Сверхъестественное: Анку

История, которая живёт в памяти братьев, но не обретает словесной формы.

История, которая доказывает, что у охотников нет детства.

Все события происходят за долго до 1-го сезона.

г. Фи­ладель­фия
шт. Пен­силь­ва­ния

Джу­ди Морс каж­дые вы­ход­ные с до­черью Ро­бин вы­ходи­ла на про­гул­ки в лес, и каж­дый раз им вез­ло с по­годой. Она снис­хо­дитель­но под­ми­гива­ла лю­бите­лям про­гулок яр­ким сол­нцем, поз­во­ляя нас­лаждать­ся соч­ны­ми крас­ка­ми при­роды в пе­рели­вах лу­чей. В эти дни Джу­ди пол­ностью вжи­валась в роль ма­тери, за­бывая, ка­кая она заг­ру­жен­ная ра­бот­ни­ца офи­са. Вы­ход­ные бы­ли для неё те­ми дня­ми, ког­да она ос­тро ощу­щала, что всё боль­ше от­да­ля­ет­ся от рас­ту­щей до­чери, а та всё мень­ше нуж­да­ет­ся в ней.

Сло­вом, Джу­ди чуть не за­была, как важ­но в этом хруп­ком ми­ре сох­ра­нить од­но-единс­твен­ное и са­мое важ­ное бо­гатс­тво — семью. Пусть да­же та­кую ма­лень­кую и не са­мую об­разцо­вую.

Эти вы­ход­ные ни чем не от­ли­чались от пре­дыду­щих — ни Джу­ди, ни Ро­бин не чувс­тво­вали раз­ни­цы пос­ле про­шед­шей не­дели. Мать так­же об­легчён­но взды­хала, ког­да они выш­ли за го­род, где пах­ло нет­ро­нутой зем­лёй, а лес за­зыв­но шеп­тал на вет­ру. Дочь та­ким же вя­лым ово­щем тя­нулась за ушед­шей да­леко впе­рёд Джу­ди, не­до­уме­вая, по­чему од­на суб­бо­та не от­ли­ча­ет­ся от дру­гой? Раз­ве в вы­ход­ные не про­ще по­валять­ся на ди­ване и пос­мотреть те­леви­зор, чем та­щить­ся поч­ти че­рез весь го­род, что­бы по­пасть в од­но и то же мес­то — в лес?

Ро­бин ед­ва сдер­жи­вала стон. Ес­ли рас­ска­зать под­ру­гам, как она про­водит свои вы­ход­ные с ма­мой, то те со ску­ки пом­рут.
— Серь­ёз­но? Лес? И ни од­но­го пар­ня? — изу­милась бы Джес­си­ка. — Чёрт, Роб, как ты до сих пор му­хомо­рами не пок­ры­лась или не по­зеле­нела от ску­ки?!

Ро­бин за­кати­ла гла­за, жи­во пред­став­ляя нас­мешки со сто­роны всех под­руг.

— Ро, ты идёшь? — ог­ля­нулась ма­ма. — Что-то ты сов­сем скис­ла! С та­ким нас­тро­ени­ем в лес нель­зя — прев­ра­тишь­ся в блед­ную по­ган­ку! Лес­ные ду­хи вмиг най­дут те­бе при­мене­ние се­бе на по­теху!

Де­воч­ка по­мор­щи­лась как от зуб­ной бо­ли.

— Мам, сколь­ко раз я те­бя про­сила не на­зывать ме­ня Ро? Мне уже че­тыр­надцать! Ро — зву­чит от­стой­но, ес­ли сов­сем не пар­ши­во! Я Ро­бин! И ни­каких боль­ше Ро!
Джу­ди прог­ло­тила за­меча­ние до­чери, и оно кам­нем ух­ну­ло вниз, боль­но уда­рив­шись о дно её соз­на­ния — не­уже­ли вре­мя, ког­да Ро — имя для ма­мы, уже прош­ло?

— Хо­рошо, как ска­жешь! Бу­ду звать те­бя Роб­би! Так луч­ше?

— Роб­би? Роб-би... Ну, это луч­ше, чем Ро. У ме­ня до сих пор пе­ред гла­зами пред­ста­ёт ужас­ная кар­ти­на — моя быв­шая ша­ро­об­разная од­ноклас­сни­ца по проз­ви­щу Ма­лыш­ка Ро! Тог­да в шесть лет я по­лучи­ла свою пер­вую пси­холо­гичес­кую трав­му — я поз­на­коми­лась с ней и (что ху­же все­го!) МЕ­НЯ СРАВ­НИ­ЛИ С НЕЙ! Ужас! Я ни кап­ли, сла­ва Бо­гу, на неё не по­хожа, хоть мы и от­зы­ва­ем­ся на од­но имя!

Джу­ди прыс­ну­ла в ку­лак, мас­ки­руя сме­шок под ка­шель. Её дочь, мо­жет, и счи­тала се­бя взрос­лой и сос­то­яв­шей­ся, но воз­му­щалась она всё так­же, буд­то на­веч­но зас­тря­ла в от­метке «6 лет». Кру­пица, ко­торая од­новре­мен­но ве­сели­ла и огор­ча­ла Джу­ди. Со вре­менем всё ре­бячес­тво из её до­чери вы­вет­рится и на свет вый­дет заг­ру­жен­ная пов­седнев­ны­ми де­лами офис­ная жен­щи­на, ко­торой не бу­дет де­ла ни до ве­селья, ни до са­мой жиз­ни.

— Зна­ла бы Джесс, ку­да ме­ня за­носит каж­дые вы­ход­ные, она бы точ­но под­ня­ла ме­ня на смех! — буб­ни­ла се­бе под нос Ро­бин, не за­мечая ме­лан­хо­лии во взгля­де ма­тери. — По­ход в лес с но­чев­кой — это уже не кру­то. Так раз­вле­кались в твоё вре­мя, ма, а сей­час... сей­час всё по-дру­гому!

Джу­ди ед­ва не спот­кну­лась о су­хой сук, ког­да речь заш­ла о сов­ре­мен­ных раз­вле­чени­ях. Во­об­ра­жение ри­сова­ло са­мые страш­ные чёр­ные кар­ти­ны, где всё усе­яно бу­тыл­ка­ми из-под спир­тно­го, шпри­цами и...

— Мам! — поз­ва­ла её в ко­торый раз Ро­бин. — Ты ме­ня слу­ша­ешь?

— Да, да, — смор­гну­ла Джу­ди ужа­сы, пред­став­шие пе­ред внут­ренним взо­ром. — Ты что-то там го­вори­ла о раз­вле­чени­ях.

— Мои под­ру­ги раз­вле­ка­ют­ся ина­че: Джесс хо­дит на тан­цы, а Эм­ма — в те­ат­раль­ный кру­жок, по­тому что там...

— Дай уга­даю: есть маль­чи­ки?

— Нет... Да, но не толь­ко. Там жи­вёт ин­те­рес! Мои ро­вес­ни­ки все так жи­вут — зна­комят­ся, об­ща­ют­ся, встре­ча­ют­ся... А я за­висаю каж­дые вы­ход­ные в ле­су с то­бой! Ско­ро ме­ня соч­тут не­нор­маль­ной и я прев­ра­щусь в Ма­лыш­ку Ро Вто­рую!

Джу­ди по­жала пле­чами:

— Про­гул­ка в ле­су — не са­мое худ­шее за­нятие на вы­ход­ные.

— Го­вори за се­бя. Для ме­ня это са­мое ужас­ное со­бытие вы­ход­ных! Во-пер­вых, я сов­сем не от­ды­хаю здесь, по­тому что лес на­водит на ме­ня неп­ри­ят­ные мыс­ли! Во-вто­рых, по но­чам мы здесь не од­ни. Я не чувс­твую се­бя в бе­зопас­ности, а это не кру­то! Сов­сем не кру­то... Я не­нави­жу не­из­вес­тность — ты это зна­ешь — и всё рав­но та­щишь ме­ня сю­да каж­дые вы­ход­ные! Сколь­ко сю­да при­хожу, столь­ко и ду­маю о мед­ве­дях или вол­ках. Вдруг они сож­рут нас!

— Чушь, — от­махну­лась Джу­ди. — Ес­ли бы ди­кие зве­ри ели каж­до­го вто­рого пу­тешес­твен­ни­ка, то на­селе­ние Фи­ладель­фии сок­ра­тилось бы вдвое за од­ни толь­ко вы­ход­ные! Ро, ты слиш­ком мно­го смот­ришь филь­мов ужа­сов. Мне по­ра выб­ро­сить твою кол­лекцию дис­ков на свал­ку, что­бы ты мень­ше вы­думы­вала вся­кой че­пухи.

За­рос­ли па­порот­ни­ка рас­сту­пились пе­ред ни­ми, и они выш­ли на по­лян­ку, пок­ры­тую шел­ко­вис­тым тра­вяным ков­ром. Джу­ди ос­мотре­ла мес­то и ски­нула тя­жёлый рюк­зак. По­лян­ка под­хо­дила для ноч­ле­га.

Мис­сис Морс вы­нула из рюк­за­ка бре­зен­то­вую па­лат­ку и, раз­ло­жив её, ста­ла вби­вать ко­лыш­ки. Ро­бин топ­та­лась поб­ли­зос­ти на слу­чай, ес­ли ма­ме по­надо­бит­ся по­мощь. Обыч­но в ней Джу­ди не нуж­да­лась, за­нима­ясь па­лат­кой са­мос­то­ятель­но. Она не до­веря­ла эту ра­боту до­чери, по­тому что ночью нуж­но креп­ко спать, а не во­зить­ся за­ново с па­лат­кой, ко­торая вдруг ре­шила то­же при­лечь и от­дохнуть свер­ху.

— Мам, ты это слы­шала? — нап­рягшись, спро­сила Ро­бин. — Звук буд­то от те­леги!

Джу­ди за­мер­ла и прис­лу­шалась. В ше­лес­те мо­лодой лис­твы на вет­ру она ни­чего не слы­шала, а уж тем бо­лее ни­какой те­леги.

— Стран­но, — про­бор­мо­тала она. — Ни­чего. Мо­жет, ты пе­рег­ре­лась на сол­нце?

— Нет, мам! Я слы­шу скрип те­леги, слов­но в ней ве­зут что-то очень тя­жёлое!

Ро­бин за­мета­лась вок­руг ве­щей, раз­бро­сан­ных по по­ляне. Вся её ещё не склад­ная фи­гур­ка бы­ла нап­ря­жена и дро­жала при каж­дом зву­ке, ко­торо­го Джу­ди не слы­шала. Она ста­ратель­но прис­лу­шива­лась, но тщет­но! Кро­ме вет­ра, за­путав­ше­гося в кро­нах, ни­чего не слыш­но. Это бы­ло так стран­но — не слы­шать то, что слы­шит дочь.

— Ми­лая, ты пе­ре­уто­милась. Мы слиш­ком дол­го шли и из­рядно вы­мота­лись...

— Там! — вскрик­ну­ла Ро­бин. Её па­лец ука­зывал в прос­транс­тво, где при­рода жи­ла сво­ей жизнью.

Джу­ди с вол­не­ни­ем в гру­ди на тря­сущих­ся но­гах обош­ла дочь со всех сто­рон. Сос­то­яние Ро­бин всё боль­ше бес­по­ко­ило её. Де­воч­ка не бы­ла вы­дум­щи­цей не­былиц. Она не стра­дала от чрез­мерных фан­та­зий во­об­ра­жения, но звук скри­пучей те­леги — тут сто­ит при­заду­мать­ся.

— Там! — сно­ва зак­ри­чала Ро­бин. — Я ви­жу его! Он идёт пря­мо к нам!

В гру­ди Джу­ди по­холо­дело. Она ни­кого не ви­дела, кро­ме пе­репу­ган­ной до­чери.

— Что ты ви­дишь, Ро?

— Ста­рика в пла­ще, тя­нуще­го за со­бой те­легу, а... а в те­леге тру­пы! Си­зые те­ла мер­тве­цов! Он идёт пря­мо к нам, ма­ма!

Джу­ди по-преж­не­му ни­чего не ви­дело, но звук хрус­тя­щих ко­лен­ных сус­та­вов и ле­деня­щий ду­шу скрип те­леги зас­та­вил её по­верить в то, что Ро­бин что-то ви­дит.