Долгожданная встреча
Был уже поздний вечер, когда Сяо Чжань добрался до своей квартиры. Он злился на Миру за то, что та без ведома распорядилась его личным временем и, собственно, на ближайшие месяцы жизнью. Нет, конечно, он был ей благодарен, что она так сильно пеклась о его счастье и благополучии, но мужчина хотел подобраться к Ибо совершенно не тем способом, который устроила ему эта лисица.
Когда та сообщила, что подвязала его работать с полицией, Чжань в первый момент знатно прихренел. Ему всего лишь нужно было увидеть Ибо, возможно, поговорить с ним с глазу на глаз, выяснить, помнил ли он что-нибудь о прошлом, или договор, заключённый с тьмой всё-таки действовал исправно и ему придётся начинать всё с ноля. Теперь же, с чужой подачи, он вынужден был стать для Ибо напарником. Это не шло в разрез с планами, конечно, но спросить его мнения Мира могла бы.
Чжань рассчитывал сегодня добраться до полицейского участка и быть представленным начальству, но всё, впрочем, как и всегда, пошло не по плану. Стоило им только сесть с утра в машину, как на телефон прилетело смс с адресом и отчаянной просьбой о помощи. Чжань никогда не мог игнорировать такое. Тем более, он сам согласился на это много лет назад. Долг всегда был превыше всего. Тяжело вздохнув и высадив подругу у ближайшего супермаркета, нисколько не обращая внимания на её недовольный бубнёж, он резко стартанул с места, так как его путь лежал за пределы города, и он надеялся справиться с расшалившейся нечистью дотемна.
Небольшое поселение на юго-западе затерялось среди густого непроглядного леса и Чжань, поколесив по округе, с трудом нашёл съезд с шоссе на просёлок. Его нещадно мотало по кочкам и бездорожью, пока перед глазами не возникли с десяток покошенных деревянных домиков, с виду показавшихся не жилыми и готовыми вот вот рухнуть даже от незначительного чиха. Он вышел из машины и осмотрелся. Тишина стояла оглушительная. Мёртвая, он бы сказал. Ни крика вечно неугомонных птиц в кронах деревьев, ни шума ветра. Подозрительно. Хотя раньше, наверное, он был бы не прочь здесь поселиться. Чжань глянул по сторонам, в надежде увидеть хоть одно живое существо, но никто не вышел его встречать, что тоже выглядело довольно странным. Мужчина двинулся вперёд, избрав своей целью с виду самый приличный, более или менее цельный дом, и постучал в деревянную, с облупившейся краской створку. Несколько минут ничего не происходило и он уже было схватился за телефон, решив ещё раз взглянуть на сброшенную ему локацию, думая, что возможно не там свернул, как вдруг раздался скрип, а после в образовавшемся проёме возникло лицо испуганной женщины, которая расширившимися глазами, больше напоминавшими блюдца, смотрела на него, но не говорила ни слова.
- Где? – только и спросил Чжань. Женщина мотнула головой куда-то ему за спину и он развернулся в ту сторону, видя небольшое возвышение с косо прибитыми дверцами, для надёжности ещё забаррикадированные сброшенными мешками и различной рухлядью – Погреб? – увидев еле заметный кивок, Чжань распорядился, чтобы она не высовывалась, а сам направился к земляной насыпи.
Кряхтя, он освободил проход и с трудом, приложив немало усилий и грязно матерясь сквозь зубы, сдвинул засов и распахнул створки, смотря на уползающие вниз в самую темноту прогнившие ступени. Чжань извлёк из-за пазухи фонарик и, внимательно глядя себе под ноги, чтобы не дай бог не сверзнуться и не свернуть голову, начал спускаться. Когда ступеньки резко закончились, ноги оказались по щиколотку в воде, отчего Чжань выругался, чувствуя, как пол заскользил под подошвой насквозь промокших ботинок. Яркий луч фонаря заметался по выщербленным стенам, поросшим чёрт пойми чем, по деревянным, криво прибитым и местами сгнившим полкам, на которых громоздились банки, готовые вот вот соскользнуть на пол, и по пыльным мешкам, утопающим в мутной воде, но чего-то сверхъестественного он пока не заметил. Обычный, казалось бы, погреб. Но что-то всё же настораживало. А именно давящая тишина и гнилостный смрад, означавший только одно - здесь определённо обитала нечисть. Чжань ощущал, как тьма лизала кончики пальцев, будто предупреждая не терять бдительности. Он замер, прислушиваясь, но единственным звуком было его собственное сердце, гулко отстукивающее ошалелый ритм в груди.
Внезапно на одной из стен он заметил еле уловимое движение, настолько быстрое, резкое, что едва сумел отследить его. Погасив фонарь, мужчина застыл, ощущая, как сгустился и без того спёртый воздух и стало труднее дышать. Внезапно раздался тихий, постепенно нарастающий вой и порыв ветра, которого не должно быть под землёй, принёсший запах гнили, заставивший поморщиться. Чжань насторожился и не напрасно. Неожиданно звук повторился, став ещё более пронзительным и резким. Вдруг он пошатнулся, почувствовав, как будто толчок в грудь. Ту сдавило и тупая боль кольнула под рёбрами. Вскинув руку, Чжань потёр потревоженное место и первой почему-то нахлынула всепоглощающая паника и ощущение чего-то непоправимого, безнадёжного, подкрадывающегося исподтишка. Он всегда был собран и готов ко всякого рода неожиданностям, но в этот раз пропустил момент. Чжань замер, его тело от кончиков пальцев на ногах до вздыбившихся волос пронзило онемением. Он словно очутился в западне. Мужчина прекрасно знал, что не всесилен и его тоже возможно серьёзно ранить или даже убить. Ничего человеческого ему было не чуждо, и бояться он совершенно не стыдился.
Чжань распростёр руки, выпуская чёрный дым из своего тела, позволяя тьме завладеть им, руководить его действиями. Ведь так он мог быть уверен, что никакая тварь даже близко к нему не сунется. Неожиданно мужчина ощутил, как болезненной судорогой скрутило внутренности. Из-за непроглядной темноты вокруг, он всё ещё не мог понять с чем имел дело. Но спустя некоторое время, позволившее глазам привыкнуть, первое, что увидел, это шевеление на полу. Скорее сотрясающуюся в спазмах кучу, больше напоминавшую сваленные в одно место использованные мешки из-под картошки, в которых держали живое, пытающееся вырваться на свободу существо. Он отодвинулся к стене, выбрав место посуше. По спине невольно скользнул холодный пот. Чжань бросил молниеносный взгляд в сторону, а вернув его к двигающейся куче, заметил, что у той вдруг отросли конечности, напоминавшие чем-то искорёженные ветки дерева, которые сейчас, опираясь о пол, старались вытянуть и крючковатое тело вверх. Содрогнувшись от омерзения, Чжань начертил в воздухе прямо перед собой сложный, вспыхнувший красным символ и бросил его в противника. В ответ раздался такой громкий и резкий свист, отчего тут же заложило уши. Неожиданно в воздух взмыла тёмная, непонятная масса и принялась кружиться, медленно распадаясь на отдельные части, больше похожие на рой взбесившихся мошек.
Они закручивались по спирали, то взмывая к потолку, то оседая внизу, стелясь по самому полу. Чжань снова выпустил из кончиков пальцев тьму, призывая её атаковать. До этого хаотично двигающиеся точки закружило ещё сильнее и те стремительно ринулись вперёд, стараясь дать сдачи и оттеснить его. Чжань отбивался изо всех сил, но эти мелкие пакостливые создания норовили заползти в уши, рот, забивали ноздри, стремясь проникнуть внутрь его тела, поработить, заставить сдаться. Они, получая отпор, ссыпались на пол, расплываясь по поверхности тонкого слоя воды чернильным пятном, отбрасываемые завитками тьмы, но после снова ломились в бой, противно соскальзывая с его тела и оставляя после себя склизкие дорожки на плечах, руках, концентрируясь у коленей, а после втягивались в новый нескончаемый поток. Чжань проморгался, стерев осевшую на глазах выедающую пыль. А пока он отвлёкся, дымный туман, роившийся возле него, едва не снёс с ног, стремясь повалить на пол. Мужчина еле устоял на ногах, при этом плотно сцепив зубы. Он уже не раз сталкивался с этой противной тварью, одолеть которую было совсем непросто. Сгустки тёмной энергии концентрировались в любом подходящем предмете или вещи, образуя водоворот из пыли, песка или даже предметов. И сейчас, в данном случае, ему оставалось порадоваться, что атаковали только мошки, наверняка поселившиеся в мешках с прогнившей картошкой.
- Да что ж всё через задницу то, а? Где, эти, мать их, талисманы?
Чжань похлопал себя по карманам, спустя мгновение издав победный вопль. Он рывком бросился к одной из стен, упираясь в холодную шершавую поверхность лопатками, а после, зажимая в руке извлечённый им клочок исписанной иероглифами бумаги, пробормотал про себя несколько заклинаний и направил его в сторону резвившейся чёрной дымки. Звук от соприкосновения талисмана с этой копошащейся массой едва не лишил сознания. Свистящий, резкий, он ввинчивался в мозг, буквально сбивая с ног. Но Чжань видел, как кучкующийся туман заметно съёжился, а после рухнул на пол чёрным пятном, расползшимся по всему помещению. Мужчина жался к стене, но потусторонняя лужа всё равно коснулась носков ботинок, а после затекла под подошву, и он вскрикнул, будто ужаленный. Ноги словно искупали в безжалостном пламени беспощадного огня. Чжань не в силах терпеть боль, упал на колени, опалив кожу и на ладонях, которыми упёрся в пол. Чёрная жижа, на последнем издыхании, даже и не думая сдаваться, сгустилась вокруг него, оплетая конечности, жаля и кусая, отчего Чжань сцепив зубы, терпя невыносимую боль. Он с трудом пробормотал очередное заклинание, хотя невыносимо хотелось кричать. Клубившаяся тьма, стремительно вырвавшаяся из его тела откликнулась на призыв, завибрировала и яростно хлынула вниз, отсекая растёкшуюся лужу от своего хозяина. Та в мгновение ока скукожилась, уменьшилась в размере под давлением более сильного противника и вдруг раздался громкий хлопок. Чёрная жижа взорвалась прямо на полу, хлёстко ударив по дрожащим пальцам мужчины, из которых немедленно хлынула алая кровь.
- Сука.. – взвыл Чжань – больно же. - Тьма ласково ластилась к его телу, облепляя израненные конечности, холодом прогоняя боль. Чжань смог облегчённо выдохнуть, пробормотав. - Спасибо.
Он с трудом поднялся на ноги и осмотрел весь тот кавардак, что устроило существо. Вот за что он не любил свою «работу», так это за то, что та была неожиданной и хер его знает каким местом могла повернуться в любой момент. Хмурясь и тяжело вздыхая, мужчина направился вверх по ступенькам, всё-таки несколько раз соскользнув вместе с поехавшей землёй с одной из них. Выйдя наружу, Чжань зажмурился от ослепившего его солнечного света.
- Блять..
Глаза открыть было невозможно. Те слезились и резали так, будто по ним с садистким удовольствием водили бритвой. Почти на ощупь он смог добраться до ближайшего дома и вновь постучал в дверь. На этот раз открыли сразу. Его втянули внутрь и немедленно провели к умывальнику. Чжань благодарно кивнул и тщательно умылся ледяной водой. После этого действительно полегчало. Не так чтобы очень, но жить было можно. Он низко склонился и сделал несколько глотков прямо из крана, вода хоть и отдавала хлоркой, зато сухость и горечь, пёкшие и царапавшие горло, отступили. Распрямившись, мужчина приоткрыл глаза, хоть всё ещё пощипывало. Вернувшись в хозяйскую гостиную, он застал сидящую на диване женщину, которая не сводила с него взгляда.
- Всё? Оно.. больше..
- Да, - подтвердил Чжань – вам не о чем беспокоиться...
- Но.. что это было? – хозяйка медленно поднялась и подошла ближе, заглядывая спасителю в глаза.
- Что бы это ни было, – ушёл от прямого ответа Чжань – вам не стоит переживать об этом. А мне, боюсь, уже пора..
***
Не разуваясь, Чжань прошёл в комнату и, завалившись на диван, ногой попытался включить свет. Зря. Яркая вспышка ударила по чувствительным глазам, и от резкой боли, он вскрикнул, матерясь на чём свет стоит. Издержки профессии, мать его! Есть хотелось немилосердно. С самого утра у него маковой росинки во рту не было. Мужчина нехотя поднялся и поплёлся в сторону кухни, открыв абсолютно пустой холодильник. В очередной раз чертыхнувшись и с трудом протолкнув скопившуюся в ожидании еды слюну, Чжань прислушался к безжалостному урчанию живота. Идти в магазин хотелось меньше всего, да и поздно было, а ближайший круглосуточный был от него так же далёк, как и звёзды на небе. Решив, что и кофе вполне достаточно, он заварил себе кружку и вместе с ней вернулся на диван. По хорошему следовало бы поспать, но Чжань понимал, что уснуть никак не сможет. Ведь уже завтра он увидит Ибо. Страх сковывал конечности, но предвкушение от долгожданной встречи будоражило больше. Ему было жутко интересно, каким стал его возлюбленный. Изменился ли он в этой жизни, или его ждал всё тот же белокурый красавец с сияющим взглядом своих невероятных глаз. Хотя Чжань не мог не думать о том, что Ибо, при виде него, даже не вспомнит о нём. Он боялся увидеть этот равнодушный взгляд, каким смотрят на незнакомца. Мысли хаотично скакали в голове, не давая никакого покоя уставшему телу.
- Так, стоп! – Чжань сел ровнее и задумался. Ведь если ему придётся стать напарником Ибо, то нужно, как минимум, разобраться в том, какое дело сейчас тот вёл. Иначе вся его сказочка, придуманная Мирой, рухнет как карточный домик в один миг. Эта лисица хоть и явно воспользовалась не совсем честным способом, чтобы впихнуть его в отдел, но сейчас просрать шанс и допустить то, чтобы его выперли в первый же день, тоже не хотелось. Чжань торопливо схватился за телефон, набирая номер подруги.
- Вообще-то я уже спала, – прозвучал в трубке недовольный голос.
- Не вешай мне лапшу на уши, крошка, – рассмеялся Чжань – я вот что подумал. Мне нужны все последние дела, которые вёл и ведёт Ибо. Сможешь достать?
- А где волшебное слово, м? – хоть тон и был ворчливым, но Чжань явственно слышал, как Мира торопливо защёлкала по клавиатуре и усмехнулся расторопности подруги – Скину тебе на почту. Твой благоверный ведёт сейчас два.
- Откуда у тебя доступ? – Чжань не мог не спросить.
- Много будешь знать, быстро состаришься, – фыркнула девушка.
- Не смешно, - буркнул Чжань – мне чуть больше ста, не забыла? А ты только глянь на меня. Каков красавчик, больше двадцати пяти и не дашь.
- Засранец, – ласково попеняла Мира и хмыкнула – сиди и вникай. А мне пора. – трубка запиликала гудками, и Чжань, отложив мобильник в сторону, придвинул к себе ноутбук. Ночь предстояла длинная.
С комфортом и с очередной чашкой кофе он уселся за стол, принимаясь ковыряться в папках, сброшенных ему на почту. Не обращая внимания на даты убийств, он нашёл сразу же истории потерпевших. Просидев не меньше двух часов, стараясь вникнуть во всякие мельчайшие детали, Чжань отвёл уставшие глаза от монитора и потёр переносицу.
- Эти дела точно связаны между собой.. способ убийства, возраст жертв, только вот.. - что-то настораживало, но он слишком сильно вымотался, чтобы ещё посреди ночи вникать в дела.
Поняв, что мозг уже просто не в состоянии обрабатывать какую-либо информацию, Чжань поднялся, потянувшись во весь рост, чтобы размять затёкшие мышцы, и двинулся в сторону ванной комнаты.
***
Ибо наконец проснулся. Медленно поднимая веки, которые казались налитые свинцом, он взглянув в сторону окна, прикрытого жалюзи. В палате основной свет оказался выключен, но освещения от пары небольших торшеров, стоящих на прикроватной тумбе, было вполне достаточно, чтобы понять, где он находился. Его настигло чувство дежавю. Ибо медленно поднял руку, потрогав кончиками пальцев перевязанную бинтами шею. На удивление та не болела, хотя наверное из-за адского количества обезболивающих. Те значительно туманили разум, и мужчина не мог в достаточной мере сконцентрироваться ни на чём конкретном. Перед глазами всё плыло и от этого тошнота медленно подкатывала к горлу.
- Пришёл в себя? – дверь в палату тихо скрипнула и на пороге застыл старший Ван – Хорошо. Я рад, – он прошёл к койке и опустился на стоявший рядом с ней стул – тебя несерьёзно задело. По касательной. Хотя кровищи было столько, что я успел испугаться, думая, что потерял тебя. Но когда ты упал, удар на затылок пришёлся сильный. Поэтому врачи говорят, что возможна кратковременная потеря памяти, но это не страшно.. потом всё..
Ибо сначала не понимал, о чём говорил отец, потому что даже думать было тяжело. Он медленно открывал и закрывал глаза, пытаясь сообразить, вспомнить что произошло. Его снедало такое чувство, будто он упустил что-то очень важное. Точно.<i> «Пинг..»</i> Ибо вспомнил безжизненный взгляд напарника и друга. Это было последним, что он видел перед отключкой.
- Что с Пингом? – прохрипел Ибо. – Он жив? Его удалось спасти?
Его отец нахмурился, а лицо мужчины потемнело.
- Его нет больше с нами. Он погиб на месте. И я не понимаю, как сказать об этом его матери...
«Точно.. она же с ума сойдёт. Пинг ведь был её единственным ребёнком» подумал Ибо и несколько раз побился головой об подушку. Он снова облажался. Вина, ответственность и стыд – все эти чувства одновременно накрыли его лавиной, и под её неподъёмной тяжестью он начал задыхаться. Невидимые руки сдавливали голову и шею будто в тиски, а воздуха становилось всё меньше. Паника накрывала сильнее, и ему пришлось хватать воздух приоткрытым в беззвучном крике ртом. Всё то, что годами копилось и сидело внутри него, зрея и отравляя жизнь, вышло из-под контроля, а осознание случившегося заполонило разум. Не осталось ничего, всё было разрушено, все те рамки и границы, что он бесконечно воздвигал, его самоуверенность, оказались начисто стёрты. Ибо думал, что он погребён под толстым покровом снега, переломанный, подавленный этим ужасающим натиском и мощью, без единой толики надежды выбраться самому. Ведь под толщей безжалостного ледяного слоя не слышно криков. Виски сдавило болью, а из глаз брызнули предательские слёзы. Вконец обессилев, он снова впал в забытье.
Спустя некоторое время Ибо вновь пришёл в себя. Парень чувствовал себя странно, будто завис где-то между сном и реальностью, не имея понятия сколько прошло времени. Отца в палате уже не было, но это было к лучшему. Всё равно он не мог ни на чём сосредоточиться. Что-то такое, помимо смерти напарника, противно зудело в голове, но что именно, парень так и не смог понять. Ему казалось, что он забыл что-то настолько важное, что если не вспомнит, не сможет нормально жить. Хотя это было вряд ли возможно. По его вине погиб лучший друг. И теперь, как бы он ни старался, этот несмываемый след навсегда отпечатался в его душе. Это расплата за чрезмерную самоуверенность и местами твердолобость. В голове была полнейшая неразбериха, будто он завис в вакууме, который не пропускал звуков извне. Ибо наблюдал за собой как будто со стороны. Ему в миг почудился неясный, еле уловимый силуэт, склонённый над постелью, ладони, которые крепко держали его собственную руку. Он словно ощущал всё это наяву. Их теплоту, которая топила ворох снега, под завалами которого он находился. Ибо боялся только одного, что это фантомное присутствие исчезнет, что его руку отпустят и этот незримый человек покинет его навсегда, оставляя одного, беспомощного, разбитого, раздавленного замерзать в этом холоде. Ибо решил, что ему любой ценой нужно выбираться из ступора и сковавшего оцепенения. И он честно старался. Изо всех сил, так отчаянно, как утопающий, который провалился под тонкий лёд. Вода была безумно ледяной, но в то же время обжигающей как кипяток, а острые края льда всё время норовили обламываться под цепляющимися за него пальцами, но он упорно продолжал, как самый настоящий безумец, которому нечего уже терять, пробираться наверх, к свету, к жизни. К этому неясному силуэту.
- Не уходи.. – из последних сил прошептал Ибо, мечась по постели – не оставляй меня.. я не могу вспомнить.. кто ты... - крупные капли слёз выступили в уголках глаз и торопливо побежали по бледным щекам. Он никогда не позволял эмоциям брать верх над собой, но сейчас эти горячие слёзы приводили его в чувство, возвращали в реальность – останься.. со мной...
Память услужливо подкидывала картинки того, как кто-то нежно прикасался к его векам, стирал бесконтрольно выступающую влагу и бесконечно шептал ласковое «я здесь.. я рядом..»
- Я слышу твой голос, – хрипел Ибо – и обещаю, я вспомню.. дай мне только время...
***
Чжань с папкой, зажатой подмышкой, с утра пораньше уверенно вошёл в отделение полиции и под заинтересованные взгляды, которыми его встретили, прямиком направился в сторону кабинета капитана. Он постучал и, когда ему разрешили войти, толкнул дверь, смело шагая через порог.
- Утро доброе, - поприветствовал Чжань сидящего в кресле мужчину – господин Ван, меня зовут..
- Я знаю кто вы, - перебил его тот – присаживайтесь.
Чжань с затаённым интересом рассматривал человека, который в далёкой прошлой жизни разрушил их с Ибо счастье, не позволив им стать счастливыми. Он не таил на него обиды, вся злость и ненависть уже давно улеглись в его душе. Сейчас было просто любопытно. А помнит ли этот человек хоть что-нибудь? «Да вряд ли...» Господин Ван смотрел на него всего лишь с деловым интересом, и во взгляде не было ни толики узнавания. Чжань успокоился и опустился на предложенное место, протянув документы. Капитан чисто только из вежливости раскрыл взятую им папку, а после негромко хмыкнул.
- Да уж, - наконец сказал он – ну и навели вы шороху с вашим переводом ко мне в отдел.
- Простите за это, – Чжань улыбнулся и расслабленно откинулся на спинку – мой прежний.. – сделал заминку он – шеф.. сильно переживал за меня. И рьяно хотел помочь.
- Почему же, позвольте узнать, вы решили перевестись к нам? – Капитан рыскал взглядом по красивому лицу напротив, а в голове билась одна единственная мысль «Я его точно откуда-то знаю»
- Ну как, - пустился в пространные объяснения Чжань – работа мне нравится, это во-первых. Во вторых, участок близко к дому, а я не любитель, знаете ли, мотаться из одного конца города в другой, ну а в..
- А вы знаете себе цену, - перебил его господин Ван – вы очень самоуверенны и себялюбивы.
- Ну что есть, того не отнять, – рассмеялся Чжань – если же я вам не подхожу...
- Ну почему же, – возразил Ван Сяолун – очень даже подходите. Тем более, за вас так просил мой давнишний друг, которому я кое-чем обязан. Тем более..
- Да, господин Ван, я весь во внимании.
- Понимаете, мой сын, Ибо, который тоже служит у меня в отделе, он конечно же хороший следователь, но оболтус каких поискать. Он слишком неуправляемый и почти не слушается меня..
- Разве он как ваш подчинённый не должен выполнять приказы безоговорочно? – удивился Чжань.
- Должен, – вздохнул мужчина – в этом вся и сложность работы с родственниками. Ибо, - капитал замолчал, обдумывая, стоит ли делиться личным - понимаете, мой сын относится ко мне предвзято. У нас не очень тёплые отношения и пацан винит меня в, так сказать, личном.. признаюсь, я и правда виноват, но он с тех самых пор совершенно ни во что меня не ставит. И только потому, что он хорош в своём деле, я держу его подле себя.
- Я понимаю, – на самом деле Чжань ни черта не смыслил о том, что именно хотел до него донести отец Ибо.
- Напарник моего сына, - между тем продолжал Сяолун – буквально вчера погиб на задании..
- Да вы что? – ужаснулся Чжань.
- Мда... мой сын тоже сейчас в больнице, так как он получил ранение...
- Ибо в больнице? – подскочил с места Чжань, не сумев сдержать чувств – Как он? Что с ним?
- Успокойтесь, господин Сяо. Жить будет.
Чжань снова примостился в кресле, нервно заламывая руки у себя на коленях. Вот чего он не ожидал, так это таких новостей. Он поёрзал на месте, пока капитан углубился в чтение его досье, по всей видимости состряпанного Мирой, а после подсунул ему несколько листков на подпись, сказав о том, где он сможет получить табельное оружие и значок.
- Добро пожаловать к нам, боец. Надеюсь, когда Ибо вернётся с больничного, вы сработаетесь.
- Я тоже на это надеюсь, - пробормотал Чжань, вставая и пожимая протянутую ему руку.
***
Пока Чжань постепенно вникал в дела, благоразумно решив в больницу не соваться, Ибо медленно шёл на поправку. Тело выздоровело быстро, но вот душа болела до сих пор. Он был растерян, дезориентирован и не понимал как в таком состоянии возвращаться к работе. Но чувство долга и ответственность всё же перевесили. Одиночество и скуку как мог скрашивал старший брат, с завидной регулярностью появлявшийся на пороге палаты ближе к обеду. Он просиживал почти до самого ужина, чтобы потом исчезнуть до завтра. Ибо не понимал его и этого никому ненужного упорства. Они никогда особо не были близки, а сейчас общества Тао и вовсе не хотелось. Но брат был неумолим. Он за каким-то чёртом ежедневно приходил к нему и, сидя в кресле у койки, нёс сущую околесицу, заполняя долгие паузы со стороны самого Ибо. Когда пришло время выписываться, Тао появился вновь. Ибо скривился, но старший или сделал вид, либо же и правда не заметил. Он помог собрать его вещи и с самым загадочным выражением на лице всучил Ибо выписку, а потом, словно маленького, повёл за собой по длинному больничному коридору на выход.
Ибо всё ещё испытывающий слабость, весь вспотел пока шёл. Ноги дрожали, а голова кружилась и ему пришлось ухватиться за стенку, чтобы позорно не свалиться на пол. Тао обернулся на него и, понимающе хмыкнув, подошёл ближе, подставляя плечо. Ибо нехотя ухватился за него, благодарно кивнув. Это было унизительно. Оказавшись на свежем воздухе, ему полегчало. Он отстранился от Тао и уверенно перехватил у него сумку, закидывая к себе на плечо.
- Мне так-то было не трудно, – попенял ему старший, на что Ибо только нахмурился – ну что ты как колючка какая-то, - рассмеялся Тао – кстати, братец, у меня для тебя сюрприз.
- И какой же? – без особого интереса тот косо взглянул на светящегося брата.
- Вот приедем домой, увидишь..
- Я хочу к себе домой, – настоял Ибо – к вам не поеду.
- Я твой дом и имел ввиду. Но ты мог бы первое время.. - может Тао и хотел было возразить, но ледяной колкий взгляд заставил его заткнуться и раздражённо повести плечом – ну как знаешь.
Добравшись по пробкам до района, в котором находилась квартира Ибо за полтора часа, младший был выжат как лимон. Конечно, ему предписывалось ещё какое-то время провести дома, чтобы окончательно восстановиться, но он решил, что не сможет сидеть в четырёх стенах и бесконечно загоняться по поводу случившегося. Тао, естественно не одобрил принятого им решения, но и повлиять на младшего был не в силах. Никогда не мог, если быть точнее. Ибо всегда был упёртым и делал только так, как хотел сам. Выйдя из такси, Тао направился к парковке, а Ибо растерянно посеменил вслед за ним, не понимая куда его ведут, а главное зачем.
- Сейчас увидишь, - рассмеялся старший и, остановившись на месте, указал рукой направление. Ибо проследил за ним взглядом и обомлел. На солнце, сверкая чёрно-зелёными боками стоял новёхонький, наверняка стоявший как вертолёт, байк. Он неверяще качнул головой, а после в упор уставился на ухмыляющегося братца.
- Это что?
- Ты после ранения что ли забыл как называются вещи? – поддел он – Это байк и он твой.
- С хера ли? – не поверил Ибо, с сомнением посматривая на Тао.
- Мы с отцом решили сделать тебе подарок по твоему возвращению. Так что просто "Спасибо" будет достаточно.
- Я не приму его, - упёрся Ибо – он очень дорогой, а вы..
- А мы всего лишь хотели тебя порадовать. – разозлился мужчина – Перестань вести себя как неблагодарная скотина. Просто прими это и всё.
***
Как бы Ибо не рвался на работу, в отдел он смог пойти только ещё пять дней спустя. Ноги окончательно перестали дрожать, а в руки вернулась сила. Почувствовав себя значительно лучше, Ибо бодрячком подскочил с утра и направился в душ. Выпив пару кружек крепкого бодрящего кофе, он схватил ключи от байка, который всё же принял в качестве подарка, и выйдя из подъезда, двинулся в сторону своего припаркованного железного коня. Ещё вчера вечером он думал о том, что у него будет новый напарник и размышлял, кого же отец назначит ему в пару. Но тот, позвонив, сообщил, что у них в отделе появился некто новенький, тот самый Сяо Чжань, о котором он говорил ему ранее. Ибо пожал плечами, впервые слыша это имя, и решил, что так тому и быть. Чжань так Чжань, не всё ли равно?
Натянув шлем, он завёл мотор, выжав газ на максимум, и пулей помчал в отдел, оставляя за собой клубы взвившейся в воздух пыли. Скорость - была ещё одной его слабостью. От неё у него сносило крышу. Раньше он спокойно относился к двухколёсному транспорту, но после случившегося, объездив новинку, понял, что именно пролетая по улочкам, мог не думать ни о чём, тяжёлые мысли отпускали его, позволяя хоть на мгновение стать свободным и счастливым. Адреналин, который вырабатывался во время поездки, пьянил получше любого алкоголя. Набирая скорость всё больше и больше, он буквально летел по трассе, виртуозно обгоняя одну машину за другой. Ибо притормозил возле любимого кафе, которое находилось в нескольких сотнях метров от полицейского участка, решив, что не против ещё одной чашечки кофе. Паркуясь, он чуть было не наехал на молодого мужчину, перебегающего дорогу, но вовремя выжал тормоз. Проматерившись про себя, Ибо заглушил мотор, и снимая шлем, тряхнул головой. Взъерошенные тёмные, с медовыми вкраплениями пряди красиво улеглись волной, а он сам внимательно изучал ошарашенное лицо незадачливого пешехода, которого только что чуть не угробил.
- Прости, я тебя не заметил, – проговорил Ибо, но парень, во все глаза смотревший на него, не отвечал, просто стоял и глядел. «Больной какой-то что ли?» решил мужчина «Или в штаны со страху наложил» Чувствуя за собой вину, он сполз с байка и подошёл ближе – эй, ты меня слышишь?
Чжань же стоял ни жив, ни мёртв. Чего он никак не ожидал, так это вот такой встречи. Неожиданной, спонтанной, даже опасной, но очень долгожданной и желанной. Мужчина не мог поверить, что сейчас перед ним находился его возлюбленный собственной персоной, ставший ещё прекраснее, чем он запомнил. Чжань не слышал и слова из того, что тот говорил, он не мог оторвать восторженных глаз от переливающихся на солнце волосах, теперь тёмных, на сверкающих раздражением тёплых карих глаз, на пухлых губах, которые когда-то давно он так страстно целовал. Осознание, что это его Ибо, его любимый и дорогой человек, ради которого он пошёл на сделку с самим дьяволом, весь из плоти и крови, стоял рядом, стоило только протянуть руку. Всё внутри обрывалось от счастья, а дышать было невозможно от слова совсем. Он ведь так долго ждал, так долго искал, и вот он – его сердце, душа, любимый. Ибо.. Рука непроизвольно дёрнулась, но Чжань с трудом подавил в себе порыв, помня про то, что он сам сейчас всего лишь незнакомец для него, чужак.
От этого во рту стало кисло, а внутри взыграла такая непомерная обида, что едва не снесло крышу. Хотелось закричать от несправедливости, завопить от разочарования, но он благоразумно сдержался. Как бы там ни было, тьма не обманула, а судьба дала им второй шанс и мужчина знал, что больше его не упустит. И если Ибо влюбится в него, то они смогут быть вместе до скончания времён.
- Эй, с тобой точно всё хорошо? – голос Ибо, низкий, глубокий, стелившийся словно бархат, такой родной проникал в сознание, и мужчину растащило по полной. Ему так хотелось прижать Ибо к груди, баюкать в объятиях, забрать у целого мира и спрятать только для себя. "Не время" каркнуло подсознание.
- Ничего страшного, – выдавил из себя Чжань - я.. я сам виноват, переходил в неположенном месте.
- Впредь так не делай, - наставительно заметил Ибо и, больше не глядя на него, направился в сторону кафе.
Бросив взгляд на часы, он решил, что у него вполне себе есть ещё время на то, чтобы вместе с кофе перехватить и горячую булочку, поэтому он с комфортом уселся на своё любимое место напротив окна, откуда можно было понаблюдать за всем, что происходит вокруг. К нему тут же подошла симпатичная официантка и предложила меню, от которого Ибо сразу же отказался, заказав только кофе и булочку, как и хотел. Ожидая, пока принесут заказ, Ибо склонился над столом и залез в телефон, проверив все свои соцсети. Было странно не видеть сообщений от Пинга, коими тот закидывал его с раннего утра. Ибо знал, что его ещё долго не отпустит и лишь тяжело вздохнул, а после посёрфил вэйбо, но когда ничего нового для себя не обнаружил, отложил мобильник в сторону и прикрыл глаза, как вдруг его уединение было наглым образом прервано.
- Я могу присесть? – мягким, но в то же время очень, как бы правильно сказать, чарующим голосом спросил нарушитель спокойствия.
Ибо открыл глаза, увидев того самого незнакомца, которого он несколькими минутами ранее едва не снёс своим байком. От неожиданности, парень подскочил с места и как итог со всей дури впечатался коленом об стол, который тоже исполняя наравне с ним акробатический трюк, подпрыгнул вверх.
- Да ёб твою мать! – вырвалось у Ибо.
- Аккуратнее, бао... – Чжань немедленно бросился к нему, хватая парня за плечо и помогая удержать равновесие. Мимолётное касание вызвало электрическую щекотку, пробежавшую по коже. Хотелось натурально завыть. Случайно вырвавшееся слово встало поперёк глотки, но увидев, что Ибо не обратил на него внимания, он облегчённо вздохнул.
- Спасибо, - буркнул Ибо, отстраняясь от чужой руки.
Чжаня едва не перекосило от этого жеста, но он вынужден был держать лицо, потому что знал, что так будет. Смиренно вздохнув, мужчина пожал плечами. Ему лишь хотелось набраться сил и терпения, а ещё предстояло включить всю силу своего обаяния, чтобы тот хоть как-то заинтересованно взглянул на него.
Видя заминку, Ибо осмотрел кофейню на наличие свободных мест, которых было в достаточной мере, но посчитал невежливым отказать, поэтому бросил.
- А, да, садись.
- Не люблю есть в одиночестве, - прокомментировал Чжань, смотря на отстранённо жующего булку Ибо.
- Прости, бро, - отстранённо покачал головой тот – но всегда есть с тобой не смогу. Надеюсь только, что ты с голоду не помрёшь.
Поняв, что сморозил чушь, он исподлобья взглянул на собеседника, но тот только тепло улыбнулся и протянул свою руку, со словами.
- Давай знакомиться.
- Ибо. Точнее, Ван Ибо, – маленькая ладошка утонула в его огромной лапище и почему-то этот контраст сильно взволновал. Ибо поперхнулся и, чуть замявшись, продолжил – ну а ты?
- Сяо Чжань, – представился мужчина в ответ, следя за реакцией возлюбленного. Но ничего не смог отыскать на его невозмутимом лице, лишь только в глазах что-то такое блеснуло, а потом тот воскликнул.
- Сяо Чжань.. Чжань.. что-то знакомое... подожди-ка.. – Ибо подался вперёд и мужчина еле сдержался, что бы не зацеловать любимую мордашку. Он бы целовал и целовал, пока Ибо не вспомнил бы его, а потом.. – ты же теперь мой напарник, верно? Отец говорил.. – перебил Ибо его мысли и Чжань с широкой улыбкой кивнул.
- Верно.
- Ну тогда эта сама судьба, – пробормотал Ибо, смущённо уткнувшись в кружку. <i>«Хуйня это всё»</i> противореча своим же словам подумал он. «Нет никакой судьбы. По крайней мере, я в неё не верю.»
***
Взгляд «убить всё живое», расхлябанная походка и дикий оскал, смотревшийся на лице слишком уродливо, отпугнули бы кого угодно. Но мужчине, вошедшем в тёмную комнату, в которой была только одна кровать и та занятая связанным телом, было решительно наплевать. Он, медленно переступая и растягивая удовольствие от представшего вида, подошёл ближе и дрожащими кончиками пальцев провёл по напрягшемуся плечу.
- Не надо бояться меня, – прошептал он, низко склонившись к уху очередной жертвы – я не собираюсь тебя убивать, – после небольшой паузы, он добавил – пока.. не собираюсь. С помощью тебя я стану сильнее и смогу отомстить ...
Когда мужчина вышел из комнаты, Лифен облегчённо выдохнула и прикрыла глаза, втайне рассчитывая, что пока тот с её помощью не сможет привести свой план в действие, он сохранит её жизнь.
***
После смерти тётки, мать Лифен, вместе с ней и её младшей сестрой унаследовали дом в Пекине. И казалось бы, живи да радуйся, сменив старые, разваливающиеся трущобы на комфортное место, но радость была недолгой. Мать захворала и довольно скоро слегла, а после тщательного обследования, на которое они с сестрой спустили часть унаследованных денег, выяснилось, что та больна. У неё обнаружили рак. Это стало ударом для двух юных девушек и если старшая ещё как-то держалась, то младшая, которой только только исполнилось восемнадцать, окончательно пала духом. Лифен поддерживала сестру как могла, и на семейном совете девушки решили, что их матери лучше всего находиться под постоянным присмотром врачей, и они, заплатив немалую сумму, определили женщину в стационар. Лифен пришлось бросить учёбу в университете и устроиться на работу, потому как ей пришлось взять все тяготы по оплате счетов за дом и покупки еды на свои хрупкие плечи, благо, что за лечебницу деньги списывались со счёта, оставленного тёткой, но и тех надолго не хватит.
Пока младшая, которой Лифен не позволила бросить университет, бегала на занятия, она сама впахивала до седьмого пота в ближайшем от дома супермаркете, а по вечерам тащилась, едва не падая от усталости в бар, чтобы обслуживать столики и натянуто улыбаться захмелевшим, хорошо хоть не распускающим руки мужчинам. И вот в один из дней, когда она едва не валясь с ног, поднесла напитки к одному из столиков, её руку схватил незнакомый, довольно симпатичный мужчина и мягко заметил.
- Тебе бы отдохнуть. Я вижу, что ещё немного и ты упадёшь.
- Не время для отдыха, – покраснела Лифен и осторожно освободилась из захвата крепких пальцев – у меня смена ещё продлится два часа.
- Разреши мне тебя проводить после? – незнакомец смотрел внимательно, оценивающе, а девушка невольно заливалась краской от чрезмерного внимания к своей персоне.
- Я не думаю, что стоит... – неуверенно произнесла она и отошла от столика, немного разочарованная, потому что на самом деле ей хотелось.
У Лифен, из-за возложенных на себя обязательств, катастрофически не хватало времени на личную жизнь, но её юное тело требовало тепла, участия и ей эгоистично хотелось переложить часть ответственности хоть на кого-то, чтобы вздохнуть. До конца смены она с интересом, нет-нет да и поглядывала на незнакомца, который упорно не желал уходить, явно надеясь на её согласие. И когда оставалось всего несколько минут до окончания работы, Лифен поглубже вздохнула и решительно направилась к нему.
- Если ты хочешь ещё меня проводить, то через десять минут я буду готова.
Улыбка осветила симпатичное лицо и парень согласно кивнул, кладя на стол купюру, которую та подхватила, унося к барной стойке, чтобы отдать бармену. Если бы только она знала, что эта встреча начисто перевернёт всю её жизнь, Лифен бы бежала в тот вечер из бара как можно дальше и наглухо закрылась бы за семью замками, но незнакомец не проявлял агрессии, лишь только выражал заинтересованность и дружеское участие, на которое она, на свою беду, повелась.
***
Лифен не знала, сколько времени пролежала связанной. В голове шумело от удара, виски ломило, а перед глазами расплывалось. Она попробовала пошевелить затёкшими руками, ощутив лишь, как закололо кончики пальцев. Девушка от ужаса сухо сглотнула, не зная, доведётся ли ей ещё хоть раз в жизни увидеть свою семью и солнце, но пока она была всё ещё жива, а значит шанс, пусть и совсем крохотный, у неё оставался.