Глава 6
Кроме RAFа, который ездил всюду за блондинкой, не было слышно ничего более. Будучи ещё одним помощником Чеён, Ёнджун старался понять, как люди живут в таких условиях. Кругом металл, электричество и какие-то светящиеся приборы.
«Жуть»
Пустующие помещения космического корабля очень скоро начали надавливать на девушку всем своим весом.
— Ёнджун, мы идём к Чонгуку.
Гуан сразу же посмотрел на неё.
«Я ведь сказал, что это опасно, Чеён»
— Мои друзья в опасности по моей вине. Это не обсуждается.
«Пак Че...»
— Отведи меня к нему.
Взгляд синеволосого помутнел. В каждом движении его тела было замечено беспокойство.
«Как скажешь...»
***
Величественные вышки каменного подземного замка возносились высоко вверх. Готические колонны, устремляющиеся в космос, «смотрели» на Чеён сверху вниз, от чего девушке сразу перехватило дух. Кругом было много света, но ни одной души. Только Пак Чеён, Ёнджун и никого больше.
Стоя у высоких дверей, которые вели вовнутрь замка, гуан посмотрел на блондинку.
«Ты можешь дышать под водой?»
— К чему этот вопрос?
«Замок полностью заполнен леденящей водой. Это всё из-за того, что вожак и его владения разделяют одну душу на двоих. Каков правитель, таково и его царство.
— Хорошо, да, у меня есть возможность дышать под водой.
Легкие Пак машинально задержали в себе воздух, и Чеён пошла вслед за Ёнджуном.
Внутри замок был не менее красив. Черные неровные стены склонялись над обсидиановым полом, и, казалось, могли обрушиться в любой момент. Высота потолков вызывала у Чеён головокружение и восхищение, но Пак сразу же сконцентрировалась на том, зачем она находилась в этом замке.
Множество поворотов, подсчет которых начала Чеён на начале пути, сбился ещё на середине.
— Ёнджун, что это?
Девушка указала пальцем на одну из величественных статуй. Их особенность заключалась в том, что в центре каждой находился светящийся камень и во всех он был разный.
«Эти камни вождю дарили прекрасные девы в знак любви и верности, но Чонгук отказал каждой из них и на память сохранил эти камни в ледяных статуях. Помню, одна из них была такой вспыльчивой, непокорной и оказалась той, кто по уши влюбился в Чонгука. Он отказал ей и создал эту ледяную фигуру»
Ёнджун указал рукой на огромную волну.
«Цунами...» — подумала Чеён и кивнула головой, в знак согласия с собственными мыслями.
Они шли мимо этих прекрасных творений, и Чеён задумалась о том, насколько мог быть талантлив правитель гуанов.
— А какая судьба у этой статуи? — спросила девушка, указывая на существо, похожее на львицу.
Гуан подошел поближе и его лицо резко изменилось.
«Это символичная статуя нашей матери...»
— То есть, — опешила Чеён, — Чонгук твой старший брат?
Ёнджун отвел взгляд в сторону, и Пак сочла это за ответ. Оглядывая властную львицу, девушка увидела разбитую статую.
«Это папа...»
Девушка погрустнела вместе с синеволосым.
«Ладно, мы немного отвлеклись. Идём»
Гуан скрылся за углом, а Чеён, прощаясь с разбитым львом глазами, поспешила за ним.
Свернув несколько раз налево, перед глазами блондинки появились знакомые «Дети Солнца». Пак огляделась вокруг и заметила впереди высокий трон, а на нём гуана.
Дыхание девушки приостановилось; существо сидело неподвижно, и, казалось, смотрело прямо в душу девушки. В его ярких волосах преобладал фиолетовый цвет, но вишневый, сапфировый и огненно-красный имели право быть замеченными. Глаза вождя были такими же. Зрачки его были вытянутыми вертикально и сужеными до минимума. Его глаза напоминали кошачьи, но при этом в них был космос. Безграничное космическое пространство отображали радужки его очей.
Как только Чеён зашла, Чон не повёл и мышцей своего лица.
— Кто она? — обратился гуан к Ёнджуну. — И почему она здесь?
Он впился взглядом в нутро синеволосого. Девушку это безумно напрягло, и она вступилась за своего нового друга.
— Он спас мне жизнь... — Чеён приблизилась к вождю. — Прошу, выслушайте меня.
Гуан величественно поднял подбородок вверх и посмотрел на блондинку сверху вниз. В его взгляде было презрение.
— Будь свободен, Ёнджун, я разберусь. — голос Чонгука раздался по залу многочисленным эхом. От его голоса, по спине Пак пробежали мурашки. Голос был бархатистым и властным; именно такой голос представляется, когда слышится словосочетание «голос короля».
Ёнджун хотел возразить, но сразу же отступился и удалился. Как только синеволосый скрылся за углом, Чеён поняла проблему ситуации, в которой она находилась.
Напротив неё — жестокий и всевластный вождь, который запер всех её друзей в темнице, а теперь она с ним один на один. Рядом с девушкой никого нет, и её единственное оружие, на которое она могла положиться — это красноречивость.
Пока Чеён думала, как лучше начать разговор, Чонгук не спеша поднялся с трона и пошёл к ней. Замечая его приближающийся силуэт, Пак захотела пойти назад, но поняла, что ходить сквозь стены ещё не научилась. Оказавшись максимально близко к Чеён, гуан начал принюхиваться.
— Кто ты? — спросил он, заставляя очередной табун мурашек пробежаться по спине блондинки.
— Я Пак Чеён, я пришла с миром. — начала Пак, согнувшись в коленях. — Мои друзья у вас, я искренне прошу отпустить их. То ядро, из-за которого так всполыхнул ваш гнев... Я взяла его, не они.
Гук посмотрел в глаза блондинки. Чеён смогла рассмотреть каждую искру в его глазах и удивиться тому, насколько они прекрасны. Чувства, которые она испытывала при его взгляде, были очень неординарными; в один момент она считала их глазами самого прекрасного существа во Вселенной, а в другой миг она видела их как глаза безжалостного убийцы.
— Виновата лишь я, они здесь вовсе не при чём. — она смотрела в его глаза менее пристально, но старалась увидеть в них хоть какую-то эмоцию.
— С чего бы мне верить тебе, чужеземка Пак Чеён? — он продолжал смотреть в её глаза, изучая каждый миллиметр радужки.
Блондинка не знала, что вместе с изучением её глаз, гуан познаёт её прошлое.
Девушка замешкалась и начала искать аргументы к своим словам. Понимая, что таковых почти нет, с губ сорвалось жалкое:
— Я сделаю всё что угодно. Главное, чтобы они были свободны.
Зрачки блондинки расширились, и это очень привлекло гуана. Он склонил голову набок, не отрывая своего взора от Чеён.
— Хорошо, они будут свободны, при одном условии. — Чон сделал напряженную паузу. — Ты останешься здесь, на этой планете. Навсегда.