Глава 25
Как только я увидела знакомый с детства двор, я сразу же упала на зелёный газон. В нос ударил запах сырой земли и травы. На ночном небе сверкали яркие звёзды, а над головой сиял диск полной луны. Я закрыла глаза и глубоко вдохнула. Том и мама тут же упали на землю рядом со мной и облокотились друг на друга. Хель стояла прямо, внимательно осматриваясь по сторонам.
— Где мы? — спросила Хель.
— Ты у нас дома, — прохрипел Том. — Это моя и Сив обитель в Мидгарде.
— Это наш с Ричардом дом, в котором я жила последние двадцать восемь лет. Он оставил его нам с Тором после развода.
— Что такое развод? — спросила Хель.
— Сложно объяснить, — ответила я тихо и напряжённо. — Это когда двое супругов решают прекратить свои отношения и жить отдельно друг от друга.
— Я не совсем поняла, о чём речь, но, видимо, это что-то важное в этом мире, — фыркнула Хель и сняла шлем с головы. — Нам надо вернуться к Ричарду.
— К Ричарду? — мама подняла голову и посмотрела на Хель большими глазами. — Зачем тебе Ричард и откуда ты его знаешь?
— Мы успели познакомиться. Он объявил меня своей внучкой и частью своей семьи. Поэтому я хочу помочь спасти его от недостойной смерти и лично преподнести ему Драупнир.
— Ты добыла кольцо Одина? — спросила я, сглотнув ком в горле.
— Да, — впервые на моей памяти губы Хель вытянулись в улыбке. — Поэтому твой мидгарский отец будет спасён.
— Спасибо тебе, — меня затрясло от волнения. — В таком случае нам нужно как можно скорее отправиться к папе.
— Для начала давайте приведём себя в порядок, — сказала мама, нахмурившись и осмотрев нашу компанию. — Тор, тебе стоит остаться дома и отлежаться после полученных увечий.
— Я в порядке, Сив, — ответил Том. — Горячий душ и чистая одежда приведут меня в подобающий вид.
— Тебе надо обработать раны, — сказала я, осмотрев Тома. — Кстати, папа просил передать вам, что как только вы вернётесь домой, он будет ждать тебя и маму у себя.
— Когда Ричард тебе такое сказал? — спросила мама.
— В нашу последнюю встречу, несколько дней назад, — ответила я. — Тогда мы со Скоттом и Хель переместились обратно на Землю и пришли к отцу. Тогда мы придумали план, который может помочь папе выжить.
— И что это за план?
— Я добыла кольцо Драупнир, — ответила Хель с хитрой ухмылкой. — Оно должно спасти мидгарского отца воительницы и дать ему неуязвимость. Перед мидгарскими недугами оно будет эффективнее ваших лекарей. Оно защищало Одина тысячелетиями от всех недугов и болезней. Этот перстень должен помочь и мидгарскому Ричарду.
— Ты выкрала у отца его перстень? — спросил Том, приподнимаясь со своего места и смотря на Хель безумным взглядом. — Как тебе это удалось?
— Громовержец, я всё ещё дочь своего отца. Хитрость — важная часть моей силы и меня самой.
— Кстати, о твоём отце. Где он?
— Могу предположить, что он сидит у нас дома в Пало-Альто, ожидая нашего возвращения из Асгарда, — я изобразила обреченный вздох. — Я могу отправиться к Скотту и привести его к нам.
— Тебе стоит немного отдохнуть, — сказала мама. — Ты за неделю перемещалась в несколько миров и активно пользовалась своей силой. Всему есть предел, Лив, и наши силы нужно восстанавливать, словно заряд мобильного телефона.
— Но нам надо сообщить Скотту, что мы живы и вернулись домой! — сказала я.
— Мы можем воспользоваться банальной связью, — улыбнулся Том. — А нам всем действительно стоит немного привести себя в порядок. Броня в кровоподтёках — не лучший образ для этого мира. И местные жители нас не поймут в таком виде.
Мы все вошли в дом и разошлись по своим комнатам. Для Хель мама выделила одну из гостевых спален. Они с Томом направились к себе, а я пошла в комнату, где жила с детства. Здесь всё было так же, как и в те времена, когда я переехала в Стэнфорд. Красивая мебель, большая кровать с балдахином, огромная гардеробная и множество памятных фотографий.
На большинстве снимков были я, Сэм и Хлоя. Иногда на кадрах можно было заметить тёплый взгляд моего отца. Я смотрела на фотографии, вспоминая каждый момент, запечатлённый на них. Вот мы с отцом строим замок из песка на пляже. Вот мы в парке «Universal», наслаждаемся мирами любимых фильмов и обществом любимых персонажей. Были фотографии из зоопарка и Диснейленда, куда мы с отцом и мамой периодически выезжали в течение всего моего детства.
Мне попались снимки, где мы с отцом в Нью-Йорке в канун Рождества стоим около огромной ели, прогуливаясь по снежному городу. Далее следовали фотографии, где я, уже подростком, стою со школьным дипломом в руках и широко улыбаюсь. Рядом стоит отец, глаза которого блестят от гордости.
Я заметила фотографии с моего первого выпускного из Стэнфорда при получении степени бакалавра. Смотря на эти снимки, я вздрогнула, вспоминая все эти яркие моменты.
«Теперь ты можешь не бояться потерять папу. Сейчас ты приведёшь себя в порядок, а завтра утром ты отправишься к нему и спасёшь от неминуемой гибели. У вас всё будет хорошо», — сказал мне мой разум, придавая мне сил и помогая собраться.
Спустя час я лежала в кровати в одной футболке и нижнем белье. Мама и Том уже ушли к себе, как и Хель, которая была взволнована и напряжена. Когда на часах была глубокая ночь, я всё ещё не могла заснуть и мучилась от бессонницы. Мысли, воспоминания, страхи и сомнения не давали моему разуму успокоиться.
Так и не заставив себя уснуть, я решила выйти на улицу и подышать свежим воздухом. Найдя рабочий телефон, я села на ближайший к бассейну шезлонг и набрала знакомый номер. Гудки сменялись долгой чередой громких звуков. Я понимала, что звонить посреди ночи не совсем правильно, но ничего не могла с собой поделать. Мне нужно было услышать голос близкого человека.
Нервно сжимая телефон в руке, я вспомнила, как Стефани опускала свои голые ступни в воду, успокаиваясь от тревожных мыслей. Я решила повторить её действия, надеясь, что это поможет мне собраться. Когда мои ноги коснулись холодной воды, а кожу обожгло холодом, в динамике телефона послышалось шуршание. Я услышала знакомый мелодичный и самоуверенный голос, который вызвал у меня всплеск радости.
— Скотт Смит слушает.
— Это я.
— Что это за шутки? — в трубке я услышала слишком громкий возглас. — Сэм, если ты хочешь пошутить надо мной посреди ночи и изобразить голос Лив, то у тебя не получилось. Ты же знаешь, кто я, и знаешь, что такие шутки со мной не пройдут.
— Локи, это я, — реакция Скотта заставила меня улыбнуться. — Если ты не веришь, что это я, то могу тебе сказать, что мы с мамой и Томом успешно сбежали из Асгарда, как и твоя дочь. Кстати, она добыла тот перстень, и теперь мы можем попытаться спасти папу.
— Лив?! — громкий крик в телефоне чуть не оглушил меня. — Это ты? Где ты? Почему ты не пришла домой?
— Я дома у мамы и Тома. Они восстанавливаются после нападения Хеймдалля, но они оба в порядке.
Телефон резко замолчал, и в динамиках послышались короткие гудки. Я удивлённо отодвинула телефон от уха и посмотрела на него непонимающим взглядом. Через минуту я почувствовала что-то странное в воздухе, от чего по моей коже побежали мурашки. Рядом со мной появилась фигура рыжеволосого парня, который подбежал ко мне и обнял.
— Лив, ты жива. Я боялся, что с тобой может что-то случиться.
— Локи... — я прижалась к его груди, наслаждаясь его ароматом. — Это ты.
— Да, это я, — Локи отстранился. — Локи? А куда делся старина Скотт? На моей памяти ты ни разу не звала меня моим настоящим именем.
— После всего, что я пережила и увидела, я верю, что ты настоящий Локи и ты Бог. Ты самый беззаботный и безразличный ко всей Вселенной бог, которого я люблю и по которому я безумно скучала, — я невольно улыбнулась, наслаждаясь теплом, исходящим от тела Локи. — Но это является твоим преимуществом перед всеми остальными.
— А ты хороша. Ты явно переняла у меня некоторые черты. Я рад, что всё обошлось и вы вернулись домой живыми.
— Я тоже, — я снова обняла Локи. — Я так скучала, и мне было безумно страшно переживать всё это без тебя.
— Я всегда рядом с тобой. Помнишь? Мой подарок несёт в себе часть моей силы и моей души. Она рядом с твоим сердцем, а значит, я всегда рядом.
— Я знаю, — я прижалась к губам Локи, даря ему страстный поцелуй.
— Лив, так что произошло в Асгарде?
— Произошло всё то, что мы планировали. Я освободила маму и Тома из плена, чуть не убив Хеймдалля.
— Ты пыталась убить Хеймдалля?
— Да. И если бы не Том, я бы непременно это сделала. Но отец не дал мне убить его, тем самым спасая меня от самой себя.
— Как тебе это удалось? Хеймдалля никто и никогда не мог одолеть, кроме Всеотца.
— Не знаю как. В тот момент мне было неважно, кто он и сколько в нём силы. Я была переполнена лишь яростью и желанием убить его и покончить со всем этим.
— В тебе, оказывается есть жестокость. Это что-то новое, — сказал Локи, одарив меня своей фирменной улыбкой. — Но я рад, что она помогла тебе в этой схватке. Жаль, что я не увидел всё это своими глазами. Смотреть на Хеймдалля, побеждённого молодой девушкой, которой нет и тридцати лет от роду, было бы самым лучшим воспоминанием в моей жизни. Точнее говоря, вторым лучшим воспоминанием.
— А какое первое?
— Первым лучшим воспоминанием будет тот момент, когда дверь в моей палате открылась, и на её пороге я увидел твою изящную фигуру, док.
— И это твоё счастливейшее воспоминание за пять тысяч лет?
— Их предостаточно, но ярче этого ничего нет.
— Ты, оказывается, довольно сильный льстец.
— Сейчас я говорил чистую правду. Без тени лукавства или лжи, что для меня не частое явление. Сама понимаешь почему, — Локи вновь отстранился от меня, и в этот момент его взгляд стал мягче. — Как остальные члены сопротивления?
— Сопротивления?
— А кто мы? Ты, я, твои биологические родители и моя дочь. Все мы выступаем против Всеотца. Поэтому можем с полной уверенностью называть себя повстанцами.
— Ты пересмотрел «Звёздные войны».
— Ты забыла, что я снимался в подобном фильме. Правда, последний эпизод «Звёздных войн» явно был лишним. Мне больше понравилась третья часть. «Месть ситхов» однозначно лучшая часть из всей саги.
— Давай прекратим обсуждение «Звёздных войн». Я слишком уставшая и взволнованная для подобных разговоров.
— Что тебя волнует? Ты вытащила родителей из темницы. Ты одолела сильнейшего воителя во Вселенной. К тому же ты нашла способ спасти своего земного отца от болезни, и Ричард теперь будет в порядке. Так скажи, что не так?
— Всё так. Верь или нет, но у меня дурное предчувствие. Что-то явно будет не так.
— Лив, ты психотерапевт, который поддаётся паническим мыслям? В этом случае могу тебя огорчить. Ты выбрала немного не ту сферу деятельности для себя.
— Да иди ты, — я со злостью толкнула парня локтем в бок. — Завтра утром я собираюсь отправиться к отцу и вручить ему перстень. Ты со мной или продолжишь язвить и издеваться?
— Конечно. Я теперь не оставлю тебя ни на минуту. Честно признаться, всё время, что тебя не было рядом, мне было не по себе.
— И чем же ты занимался?
— Я? Ездил к нашим общим друзьям, заливал свою нервозность.
— Ты встречался с Сэмом и Хлоей пока нас не было?
— Каюсь. Я немного позволил себе лишнего. Но в своё оправдание скажу, что мне нужно было немного отвлечься от мыслей, чтобы не плюнуть на все запреты и не переместиться в Асгард. В этом случае я бы разрушил его во второй раз при любой видимой угрозе тебе.
— Ты был готов нарушить своё слово ради меня?
— Конечно, я был готов. И я готов до сих пор это сделать в любую минуту. Меня ни одна сила во Вселенной не остановит в моём стремлении быть с тобой рядом.
Я вновь крепко обняла Локи и жадно поцеловала его горячие губы. Мы уже вдвоём вернулись в мою спальню. Я легла на грудь Локи и мгновенно заснула под стук его сердца.
Сквозь сон я почувствовала, как лучи солнца касаются моей щеки. Приоткрыв глаза, я увидела рыжеволосого парня, который спал, повернувшись ко мне лицом. Вид этого знакомого и родного лица согрел мою душу и вызвал у меня непроизвольную улыбку. Я готова была пролежать так весь день, наслаждаясь этой картиной.
В этот момент мой внутренний голос напомнил мне, что меня ждёт важное дело, которое нельзя откладывать. Я начала выбираться из кровати, стараясь не разбудить мирно спящего парня. Взяв чистую одежду, я пошла в ванную комнату и долго наслаждалась горячим душем и ароматным бальзамом для тела.
Когда я вышла из ванной, то решила спуститься вниз и найти своих близких. Войдя в кухню, я впервые увидела, как мама пытается готовить. По её напряжённому лицу я поняла, что приготовление пищи давалось ей нелегко.
— Доброе утро. Впервые вижу тебя за готовкой.
— Оливия? — мама вздрогнула и начала панически оглядывать меня. — Готовить — это не сражаться с бесконечным количеством безжалостных воинов на поле битвы.
— Ты считаешь, что сражение легче, чем приготовление еды? — я улыбнулась и подошла ближе к варочной панели. — Что ты пытаешься сделать?
— Хоть что-то. Я хотела отнести Тору завтрак в постель, потому что он слишком слаб для долгих хождений по дому. Ему стоит несколько дней отлежаться дома, восстанавливая свои силы.
— Всё настолько плохо?
— Не настолько, но достаточно, — мама выключила варочную панель и бросила силиконовую лопатку в сторону. — К чёрту всё это! Закажу что-то на дом.
— Не нервничай из-за пустяков. Нам всем хватает реальных поводов для беспокойства, — я решила впервые за свою жизнь обнять маму без повода. — Мам, я рада, что вы в порядке и живы. Я не знаю, что было бы со мной, если бы я не спасла вас из плена.
— Лив, — тело мамы напряглось, но она обняла меня в ответ. — Я люблю тебя.
— А я тебя. Ты лучшая мама, которая могла мне достаться.
— Какая трогательная картина. Я почти тронут и готов выпустить скупую слезу, — сказал Скотт, появившись в дверях.
Внезапно раздавшийся голос напугал нас обеих. Мы с мамой отпрянули друг от друга и посмотрели на появившуюся в кухне фигуру. Локи стоял в своём обычном виде — в джинсах и футболке, которые сидели на нём безупречно, подчёркивая его привлекательность.
Мама нахмурилась и покачала головой:
— Откуда ты здесь взялся с утра пораньше? Я надеялась, что ты появишься здесь намного позже и позволишь нам отдохнуть от твоей персоны.
Локи рассмеялся и направился в мою сторону:
— Не надейся, Сив. Я всегда там, где надо.
— Я бы не была так в этом уверенна.
В этот момент в кухню вошла Хель в обычной земной одежде. Её волосы были заплетены в тугой хвост, а фигура облегала плотные лосины.
— Хель, а ты всё больше становишься похожей на жителей Мидгарда. А где мой любимый племянник? — спросил Локи.
— Тор ещё слаб, ему пока не стоит лишний раз ходить по дому, — ответила мама сурово и напряжённо. — И я прошу тебя не донимать его своими шутками.
— Я и не собирался этого делать. У нас с доком есть более важные дела.
— Какие дела?
— Мы собираемся отправиться к папе и вручить ему перстень Одина. Я думаю, он будет рад принять этот дар от нас.
— Лив, я тоже собираюсь пойти к Ричарду. Как бы там ни было, но мы прожили с ним земную жизнь бок о бок и нас связывает многое, — сказала мама, её голос стих. — И я хочу убедиться, что он будет в порядке и у вас всё получилось.
— Воительница Сив, я бы хотела сопроводить тебя и твою дочь в этом походе. Этот мужчина достоин своего спасения и долгой жизни.
— Согласен. Я хотел бы, чтобы Ричард увидел наш с Лив союз и помогал нам с воспитанием внуков. Нам явно будет не до этого в будущем.
Я толкнула Локи в бок, вложив в свой удар максимальное количество силы:
— Какие ещё внуки?
— Как какие? Которые у нас с тобой должны, по итогу, получиться.
— Локи, лучше замолчи, пока я окончательно не вышла из себя.
— Воительница, теперь ты явно мой фаворит в этой странной компании, — сказала Хель со злорадной ухмылкой на лице. — Дам тебе совет. Не сдерживай себя в общении с Локи. Он заслужил все угрозы с твоей стороны и твоего воинственного настроя к нему.
— Хель, я говорил, что ты образец заботливой и любящей дочери? Чего ты пытаешься добиться, провоцируя дока на агрессию?
— Мести и справедливости. А также своего освобождения от всех полученных душевных травм.
— В таком случае мне стоит сократить ваше с Лив общение. Ты переобщалась с доком за эти дни.
— Даже не надейся на это. Я и воительница отныне — друзья.
— Мы больше, чем друзья. Мы семья, какими бы сложными ни были ваши отношения с твоим отцом.
— Док, прекращай свою вечную психотерапию. Мне её и в первый раз хватило с головой.
— Я пойду поднимусь к Тору и соберусь для встречи с Ричардом. Можете чувствовать себя как дома. Кроме тебя, Локи. Ты всё-таки в гостях у меня. Поэтому постарайся сдерживать себя.
Мама встала из-за стола и вышла из кухни. Мы втроём остались сидеть за столом, пытаясь понять, что нам делать дальше.
Я начала готовить завтрак для всей нашей компании, и, к моему удивлению, Локи молча присоединился ко мне. Когда мы с Локи готовили завтрак, Хель смотрела на нас заинтересованным взглядом — это было впервые заметно на её лице. В её глазах было что-то новое для меня, чего я раньше не замечала.
Всё это время Локи пытался поддерживать непринуждённую беседу между нами, отпуская свои обычные комментарии и шутки. В какой-то момент мы с Хель начали отвечать ему в той же манере, подшучивая над ним. В итоге наш завтрак прошёл довольно тепло и, я бы сказала, «по-семейному».
Когда мы все собрались, чтобы отправиться к отцу, то, к нашему общему удивлению, в гостиной уже сидел Том, такой же собранный, как и мы все. Я посмотрела на маму, которая сидела рядом с Томом с напряжённым взглядом.
— Том? Ты уже встал? Как ты себя чувствуешь?
— Я в полном порядке. Твоего старика не так просто убить или покалечить.
— Но возможно. Что Хеймдалль и сделал, — мама цедила свои слова сквозь зубы. — А ты после полученных увечий встаёшь с кровати и собираешься идти с нами. Объясни, как мне ещё вбить в твою упрямую голову мысль о том, что иногда стоит быть рассудительным и осторожным?
— Никак. Я никогда не сидел на месте и не был домоседом, зализывающим раны после боя, — Том подмигнул мне, улыбаясь самодовольной улыбкой. — Тор должен быть самоотверженным и кидаться в гущу событий без тени сомнения и страха в душе. Пусть его поступки не всегда оправданы и необходимы, но зато он поступает по совести, доказывая свою смелость и силу.
— Том, я не это имела в виду, — я виновато опустила глаза на пол, понимая, на что Том пытался мне намекнуть. — Я немного перегнула палку в своих словах. Ты всё же более достойный Тор, чем Крис Хемсворт.
— Кто такой Крис Хемсворт? У вас в Мидгарде есть ещё один Тор?
— В Мидгарде, Хель, есть и свой Тор, и свой Локи, и даже своя Хель. Но это всё своеобразная постановка. Нас олицетворяют обычные жители Мидгарда, которые всего лишь играют роль каждого из нас.
— Про нас в Мидгарде ставят постановки?
— Скорее, снимают неплохое кино. Но хватит разговоров. Пора вытащить папу из лап смерти и не дать ему уйти раньше времени.
Все присутствующие согласились с моим предложением. Мы поспешили в дом моего отца. Я и Локи выбрали самое уединённое место во дворе, подальше от посторонних глаз.
Дом отца был просторным, с выходом на личный пляж. Мы направились к вилле и входу в дом. Я шла быстрее всех, на пару шагов опережая остальных. Когда мы подошли к заднему двору, я увидела перед домом много автомобилей, в том числе машину скорой помощи. Мои ладони вспотели, а по спине прошёл холодок.
Я кинулась ко входной двери, не замечая никого вокруг. Вбежав в дом, я столкнулась с незнакомыми людьми. Все они стояли с удручёнными лицами и тихо перешёптывались. В этой толпе я заметила сиделку отца. Её глаза были мокрыми и опухшими от слёз.
— Эмма, где отец? — спросила я.
— Мисс Уильямс? Я всё утро пытаюсь дозвониться до вас и вашей матери, — голос женщины дрожал, что вызвало у меня тошноту.
— В чём дело? Что-то с отцом? — я задрожала, а во рту пересохло.
— Оливия, мне очень жаль, но ваш отец... — женщина громко сглотнула ком в горле, сдерживая слёзы, которые выступали из её глаз. — Ваш отец скончался сегодня ночью.
— Нет... Этого не может быть! Я же могу ему помочь и спасти его. Он должен быть жив и ждать меня!
— Оливия, я понимаю, что вы сейчас испытываете. Мне искренне жаль, что вы не успели с ним проститься. Всё произошло слишком стремительно, и мы не успели ничего сделать с его состоянием.
Я закричала с неимоверной силой, из-за чего все голоса в доме стихли. Взгляды всех присутствующих людей были обращены ко мне.
Ко мне подбежала мать, за ней и все остальные. По её взгляду было понятно, что она всё поняла. Её глаза впервые были мокрыми, а пухлые губы дрожали. Том обнял мать за плечи, пытаясь её успокоить. Хель и Локи стояли с непроницаемыми лицами. Никто из нас не говорил ни слова, каждый задумался о чём-то своём.
Тем временем сиделка отца собралась с силами и тихо прошептала:
— Миссис Уильямс, мне очень жаль. Я соболезную вам и вашей дочери. Ричард был достойным и уважаемым всеми человеком. Его потеря — большой удар для многих из нас. Но вашу боль я не могу вообразить.
— Спасибо, — шёпот матери был слабо различимым даже среди тишины в комнате. — Как он ушёл? Он мучился?
— Вчера вечером ему резко стало хуже. Я вызвала его лечащего врача, который всю ночь пытался помочь вашему мужу справиться с приступом. Под утро мистеру Вильямсу стало легче, и он заснул. Больше Ричард не проснулся...
— Ричард не был достоин подобной смерти. Он должен был уйти достойно! — глаза Хель загорелись огнём, но Локи тут же схватил её за руку.
— Хель, прошу тебя, возьми себя в руки. По крайней мере, до того момента, пока мы не останемся наедине без смертных рядом. Они не знают, кто мы такие, и не должны узнать.
— Мне плевать на смертных. Ричард не мог уйти так бесчестно!
Все эти разговоры были слишком тяжёлыми для меня. Меня захлестнула буря чувств и эмоций, и все они были слишком болезненными. Я закричала так громко, что чуть не упала. Локи подхватил меня, но я продолжала дрожать и трястись, не в силах сдержать истерику. Мои крики оглушили всех в доме.
За окном раздался громкий раскат грома, и небо за окном почернело. Начался ливень, капли дождя били в окна с невероятной силой, а вспышки молний озаряли комнату яркими бликами.
— Лив, прошу тебя, попробуй успокоиться, — сказал Локи.
— Успокоиться? Мой отец умер, не дождавшись меня! Если бы я сразу пошла к нему, он был бы жив! А теперь я должна смириться с мыслью, что могла спасти его, но опоздала на пару часов.
— Ты не виновата, — начала мама, но я её перебила
— Я не считаю себя виноватой. Это ты виновата! Ты просила подождать утра, и не дала мне пойти к отцу сразу.
Я оттолкнула Локи и выбежала из гостиной. Я бежала не разбирая дороги, пока не оказалась на заднем дворе. Там я упала на мокрый песок и начала кричать, не переставая плакать. В небе сверкали молнии, а в лицо бил холодный ветер.
— Ты не мог уйти! Ты обещал дождаться меня и быть рядом со мной. Ты и только ты поддерживал меня с самого моего первого дня в этой жизни. Ты мне нужен!
Осознание того, что я никогда больше не увижу отца, сломало меня. Мне было нестерпимо больно понимать, что я не успела всего на пару часов, чтобы не допустить такого финала. Если бы я сразу пошла к отцу, он был бы жив. Принять это и простить себя за ошибку я не могла.
Впервые в жизни я поняла, почему люди иногда совершают эмоциональные поступки, которые кажутся безрассудными. Я осознала, что чувствует человек, которого посещают суицидальные идеи. Мне захотелось сделать что-то подобное, лишь бы эта боль прошла, и все чувства отключились.
Принять смерть отца я не могла, так же, как и не могла исправить её. Он ушёл и ушёл навсегда, оставив меня в этом мире, полном странных существ и многовековых божеств. Мне больше не хотелось ничего, как и жить в целом. Я мечтала лишь о том, чтоб закрыться в самом тёмном уголке этого мира.
Я пыталась собрать последние остатки разума и понять, как мне жить дальше. В конце концов я приняла решение плыть по течению и ничего не делать. Мне было плевать на всё и на весь остальной мир. Жизнь больше не имела смысла, а впереди меня ждало лишь жалкое и болезненное существование с огромной дырой вместо души.
Одно я знала наверняка: моя жизнь никогда не будет нормальной, и я никогда не смогу снова стать Оливией Уильямс, дочерью Ричарда Уильямса и его наследницей. Вместе с отцом ушла часть моей души, а значит, и моё прошлое «я». Оно ушло окончательно и бесповоротно, что не могла исправить ни одна сила во всей Вселенной.