Антарес. Последний путь.

Антарес (Альфа Скорпиона) - ярчайшая звезда в созвездии Скорпиона и одна из ярчайших звёзд на ночном небе. Это красный сверхгигант.

Вокруг беспросветный лес. Дремучий, густой, беспощадно холодный. Ночь окутала ветви деревьев, столь долговязых, что закрывали небо от глаз. Броский свет луны проникал сквозь пожелтевшие листья. Она озаряла всё пространство вокруг, подсвечивала землю, отображалась бликами на руках. Запах леса, такой броский, почти удушающий, свежий, резко ударил в ноздри: сосна, ель, может быть дуб. Остатки росы на травинках, что движутся без ветра, зазывно сияли.

Она огляделась, но пелена тумана, не давала увидеть что-то, кроме надвигающегося силуэта издалека. Послышалось эхо мужского смеха, взлетающего ввысь. Стало не по себе. Сумрак то отдалялся, исчезая вдалеке наплывшей мглы, то угрожающе надвигался. Он насмехался над ней, кружился, как вороны на небесах. Пелена стала ещё сильнее, пышнее. Протянула руку, с желанием ее коснуться, но тот паром высыпался из ладони. Девушка насупилась, резко обернувшись, но ее снова встретила пустота. Вдалеке послышался протяжный вой, и со всех сторон, его поддерживали и продолжали невидимые певцы. Время застыло, а ветер исчез. Она испытывала дефицит воздуха, схватившись за горло, задыхаясь. Тик-так. Тик-так. И здесь, совсем рядом, раздался голос; бархатный, магнетизирующий, расслабляющий, приятный:

«Волосы цвета - коры летних деревьев.

Глаза, смотрящие вдаль.

Ты не удержишь тех лицедеев,

Что не знают, слова мораль».

Она отшатнулась, упав на корточки, в отчаянье, хватая ртом воздух, вглядываясь в пустоту. Угрожающая, непроницаемая, страшная тень, всё надвигалась. Ближе и ближе. Тик-так. Тик-так.

Девушка вскочила с кровати, упав на пол, продолжая задыхаться. На лбу выступили, еле заметные капельки пота, а глаза покраснели от очередной бессонной ночи.

-Черт, - прошептала она, хриплым голосом, с недовольством взглянув на часы, где предательская стрелка дошла до 09:00. - Доброе утро, Мими.

Мария, вошла в ванную, задержавшись взглядом на себе в квадратном зеркале, и поморщилась. Волосы встопорщились, под глазами образовались синяки. Губы покусаны. Даже в некоторых местах, показалась кровь. Отвратительная привычка, нервничая, кусать их. И взгляд её остановился на шее. Глаза округлились, то ли от удивления, то ли от шока. На бледной коже выступили красные следы, похожие на чьи-то прикосновения. Она отпрянула от зеркала, проведя пальцами по шее, утопая в воспоминаниях о сне.

-Так, явно не должно быть, - прошептала Мими, пуская воду в душе.

Она осторожно влезла внутрь, подставив напряженное тело, горячим струям, и задумалась.

Один и тот же сон, уже год. Он проследовал ее везде. Стоило заснуть в автобусе или машине, дома или у друзей. Каждый раз, просыпаясь, чувствовала, что задыхается, и где-то, стережёт опасность. И это стихотворение? Что за странные слова такие. Её подсознание не могло такое придумать. Да и о чем оно? Почему лес? И почему он такой, тихий без единого звука, будто нет там никого живого.

Постояв ещё несколько минут, девушка в спешке собралась на работу. Надевая свободный кардиган, взгляд остановился на фотографии, которая неровно стояла на шкафу. На ней мужчина и женщина, счастливо улыбаясь, держали на руках маленькую девочку. Она, в дивном, белом платье, заливалась смехом, откинув голову назад. А рядом с отцом, крепко держа его массивную руку, стояла девочка постарше, внимательно вглядываясь в объектив, будто подозревая его в чем-то. Светлые, округлые глаза в маму, а островатые черты в отца.

Девушка сдержала очередной поток эмоций, и надвигающихся слез. Поправила рамку, проводя пальцами по лицам родителей, и слегка сдвинула брови, когда они дошли до девочки на руках.

-Я скучаю, - одними губами, промолвила Мария и выскочила на улицу, припоминая, что опаздывает.

Что же, ещё один бесполезный день жизни, в роли официантки. Нахальные клиенты, отталкивающие дамочки с кофе, скользкие фразы о короткой форме. Мими сглотнула, впихнувшись в автобус, и скрылась на последних сидениях, дальше от посторонних людей. После смерти родителей, все больше и больше, хотелось быть одной. Укрыться, нет, защититься от окружающего, жёсткого мира, под пеленой своих размышлений, спокойствия. Эта боль от их потери не давала быть счастливой. Не давала отпустить, начать все с чистого листа. Ведь это, она должна была быть в той машине. Она должна была забрать сестру со школы, но поругалась с ними. В голове снова закричали голоса, того страшного дня, и последнее слово «ненавижу». Как же порой мы отдаем должного внимания речи, что вылетает из уст, как зараза. Ранят родных и близких, как кинжал в спину, остаются на долгую память в подсознании.

Глаза наполнились слезами, и она поспешно отвернулась к грязному окну. «Я люблю вас». Сердце пропустило удар, и Мими уткнулась головой в стекло. В который раз дождь. Отлично! Под настроение. Пейзажи проносились со скоростью света, не оставляя времени разглядеть их. Дома, мосты, магазины, все сливалось в одно. Безлюдный, бесцветный, маленький город - мир, где она заперла себя, больше не веря в счастье.

Капли с жестокостью разбивались об автобус, стекая мокрыми следами. Шум успокаивал нервы, оглушал оставшиеся мысли в голове, давал легкую отдышку после напряжения. Мими прикрыла глаза, глубоко вздохнув. Сон снова навалился на тяжелые веки, предлагая окунуться в мир Морфея.

Она моргнула, отказываясь от чу́дного предложения, но успела заметить, как за окном мелькнула тень. Девушка отпрыгнула, обернувшись, но уже не было никого, кроме спешащих людей, и луж на дороге, которые они старательно перепрыгивали.

- Это всё, из-за недостатка сна, - убедила она себя, скрестив руки. - Со временем станет легче.

***

На часах пребывало 21:00, и Мими, отбросив белый фартук в платяной шкаф, в изнеможении села за стойку бара. Колени тут же уперлись в дерево, преграждая им путь. Очередной день, смешанный с отрешённостью и абсолютною пустотой. Бесполезные разговоры об ужасной погоде, только ради никчёмных чаевых.

- Мик, налей мне, - попросила она, едва слышно.

Бармен осуждающе покачал головой, но в темных глазах, загорелось сочувствие.

- Мими, иди домой, - настоятельно попросил парень, подбрасывая бутылку водки в воздухе.

Она усмехнулась, протерев ладонями глаза.

- Вот выпью и сразу побегу, - огрызнулась Мария, прикусив губу. Майкл нахмурился, но все же, поставил на бар стопку и налил 50 грамм. - Всё равно, там никто не ждет, - едва слышно добавила, принимая напиток.

- А ты, всё веселишься, - сказала рыжеволосая девушка, повиснув на правом плече Мими. Жани старалась заглянуть в глаза, не отрываясь, чем раздосадовала подругу. - Не злись, я пытаюсь отвлечь тебя.

- Меня только удар по голове отвлечёт. Сможешь? - слабо улыбнулась подруга, наконец, повернувшись к ней, крепко держа стопку.

Жанет, ухватилась за руку Марии, в предупреждающем жесте. Без того мертвенно-бледное лицо стало ещё белее, а брови, такого же медного оттенка, как и волосы, сошлись на переносице.

- Ты продолжаешь пить?

Мими пожала плечами и залпом осушила налитое, громко поставив стопку на бар. Она собиралась уйти, но Жани, удержала, положив руку на колено. Та безоговорочно верила в их дружбу, где Мария только позволяла ей вмешивать в её жизнь. Если бы не разговоры с Жанет, кажется, она совсем бы тронулась умом от одиночества.

- Я знаю, это не мое дело, но мы подруги. Я всегда была рядом с тобой, в это тягостное время, и до этого. Где, та жизнерадостная Мария? Помнишь, как ты поднимала настроение всему нашему бару, рассказывая странные анекдоты? А как порой собирала нас по вечерам в парке, желая сплотить коллектив?

Мария, тяжело дыша, взяла сумку с рядом стоящего стула, продолжая собираться. Ей было нелегко ответить на сей вопрос, трудно вообще беседовать на эту тему. И излишние расспросы доводили до бешенства. Внутри все бушевало от негодования и злости.

- Послушай, уже год прошёл. Я понимаю, это родители, и без них, существование стало невыносимо, но... Продолжать жить - это твоя обязанность. Хотя бы, ради Ники.

Мими вздёрнула подбородок.

- Она, знать меня не желает.

- Она молода. И все поймёт со временем. Вы, единственное, что осталось от них. Близкие друг другу. Когда последний раз говорили? Она всё-таки твоя сестра.

Мими закатила глаза.

- Два месяца назад и сквозь зубы.

- Это нормально.

- Она винит меня, в их смерти, - немногословно бросила подруга, демонстративно вставая. - О чем мы можем разговаривать, когда я сама себя упрекаю, - озлобленно зашептала Мария, сжимая кулаки.

- И это пройдёт. Позвони ей.

Мими перестала слушать. Цокнув, она направилась к выходу. Жанет, схватила подругу за локоть, заставляя обернуться, уже у самой двери.

- Хотя бы, напиши. Я уверена, она скучает. Ну, что произойдёт, от пары слов, отправленных своей сестре?

- Ничего. Ничего хорошего.