His personal demon [h.s.] (II)

Гарри посмотрел на меня пустым взглядом, что означал непонимание:

— Кто это?

— Ты! - я вскочила с ящика на котором сидела, указывая пальцем на парня в круге. - Ты же Мэттью. Льюис, если я не ошибаюсь. Мэттью Льюис.

Гарри молча наблюдал, изучая нас заинтересованным взглядом. Но постепенно глаза ставали серьезнее. Он что-то осознал, чего пока не знаю я? Вероятно.

— Я-я не понимаю о чем ты, - сказал Люциус, складывая руки на груди.

Я увидела его движение, поэтому сказала:

— Понимаешь! Ты же учился в параллельном мне классе. Ты ещё нравился моей подруге, несмотря на то что раньше был страшненьким. Прости. Она пыталась заговорить с тобой, но ты убегал. Это ты! Несмотря на то, что ты очень поменялся в лучшую сторону — я знаю, что это ты.

Гарри все так же молча посмотрел Люциусу в глаза, ожидая ответа.

— Не давите на меня! Не давите. Я же, блин, с благородной целью здесь.

Гарри заговорил:

— Предлагаю пойти ко мне в гостиную. Выпьем чаю, обсудим.

Мы так и сделали.

И вот мы сидим на диванах, параллельных друг другу: на одном я и Гарри, на втором — Люциус. Или Мэттью. Или кто он такой там.

— Рассказывай, - сказал Стайлс спокойной, попивая чай.

— Что? - так же спокойно спросил тот странный парень, тоже делая глоток из своей чашки.

— Ну, с самого начала. Как давно ты наш Рафаил?

— Ну... Как сказать... Там все так сложно и запутано.

— Я жду, Люциус. Говори.

— Изначально за вами был закреплён мой отец. Он тоже анимаг.

— Как давно? - спросила я.

— Почти с твоего рождения. Чуть раньше. На год.

Епрст, это шутка?

— Хорошо... - протянул Гарри. - Это не странно. А когда тебя проставили-то?

— Мне было 12, когда я сам принял решение стать Рафаилом. Моя мама человек, а отец анимаг. Они приняли решение, растить меня как обычного ребенка, если я сам не захочу пойти по стопам отца. А я захотел. Мне дали сразу серьезно задание — вас. Точнее я просто собирал информацию. В 18 меня уже прикрепили к вам как личного Рафаила.

— И я узнаю только сейчас?

— Гарри, ты же должен был догадываться.

— Да, но моя голова была забита другим.

— Если бы я тогда, 5 лет назад, пришел и сказал "Привет, я Рафаил", ты бы меня вышвырнул.

— Хорошо, ты прав.

— Так! - вмешалась я. - Объясни мне, какое имя действительно принадлежит тебе?

— Люциус.

— А Мэттью?

— Выдуманное.

— Ну тогда ясно.

Я задумалась р чем то своём на минуту. Пришла в себя я после того, как Гарри поставил чашечку на стеклянный столик и ударил себя по коленкам:

— Сегодня насыщенный день! Люциус, веди меня в своё логово.

— Не понял.

— К Рафаилу.

— А! Наша резиденция...

— Нет. Говорю веди меня к Рафаилу.

Люциус помолчал, пытаясь понять, а потом несмело сказал:

— Он же... Он далеко, да и наверняка занят очень... Он же высший ангел и...

— Думаю, у него найдётся время для меня.

POV. Harry

Цокот каблуков моих ботинков отбивался от стен длинного коридора одного из зданий Ватикана. Я был полон уверенности в себе в то время, как идущий передо мной Люциус заметно волновался. Он вел меня к главному ангелу организации: к Рафаилу.

Я оставил Николь у нее дома. Она была только на первой паре, но и не догадывается, что я ее не отметил как присутствующую. То есть её не было на занятиях весь день. Это проще, чем гипнотизировать всех учителей.

Мы с Люциусом подошли к высокой деревянной двери с декором из золота. По обе стороны сидело по секретарю. Обратив на них внимание, я увидел, что эти девушки — близнецы.

Возле самой стенки, справа от меня сидело несколько людей, ожидая очереди.

— Кхм, здравствуйте, - неуверенно произнес Люциус. Секретари и не подняли голов. - Извините, нам нужно к Рафаилу. - сказал он более уверенно. Девушки подняли глаза. - Сообщите ему, что прибыл Гарри Стайлс. Он же Этьен Ашиль де Монс.

Одна из девушек испуганно подняла брови, встала из-за своего стола, подошла к двери и постучала.

— К вам прибыл...

— Очередь, - перебил нежный голосок девушки басистый и величественный.

— Но к вам прибыл Гарри Стайлс. Он же Этьен Ашиль де Монс, - повторила секретарь слово в слово за Люциусом.

Я давно не слышал это имя. Не считаю его своим. Я не француз. А тем более не тот человек.

За дверями была тишина, которую нарушил запнувшийся голос ангела:

— В-впустите.

Как бы я ненавидел Этьена, его имя — пропуск для меня везде.

.