгнув с подоконника и надев майку.
- Ну, так что? Грех свой искупать будешь?
- Я не грешна, это ты о своих грехах думай, - высказала Тамар и захлопнула окно.
- Мой грех - это ты! Слышишь? Сидишь как птица в моих рёбрах, клюёшь моё сердце изнутри! Сама не улетаешь оттуда и мне жить не даёшь! - кричал Алико, внимательно смотря на окно любимой. - Если не любишь, не билась бы твоя пташка в моей груди, но она там.
Окно приоткрылось и, выглянув из него, Тамар сказала:
- Хочешь, чтобы улетела? Так раскрой ей клетку.
- Мне рёбра сломать?
- Нет...
- А что сделать? Ты - моя птица. Твоя вода - моя кровь, твоя еда - сердце моё, твоя жизнь - любовь моя. Ешь, пей и живи. Живи во мне. Твой я, Тамар, а ты моя! Улетишь, когда я с разбитыми рёбрами буду.
Девушка внимательно смотрела на Алико и, ничего не ответив, тихонько закрыла окно. Пастух постоял пару минут под её окнами, раздумывая над своими словами.
- Вай мэ-э, что ты делаешь с ушами женщин, ай, Алико?! - засмеявшись, выкрикнул Дато.
- О, а ты откуда тут?
- У Ики был, лошадей его смотрел.
- Подслушивала меня?
- Ну что ты... Как я мог...
- Засранец.
- Ха-ха-ха, не злись, я больше так не буду.
- Ладно, пойду к Ике загляну, тоже на коней его посмотрю.
- Давай, родной. Надеюсь за птицей в своей «клетке» прибираешь?
- Ай, ты засранец.
- Ха-ха-ха.
Пожав друг другу руки, Алико направился домой к Тамазу.
Зайдя в большую конюшню, где горел свет, Алико посмотрел на лошадей и хотел выйти, подумав, что людей там нет, но его остановил чей-то голос. Прислушавшись, он узнал голос маленькой Лалы. Осторожно пройдя вперёд, Алико пытался вслушаться, в слова, которые произносила Лала, но они были не по-грузински. Обойдя стог сена, Алико увидел лежащего на полу коня, а рядом Лалу, которая сидела возле лошади и, гладя ему гриву, что-то напевала:
- Nenni dersem uyur m'ola
Üstüne güller gelir m'ola
Benim yavrum böyür m'ola
Nenni nenni e guzum nenni...
- Лала, - сказал Алико.
Девочка подняла голову и посмотрела на пастуха. Алико, молча, присел рядом и начал гладить морду коня. Посмотрев на Лалу, которая пальцами расчёсывала гриву лошади, Алико спросил её:
- Что ты пела?
- Колыбельную.
- Это не грузинский был.
- Знаю, это по-турецки.
- Откуда ты знаешь эту колыбель?
- Когда была война, семью моей прабабушки увезли турки. Что с ними стало, она не знала, но её выкрала турецкая женщина. Каждую ночь она пела эту колыбель моей прабабушке. Она выросла и смогла как-то вернуться в Грузию. От матери к дочери, от детей к детям, эта колыбель стала постоянной в нашей семье. Вот и я выучила.
- Хм...
- Это как память о той доброй женщине, что не дала бабушке умереть.
- А перевод знаешь?
- О ребёнке, которого мать потеряла. Женщина пела эту колыбель уже пропавшей люльке с её малышом.
- Хм... - вздохнул Алико и перевёл тему. - Как коня зовут?
- Это - Арго. Он стар, но лучше молодых. Алико...
- Да, Лала?
- Давай завтра покатаемся на конях?
- Хорошо. Обязательно. Ладно, я пойду. Домой пора, - сказал Алико, поднявшись с места.
Зажав гриву в кулак, Лала посмотрела на гордый стан Алико и спросила:
- Почему грустный такой?
- Устал.
- Ты не из тех мужчин, кто делая работу устаёт.
- Спасибо, Лала.
- Но ты из тех, кто за любимую умереть готов. У Тамар был? Хо!? - как-то агрессивно закричала девочка.
Удивлённо посмотрев на Лалу, Алико присел возле неё и, погладив её по голове, сказал:
- Не кричи так, ты же...
- Не надо меня гладить, я не маленькая! - обиженно выкрикнула Лала, перебив Алико.
Подскочив с места, девочка убежала. Ничего не поняв, Алико потрепал рукой гриву коню и ушёл домой.
Ранее утро. Лучи солнца, как лучи жизни. Если где-то солнце убивает жарой, то в Грузии оно воскрешает.
Зайдя в комнату к сыну, мать попросила его взять тазик с крапивой и отнести к соседке. Надев спортивные штаны, чуть ниже колен, синею футболку и чёрные шлёпанцы, Алико схватил миску с крапивой и направился к соседке. Остановившись возле небольшого домика и открыв дверку в маленьком заборе, Алико вошёл во двор и крикнул:
- Гамарджоба, дядя Гия. А тётя Нана дома?
- Гагимарджос, дорогой. Заходи, она с дочерью там, - ответил мужчина, стоя в большой бочке и топча ногами виноград, указав пальцем на распахнутую дверь дома.
Зайдя домой и, посмотрев по сторонам, пастух увидел двух женщин сидящими за круглым столом на кухне.
- Добрый день красавицы, мама крапиву вам передать просила.
- День добрый, Алико. Скажи маме пусть зайдёт вечером к нам, - говорила тётя Нана и, подойдя к Алико, забрала миску с крапивой.
Её дочка, красавица Элико, сидела ровно и постоянно улыбалась. Пастух даже не смотрел на неё, а ждал, пока Нана накидает крапиву в раковину.
- Подожди, сейчас персиков дам тебе, - сказала тётя, плоская тазик.
Понимая, что Алико не реагирует на Элико, девушка встала с места, уронив стул. На шум, мать и пастух обернулись. Алико тут же подбежал и поднял стул.
- Ой, случайно упал, извини, - еле слышно, сказала Элико.
- Ничего, бывает - ответил парень, посмотрев ей в глаза.
Нана насыпала сочные персики в тазик и отдала пастуху. Алико кивнул женщинам и, поблагодарив, поспешил домой. Выйдя во двор, пастух крикнул дяде:
- Гия, Вам может помочь с виноградом?
- Нет, дорогой, не слаб ещё, справлюсь.
- Хорошо. Здоровья Вам. Каргат брдзандебодет.
- И тебе здоровья, парень, - крикнул дядя, помахав рукой.
Выйдя во двор, крепко держа тазик в левой руке, правой рукой Алико схватил персик и, откусывая его, направился по склону вниз.
- Гамарджоба, Алико-о-о-о! - кричали, пробегающие мимо дети.
Пастух кивал им головой и продолжал есть персик. Немного притормозив ногами и прожевав фрукт, Алико остановился и, шагая назад, встал к стене дома. Увидев трёх парней, двое которые были Зураб и его друг, а третий Дато, пастух замер и внимательно слушал, о чём они говорили. Ну, кто бы сомневался, мужчины снова в грубой форме выяснили отношения. Виной мужских стычек была всё та же Теона. Парни грубили друг другу, ещё минута и подрались бы, но Алико не стал ждать боя и, схватив персик, с размахом швырнул его в голову Зураба.
- Вах! Ах, ты... - увидев, что фрукт швырнул Алико, Зураб резко замолчал.
- Ты что тут строишь тигра из себя? - недовольно спросил пастух.
- Перед тобой, что ли отчитываться мне?
- Я разрешаю, отчитывайся.
- Ещё посмотрим, Алико. Я посмотрю, как вы потом заговорите, - прижав руку у виска, обиженно сказал Зураб и ушёл вместе с другом.
- Эй, Дато, ну я просил не сталкиваться с ним.
- Он домой к братьям Теоны приходил. Ты видишь уровень его дерзости? - злобно спросил Дато, выхватив из тазика персик.
- Не зли грузина, а то его ответ не предсказуем. Так всегда мне дядя говорил, а потом кидал тапок в меня. Откуда знать, что Зурабу-псу на ум придёт?
Увлечённо беседуя, друзья направились по домам.
Отнеся матери тазик с фруктами и сказав, чтобы она вечером заглянула к Нане, Алико поспешил к дому дедушки Тамаза. Постучав по открытой двери, Алико вошёл.
- Гамарджоба, Алико, - поздоровался Ика. - Я сегодня дома, так что отдыхай, я сам с отарой справлюсь.
- Уверен?
- Конечно. Ты на конях с Лалой кататься хотел?
- А, да... Лала вчера попросила.
- Возьми моих скакунов. Любого бери.
- Хорошо, родной, спасибо.
Ещё раз парни пожали друг другу руки, и Алико направился к конюшне. У входа его уже дожидалась Лала. Девочка сидела на седле большого и чёрного коня, Арго. Плотно сплетенные русые косы Лалы, которые блестели и переливалась от лучей солнца, красиво смотрелись с её бежевым платьем. Рядом за поводья, девочка держала более молодого, коричневого, коня.
- Как его зовут?
- Тристан, - выкрикнула Лала.
Улыбнувшись, Алико подошёл к лошади и, погладив его вначале по шее, поздоровался с ним и, схватившись за седло, запрыгнул на него. Ребята поскакали к лесу. Приятный ветер, звуки природы и красота земли, радовала глаз. Медленно двигаясь мимо высоких деревьев, Лала спросила:
- Ты в танце в тот день, среди всех девушек выбрал меня. Это специально?
- Ха-ха, вай, Лала-Лала. Нет, ты действительно мне больше всех понравилась.
- Так сильно нравлюсь?
- Очень сильно, - говорил с улыбкой Алико.
Посмотрев в сторону, ребята увидели девушку с букетом зелени в руках. Приглядевшись, Алико узнал Тамар. Резко дёрнув за поводья коня, приостановив лошадь, парень спрыгнул с неё и направился к девушке.
- Алико? Ты тут катаешься? – спросила Тамар, глядя на парня и лошадь.
- Как видишь. Задержись, я поговорить хочу с тобой.
- Я спешу, мне некогда.
Недовольная Лала, подскакала к Алико и, схватив за поводья его коня, сказала:
- Пошли, Алико. Мы же кататься хотели.
- Подожди. Ты отведи коней домой.
- Но.... Но, Алико...
- Иди, Лала! Скачи домой.
Девочка сильно обиделась, даже как-то оскорбилась в душе. Спрыгнув с лошади, она взяла коней за поводья и направилась домой.
- Ещё и ребёнку день испортил, Алико, оставь уже меня в покое. Ну не выйду я за тебя, не выйду! – сказала Тамар и, опустив голову, пошла вперёд.
Алико схватил любимую за плечи и, толкая её, прислонил к дереву.
- Я не отстану от тебя, сколько хочешь, проси меня, не отстану!
- Не люблю я тебя! Ты не понимаешь?
- Полюбишь! Куда денешься?!
Бросив большой букет травы, что в руках девушка держала, она стала бить Алико по плечам. Алико стоял ровно, словно и не ощущал ничего. Смотря, что у несчастной монахини начиналась истерика, Алико сжал тонкие руки красавицы и спросил:
- Ну, зачем ты так? Я виноват?
- Умоляю тебя, Алико, не преследуй меня, не добивайся. Я в храм ушла и там останусь.
- Твоим храмом мой дом станет.
Тамар подняла голову вверх и взглянула на тёмно-карие глаза Алико. Девушка не стала вызывать жалость, а только злобно смотрела.
- Что же ты за верующая такая, если боль человеку причиняешь? Великое чувство любви, ты во мне убиваешь. Кто твой Бог, что такое тебе позволяет?
- Ах, прекрати! Не говори глупостей!
- Сними платок, если не умеешь себя достойно вести.
Не ходи в храм, чтобы обществу что-то доказать.
Умри - если не можешь прилично эту жизнь прожить.
Стены церкви мешают тебе любить меня?
Тамар молчала. Присев и собрав зелень, она крепко схватила букет и ушла.
« Как добиваться ту, что тебя не любит? Как докричаться до той, что тебя не слышит? Как жить с той, кто не желает тебя видеть?»
Подумал Алико и рухнул на землю, смотря на голубое небо.
« Если Ты - Господь, впустил в моё сердце её пташку, то и моего орла в сердце к ней впусти ».
Резкий крик раздался в лесу, словно кто-то завизжал. Поднявшись с места, Алико посмотрел по сторонам. И снова крик из глубины леса: "- Алико! Алико! Помоги!!!" Узнав в несчастном крике, голос Лалы, Алико пулей побежал в лес.
- Лала! Лала, ты где? - кричал Алико, расталкивая кусты и перепрыгивая пеньки.
': �.���R�