38
Мара?! - воскликнул парень. А затем выглянул из-за полки.
Я кинулась к нему со всех ног. Мой братец сидел на полу и потирал колено. Я опустилась и крепко обняла его.
- Что ты здесь делаешь? - мой голос был приглушен из-за его плеча. Я закрыла глаза. Не могла поверить, какие же приятные чувства у меня вызывало объятие с братом. Да и вообще объятия.
- Я услышал, как открылась дверь, выключил свет и спрятался за полками. А затем появились вы, и я споткнулся об стул.
- Гений, - улыбнулась я.
- Что ты здесь делаешь?
Я отодвинулась, и слова полились ручьем - о произошедшем в «Горизонте», о произошедшем до «Горизонта», все-все. Мою дамбу прорвало, и починить ее уже нельзя. Лицо Даниэля менялось с недоуменного на шокированное, с напуганного на понимающее, и снова на недоуменное. К моменту, когда я закончила, у меня была нехватка дыхания и взмокшее тело.
- То есть, ты хочешь сказать... - начал брат. - Что все это было по-настоящему. - Он нервно хохотнул. - А задание от «Горизонта», та выдуманная история? Она не была выдуманной. Не было никакой героини. Ты рассказывала о себе.
Я улыбнулась, думая, что бы сказал Ной, будь он здесь. Наверное, что я была слишком прямолинейна со своей маленькой проблемой, когда врала Даниэлю, что это «задание». Хотела бы я, чтобы он был рядом, и я могла ответить: «А я говорила!»
- Я знала, что ты мне не поверишь.
- Потому что... как это вообще возможно?
- Мы не знаем, - сказал Джейми. - За этим сюда и пришли.
- Мне нужно передохнуть. - Даниэль потер глаза. - Но вы же не умеете... летать или что-то подобное?
- Не-а.
- И ползать по высоткам, пуская паутину из пальцев?
Я покачала головой.
- Ладно-ладно. - Он оглянулся и нахмурился, словно впервые заметил моих друзей. - Тебя я не знаю, - сказал он Стелле. - А вот ты мне знаком. Парнишка с эболой, верно?
- Даниэль!
- Верно, - уголки губ Джейми дернулись в улыбке. - Джейми Рот, - он протянул руку, и мой брат медленно ее пожал, все еще находясь в легком ошеломлении.
- Стелла Бениция, - представилась девушка. - Ну, а теперь, когда мы познакомились, может, скажешь, что ты тут делал?
Даниэль опешил, а я вздохнула.
- Мы ожидали увидеть...
- Сантерийского священника, - перебил Джейми. - Ты, случайно, никого здесь не видел?
Парень покачал головой с еще большим недоумением, если это было вообще возможно.
- Здесь только я.
- Как ты зашел?
- Долгая история.
- К счастью, у нас полно времени, - сказала я.
Даниэль прищурился.
- Могу поспорить. Следуй за мной, сестренка.
Даниэль повел нас по крутой металлической лестнице и вдоль по узкому проходу, ведущему к задней части здания. Он открыл дверь в пустую кирпичную комнату со свисающей с потолка лампочкой и столом посредине. На нем были аккуратно сложены книги и папки.
- Думаю, однажды это была швейная фабрика, - сказал он, подтаскивая стул. У стен пылились швейные столы и ящики. Мы устроились на них, и Даниэль заговорил:
- Впервые я понял, что что-то не так, после духовной практики в «Горизонте». - Он посмотрел на меня. - Когда Ной не вернулся.
Мое сердце пропустило удар при упоминании его имени. Все в школе знали об инциденте с Лолитой. И тот факт, что Ноя отправили в лечебный центр за столкновение мужчины в бассейн с китом-убийцей, стал большой новостью. Брат подозревал, что его отправили в «Горизонт» - во-первых, там была я - но никак не мог это подтвердить; закон о конфиденциальности пациента запрещал персоналу что-либо рассказывать. Следующей попыткой был разговор с родителями Ноя. Он поехал к его дому и встретил мистера Шоу.
- Погоди, ты знаком с его отцом? - я облокотилась на колени.
Парень кивнул.
- Он сказал, что Ной пробудет в центре, пока не «образумится», а затем вежливо попросил меня уйти. Кстати, почему он не с тобой?
Я открыла рот, но не знала, что сказать, с чего начать.
- Он был с нами в «Горизонте», - ответил Джейми. - А затем случился инцидент с Джудом. Меня там не было - я помогал Стелле, так как ее ранили, и Ной приказал нам бежать. После этого я его не видел.
- Кэллс сказала, что он умер, - вставила Стелла. - При падении здания.
- Но она лгунья! - перебила я. - Она врала нам обо всем, постоянно.
- Так где же он? - Даниэль окинул нас взглядом.
- Мы не знаем. Но вскоре это исправим.
Он прищурился.
- У меня осталось странное ощущение от знакомства с его отцом. Я в курсе, что Ной с ним не ладит, но отправить его в психушку за случай с Лолитой - немного жестоко.
- Наши родители тоже меня туда отправили.
- Знаю. Но, Мара, у тебя...
- Что?
- Своя история, - осторожно сказал брат.
Как и у Ноя.
- В общем, я начал копать на него информацию.
- И? - спросил Джейми.
- Все публичные документы безупречны. И никакой очевидной связи с «Горизонтом» у него не было. Но я все равно решил туда съездить...
- Подожди, ты был в «Горизонте»? - выпалила я. - Когда?
- Через пару недель после твоего отъезда. Я постоянно накручивал родителей по поводу твоего пребывания там, но они очень чувствительно к этому относились - особенно мама. Она едва могла говорить о тебе - о том, что, по ее мнению, ты с собой сделала, - исправился Даниэль, глядя на мои запястья. - В итоге, я сказал, что мы с Софи поплаваем на лодке ее отца, и поехал в «Горизонт».
Он рассказал, как приехал на остров, но охрана не пустила его ко мне. Это настолько его взбесило, что он начал пропускать учебу и копаться в пятилетних корпоративных отчетах «Горизонта ООО».
- Это послужило мне первой подсказкой, - сказал Даниэль. - Я помню, как мама говорила, что «Горизонт» открылся лишь год назад, но записи были куда более старыми - налоговые декларации, годовые отчеты, прибыль, убыль. Одна из них привела меня к бухгалтеру в Нью-Йорке...
- Да, мы тоже с ним знакомы, - встрял Джейми. - И что ты сделал?
- Позвонил ему.
- Вот так просто?
- Я назвался работником Кэллс, солгав, что она приказала достать документы одной из «программ».
У меня округлились глаза.
- И это сработало?
- Нет.
О...
- Он ответил, что я должен дать ему код доступа и следовать соответствующей процедуре, какой бы она ни была, даже если я звоню от имени Кэллс. Я понимал, что мне придется поехать в Нью-Йорк, но мне нужно было убедиться, что я достигну хоть каких-то результатов, в чем у меня не было уверенности. Я продолжал копаться в их документах из публичного доступа, но в них не было ничего полезного. Как-то раз я пришел домой усталым и решил поиграть на пианино... это лежало на крышке.
Даниэль достал что-то с полки позади. Копию «Новых теорий о генетике».
- Я забыл о ней после твоего отъезда, но, увидев, сразу же открыл и начал читать. Вступление было ужасным, но столь подробным, что я не мог отложить книгу.
Я скривилась.
- Только ты мог найти ее увлекательной.
- Что хорошо, поскольку именно она помогла мне сюда пробраться.
Даниэль поведал нам о своем подозрении, что набор чисел, постоянно появляющийся в книге, мог быть ключом доступа, о котором говорил бухгалтер. Он оказался прав. Парень продолжил историю, используя непонятный жаргон, и мне пришлось бороться со сном, но затем:
-... восемнадцать двадцать один.
Я вновь сосредоточилась.
- Что ты сказал?
Он посмотрел на меня с любопытством.
- Эти цифры, последовательность? Ленард ссылался на них, как на генетический указатель - числа генов, которые несут в себе аномалию и меняют субъекта. Одно из его опубликованных исследований установило, что субъекты с аномалией видят эти цифры повсюду. Последовательность выделяется для них. Всякий раз, когда они видят набор цифр - любую пару с единицей, восьмеркой, двойкой или тройкой - он бросается им в глаза. Как навязчивая идея - похоже на ОКР. Они несознательно видят то, чего нет. Это ранний симптом.
Интересно, был ли он у меня? Если и так, я не заметила.
- Он также говорит о деградации и эволюции определенных указателей, утверждая, что проследил за происхождением некоторых субъектов еще до тех времен, когда технологии секвенирования гена даже не существовало! Это лженаука, как тот бред о генетической памяти...
- Какой бред? - быстро спросила Стелла.
- Иногда дополнительный белок связывается с геном. Таких субъектов он называл G1821-3 и утверждал, что третий белок позволял им сохранять воспоминания предков, что просто глупо!
- Вовсе нет, - тихо сказала я. - Это правда.
- Что?
Я рассказала Даниэлю о снах, воспоминаниях, чем бы они ни были - об Индии и кукле нашей бабушки.
- Не знаю, что это значит, - сказал он, когда я закончила.
- Что Ленард был прав.
Глаза Стеллы загорелись с надеждой.
- Он писал, что у субъектов с аномалией были «дополнительные сверхспособности», - Даниэль посмотрел на каждого из нас. - Как у супергероев.
Мы молчали, но Джейми не выдержал:
- Не совсем как у них.
Я пнула его по ноге.
- Но вы можете... - Даниэль затих, ожидая ответа. Все молчали. - Делать всякие странные вещи?
- Ага. - Джейми медленно кивнул.
- Поправьте меня, если я не прав... вы говорите, что способны...
- Читать твои мысли, - сказала Стелла.
- Заставлять тебя делать, что мне вздумается, - улыбнулся Джейми.
- А Ной может исцелять, - я наблюдала, как крутятся колесики в голове у брата. И знала, какой вопрос он задаст следующим, но не была к нему готова. Не то чтобы у меня был выбор.
- А ты?
Я посмотрела на Стеллу и Джейми, но они избегали моего взгляда.
- Я могу управлять кое-чем силой мысли, - неубедительно ответила я.
Даниэль наклонил голову вбок.
- Управлять? Как... в фильме «Кэрри»?
В каком-то смысле.
- Знаешь, что Джуд сделал со мной в ночь падения Тамерлана?
Парень кивнул и сглотнул.
- Именно поэтому я так поступила, - тихо начала я, а Даниэль нахмурился. - Я была напугана. И рассержена. Психбольница рухнула, потому что я так захотела.
Он недоуменно покачал головой.
- В смысле...
- Я убила Рэчел и Клэр. - Даниэль открыл было рот, чтобы возразить, но я перебила его: - И миссис Моралес. Она умерла, потому что завалила меня, и я разозлилась.
- Мара, она умерла от анафилактического шока.
- Я хотела, чтобы она удавилась собственным языком.
На это брату было нечего ответить.
Наконец, Стелла решила спасти меня от неловкой, болезненной тишины, последовавшей после моего откровения.
- Ты не нашел в книге информации, как нас вылечить? Есть ли какое-нибудь лекарство?
Даниэль покачал головой.
- Все не так... аномальный ген больше похож на X или Y-хромосому. - Он встретился со мной взглядом. - Он просто... часть вас.
«Ты не сломлена», - сказал мне Ной, когда я попросила его помочь мне. Казалось, с тех пор прошла целая жизнь.
И, возможно, он был прав.