=88=
88
Когда Су Фэнси услышала звук, доносящийся до ее ушей, она все еще не решалась поверить, что он принадлежит ей, поэтому закрыла глаза и пропела несколько строк, словно в состоянии алкогольного опьянения, а когда открыла глаза, то увидела уже не группу одержимых зрителей, а шокированных, скептических или неверящих лиц.
Ее менеджер подбежал к сцене и яростно закричал: "Стоп, стоп, стоп, остановите музыку! Что с вами, ребята, вы поставили нам такое некачественное оборудование! Микрофон сломан, он шумит, вы что, не слышали?".
Только в этот момент Су Фэнси смутно осознала, что хриплый, пронзительный и ломающийся голос, который она слышала в ушах, на самом деле исходил из ее собственного горла! Она стояла в великолепном столбе света, каждый сантиметр ее кожи был окрашен в разные цвета, но выражение ее лица выражало недоумение и страх.
Зрители под сценой не могли усидеть на месте и перешептывались: "Неужели это голос Су Фэнси? Его слишком трудно расслышать, не так ли?"
"У нее очень хороший звукорежиссер, он даже голос утки может превратить в небесную музыку! Если бы я не слышал это вживую, я бы не поверил!"
"Сегодня мои фантазии были полностью разрушены! Как ты смеешь так надрывать голос? Может, у тебя с ушами что-то не так?"
"Какая мощная дива, это уже слишком! Впредь просто выкладывай свои песни в интернет, не пой вживую. Только сейчас я ухожу, я действительно не могу так петь".
"Я тоже не фанат! В наше время технологии слишком мощные, даже наше экстрасенсорное восприятие можно обмануть!"
Все качали головами и шепотом высказывали свои критические замечания, показывая, что они очень разочарованы выступлением. После того, как они пришли в себя, их реакция была совершенно нормальной, и они не стали бы любить и защищать кого-то просто так, без всякого повода и вопреки всему. Хорошее - это хорошее, плохое - это плохое, никакой фальши.
Однако Хэ Цзинлянь, А Хуо, Юань Чжунчжоу и остальные держали язык за зубами. Еще мгновение назад они ощущали чрезвычайно сильное энергетическое поле, но в тот же миг потеряли ориентацию. Они не могли сказать, что это было за энергетическое поле, но подсознательно испытывали глубокую неприязнь и настороженность, как будто что-то зловещее вырвалось из ада и спряталось в чьем-то теле.
Экстрасенсы жили восприятием, поэтому они никогда не игнорировали собственные ауры. Су Фэнси, стоявшая на сцене и испуганно озиравшаяся по сторонам, стала объектом их изучения.
Не обращая внимания на подозрения людей, Су Фэнси посмотрела прямо на Фан Галло, но обнаружила, что тот тоже смотрит на сцену, но в его темных зрачках горит лишь яркий свет, и больше никого не видно. Он полностью изолировал ее своим сознанием, и даже еще один взгляд на нее казался ему чем-то испорченным. К происшествию, случившемуся только что, должен быть причастен он! Кто же еще, кроме него, может быть виноват?
Тело Су Фэнси задрожало, но на этот раз не от страха, а от гнева. Как этот человек посмел снова и снова выставлять ее на посмешище! Неужели он думает, что она не сможет его одолеть?
"Поменяйте диск, и я спою снова". Она прервала менеджера, который сердито набрасывался на помощника режиссера.
"Что петь? Мы не будем поем! Что за убогое шоу, у вас даже нет лучшего микрофона и колонок! Кого вы оскорбляете?"
Агент схватил Су Фэнси за запястье и попытался оттащить ее. Но его наглое отношение стало одной из причин, почему Су Фэнси настаивала на продолжении выступления. Если она действительно уйдет сегодня без этих людей, то какая разница между этим и побегом? Не говоря уже о том, что после выхода программы в эфир зрители увидят ее ужасное выступление, услышат ее грубый и резкий голос и убегут от нее по принуждению, как это сделал менеджер.
Никто не знал, сколько она заплатила за эти странные способности, и она не могла допустить очередного провала!
Для сегодняшнего выступления Су Фэнси нужно было не только спеть, но и показать себя во всей красе. Су Фэнси была на вершине горы, поэтому ей нужно было твердо стоять на ногах.
"Я хочу петь, идите и поменяйте мне аккомпанемент". Она стряхнула руку своего менеджера и с вынужденной улыбкой извинилась перед Сун Вень и конкурсантами, сказав, что у нее проблемы с микрофоном и ушными вкладышами, которые повлияли на ее выступление.
Сун Вень больше всего любила такие масштабные ролики - после выхода в эфир это была волна рейтингов и урожай рекламодателей, поэтому она даже не стала придираться к оправданиям Су Фэнси, а махнула рукой и заменила партию оборудования на более качественное: микрофон стоимостью 300 000 юаней и колонки стоимостью 10 миллионов даже не могли сравниться.
Увидев, что оператор направил камеру на оборудовании, снимая логотипы, обозначающие дороговизну и высокий класс, лицо агента Су Фэнси стало зеленым. Несомненно, Сун Вень сделал это специально, она не стала опровергать его слова о "плохом качестве оборудования программы", а дала ему сильную пощечину.
"Императрица Су , не могли бы вы взглянуть на это оборудование и убедиться, что вы всем довольны?" Сун Вень приняла смиренную позу.
Лицо Су Фэнси было безобразным, но ей пришлось улыбнуться и сказать, что она довольна. Если бы в этот раз она снова оплошала, то, боюсь, даже не смогла бы найти себе оправдания. Но она просто не знала, почему ее голос стал таким резким, она давно забыла, что до того, как она получила эту странную способность, ее голос был именно таким. Это было слишком давно, так давно, что она даже не решалась вспоминать об этом.
"Сестра Сун, мне очень жаль, что так получилось, я спою еще раз". Су Фэнси улыбалась все нежнее и нежнее, но сердце ее волновалось. Она беспокоилась, что Фан Галло снова доставит неприятности, но не верила, что он действительно обладает такой способностью, чтобы снова и снова говорить ей о поражении.
У нее уже не было выбора, если она не закончит петь, то проиграет сегодня очень некрасиво, поэтому она с блеском в глазах распорядилась: "Я буду петь "Ночь генералов", а вы, ребята, выбирайте аккомпанирующий диск".
По всей студии зазвучала атмосферная музыка, а после замены оборудования на более дорогое акустика стала просто потрясающей. Не дожидаясь, пока Су Фэнси войдет в световой столб и начнет петь, толпа уже издавала возбужденные крики: "Это новая песня Су Фэнси, " Ночь генералов"! Отлично, это моя любимая песня!"
Эта песня "Ночь генералов" была темой самой горячей костюмированной драмы этого года "Великая династия Тан", пустынная мелодия пипы, гучжэна и эрху в качестве основных инструментов могла потрясти душу каждого под удары мощных военных барабанов. Это дыхание древнего поля боя, последний крик каждой героической души, оставшейся на земле.
Слишком много людей любят слушать эту песню, а высокий голос Су Фэнси поднимает художественную ценность этой песни до высшей точки. Это была далеко не попсовая песня, а классика, которую можно было петь еще сто лет. Многие люди говорили, что могут играть эту песню по кругу несколько дней подряд и не уставать от нее.
Это была самая горячая песня Су Фэнси, самая мощная и требующая наибольшего мастерства. Раз она осмелилась исполнить ее вживую, значит, у нее есть какой-то запас прочности.
Когда прелюдия закончилась, и Су Фэнси открыла голос, все поняли, что она говорила о проблемах с микрофоном и звуковым оборудованием, и именно ее выступление в этот момент оправдало название "Сирена".
Юань Чжунчжоу смотрел на женщину на сцене с очень растерянным выражением лица. Он не мог понять, что за зловещее чувство возникло у него на мгновение, но теперь казалось, что он ошибся в своих ощущениях, и с Су Фэнси все в порядке.
Щеки остальных экстрасенсов горели красным пламенем от унизительных высказываний, и они чувствовали глубокую вину. В их глазах вновь появились очарование и задор, а студия, окруженная музыкой, вновь стала храмом паломничества.
А Хуо и Хэ Цзинлянь, как два оранжевых кота, наевшихся мяты, сложив руки и прищурив глаза, следовали за Су Фэнси по сцене и раскачивались под мощные барабаны.
Чжао Вэньянь, который еще минуту назад злорадно радовался тому, что Су Фэнси была повержена, теперь запаниковал и с опаской озирался по сторонам, пытаясь спрятаться в углу, чтобы не заразиться от этих людей. Су Фэнси была невосприимчивым вирусом, и если ей создать условия, подходящие для размножения, то она сможет бурно развиваться.
"Фан Галло, заразность этой песни слишком сильна, нам лучше уйти!" Он крепко дернул юношу за рукав.
"Ничего, подожди еще немного". Фан Галло легонько похлопал его по спине, его тон был, как всегда, безразличным.
Сюй Иян даже не стал затыкать уши, он всем телом забрался под кресло. Силовое поле этой песни явно было гораздо мощнее, чем то, что было только что!
Сун Жуй, напротив, смотрел на женщину на сцене, в его голове проплывали бесчисленные кровавые образы. Чем громче звучала ее песня, тем сильнее разгоралось в нем желание убивать, и, пожалуй, это было единственное желание, которое она могла вызвать в его душе.
Дин Пу Ханг чувствовал, что его голова вот-вот взорвется: с одной стороны, он находился под влиянием песни Су Фэнси, с другой стороны, его жалили убийственные мысли, которые Сун Жуй направляла через него, поэтому он впал в эмоции: один момент потакания, один момент ясности; один момент безумия, один момент здравомыслия; один момент возбуждения, один момент страха. Его душа была разорвана на две половины, сожжена огнем и запечатана льдом соответственно, и это болезненное ощущение просто трудно описать словами.
Изначально он думал, что Фан Галло - самый страшный спиритист в этом шоу, но теперь понял, что думал совершенно неправильно: Сун Жуй был самым непонятным и одновременно пугающим существом в мире. Сколько бы красоты ни высвечивали зрачки его глаз, в его сердце всегда отражались гнев и ненависть, а также неутолимое желание уничтожить.
Столь прекрасная Су Фэнси, столь чистый и мелодичный голос, но он может породить лишь идею убийства в этом человеке , он безнадежен!
Дин Пухан схватился за голову, которая сильно болела, и закричал низким голосом: "Прекрати петь, Сиси, прекрати петь, если ты будешь продолжать петь, то станешь мишенью для извращенцев. Извращенец!" Так как он ясно видел весь процесс фантазии Сун Жуя по захвату и издевательствам над добычей, он хорошо знал, что пока другая сторона будет напрягаться, он обязательно добьется успеха. IQ Сун Жуя был просто ужасающе высок, и он почти каждую минуту мог разработать хорошо продуманный и практичный план. Даже с помощью магии чтения мыслей Дин Пу Ханг не мог за ним угнаться, его голова была сверхскоростной, совсем не такой, как у обычных людей.
"Проклятье, я точно уйду из следующей части!" Дин Пухан ударился головой о кресла в первом ряду и выругался.
Су Фэнси не слышала криков Дин Пухана и видела только одержимые выражения людей, поэтому пела все свободнее и свободнее. Однако тот, кого она больше всего хотела подчинить себе, все время бодрствовал: одной рукой он прижимал к себе Чжао Вэньяна, а другой подхватил на руки маленького мальчика, и в его темных зрачках появилось сияние.
Су Фэнси была поколеблена его постепенно серьезным выражением лица и рефлекторно отвела глаза.
Фан Галло наконец-то нашел нужную мелодию и ритм, и до следующего прилива. Перед наступлением очередного прилива, сопровождаемого формированием рта Су Фэнси, он произнес тихим и неслышным голосом: "Дао может быть Дао, очень Дао, имя может быть именным, очень известным. Ничто не называется началом неба и земли, бытие называется матерью всех вещей. Поэтому всегда ничего нет, и хочется наблюдать его чудо; Эти двое происходят из одного и того же места, но имеют разные имена, и их обоих зовут Сюань. Таинственный и загадочный, дверь ко всем чудесам.".
(https://www.5000yan.com/ текст "Дао дэ цзин" философа Лао Цзы датировано 4м веком н.э)
Да, он не помнил слов песни и мог только декламировать "Дао дэ цзин", а громкость не могла перекрыть грохот боевых барабанов и каскадные, нарастающие волны звука Су Фэнси. Но чудесным образом эти невнятные песнопения все же слились с пением Су Фэнси и мгновенно разрушили специально созданный ею священный храм, заставив ее упасть со своего высокого алтаря.
Ее высокие ноты, взлетавшие до небес, внезапно упали с вершины, не оставив даже подушки.
Пронзительный звук, похожий на скрежет шин по земле, резко вырвался из микрофона и, усиленный дорогими колонками, пронзил барабанные перепонки всех присутствующих.
"Боже мой! Что это?" Доктор Цянь прикрыл рукой сердце и недоверчиво сказал: "Почему звук снова прерывается? Или что-то не так со звуковым оборудованием?"
"Невозможно, этот комплект колонок новый, мы только что проверили его перед записью программы, никаких проблем не было". Сун Вень с недовольством сказал: "Су Фэнси поет не очень хорошо, а ее фонограма голоса слишком утрирована! Надеюсь, на этот раз она не позволит нашим динамикам и микрофонам взять на себя вину". Когда она это говорила, то даже не представляла, насколько увлеченным было выражение ее лица в последний момент.
Голос сопрано обладает инерцией, его нельзя петь или втягивать, как только поток воздуха выходит из даньтяня, он должен быть выдохнут до конца, иначе это повредит голосовые связки и легкие. Су Фэнси, понимая, что дело неладно, все же пропел последние несколько высоких нот, затем резко повернул голову и посмотрел на Фан Галло.
Он только что открыл рот, что-то напевая, но она не слышала и не чувствовала никакой энергии, поэтому не обратила на это внимания. Однако одного этого тонкого, даже неслышного тихого пения было достаточно, чтобы разрушить все, что она с таким трудом создавала. Как ему это удалось?
Су Фэнси отложила микрофон и с железным лицом встала на сцену. В первый раз, когда она оступилась, она смогла найти оправдание, чтобы отложить это, а во второй раз, когда она оступилась, что она могла сделать, кроме как признать это? Публика, которая и раньше была от нее без ума, теперь полностью пришла в себя, подобно внезапному наводнению, мгновенно снявшему барьеры в глазах, ушах и сердцах.
Пока Фан Галло была рядом, все ее усилия были тщетны!
Увидев смущенную Су Фэнси, Чжао Вэньянь ударил кулаком по подлокотнику кресла и рассмеялся. Ему было совершенно безразлично, что оператор снимает его поведение, он знал только, что Су Фэнси, гордившаяся тем, что она - чаровница номер один в мире, наконец-то потерпела поражение, выставила себя на посмешище и показала свой первоначальный вид на всеобщее обозрение, и этой замечательной картины ему хватит, чтобы вспоминать о ней несколько дней и ночей!
Он смеялся все безрассуднее и беззаботнее, все свободнее и свободнее, но в конце концов пролил две строчки горьких слез. Никто не знал, как он был напуган тем, что сейчас, еще чуть-чуть, и он сойдет с ума от этой песни!
"Все в порядке". Фан Галло ласково похлопал его по плечу.
"Вытри лицо". Сун Жуй передал салфетку.
"Спасибо, мне уже лучше". Чжао Вэньянь выдохнул полный рот мутного воздуха и негромко рассмеялся: "Сегодня я попал в нужное место, только что было чертовски больно!"
Сун Жуй приложился к уху Фан Галло и спросил: "Как ты это сделал?"
Фан Галло объяснил: "Чтобы загрязнить чашку с чистой водой, достаточно посыпать ее маленькой щепоткой золы, это несложно".
Сун Жуи кивнул: "Понятно, способность Су Фэнси - использовать голос для мобилизации и контроля эмоций других людей, а твоя способность - использовать слова для передачи эмоций, ваши способности схожи и в то же время взаимоисключающи, все зависит от того, как вы будете атаковать и защищать друг друга". Су Фэнси пела, ее высокий резонанс образовывал энергетическое поле, которое окутывало всех, и самый быстрый способ нарушить резонанс - это подмешать к ее звуку другой звук, после чего резонанс сразу же исчезал. Она поет на высоте голоса, вы читаете древний текст на низком уровне голоса, и ее энергетическое поле может казаться мощным, но достаточно небольшого диссонанса, чтобы полностью его разрушить. Но не всякий звук может быть включен в ее резонансное магнитное поле, это не звук против звука, это энергия против энергии, своего рода чары, которые требуют сильного сознания для их поддержания. Поэтому я подозреваю, что ваши способности не ограничиваются зажигательной силой и контролем языка, но и вторжением в силовые поля и их слиянием. Верен ли мой анализ?"
Фан Галло посмотрел на него с очень беспомощной улыбкой: "Доктор Сун, я не знаю, верен ли ваш анализ или нет, потому что я никогда не рассматривал эти вопросы так. Но я все равно благодарен вам за науку".
Сун Жуи честно ответил: "Не за что".