Глава 31
«Начните оттуда, где вы сейчас находитесь. Используйте то, что у вас есть и делайте всё, что можете.»
~~~
Лиса глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться. Ну конечно же это ошибка, иначе и быть не может. Ни о каком поклоннике и речи не идет, всё чушь.
– А хотите, я вслух зачитаю. Ох, там наверное что-нибудь романтичное, стихи например, – ректор развернула сложенную бумажку.
– Не надо, – охрипшим голосом проговорила девушка, – это не мне, адресом ошиблись, понимаете?
– А что это ты так яростно отпираешься? Любой бы приятно было на твоем месте. Никак что-нибудь неприличное тебе написал?Ну-ка, сейчас глянем, – женщина надела очки и принялась читать вслух, – Дорогая Лисочка, ты куда пропала, почему так долго не появляешься? Я весь извелся, думал, с тобой случилось что. В любом случае, надеюсь, что все хорошо. Я с твоим дядей письмо передал, ему сказал, что ты в пятницу будешь с нами День Рождения друга отмечать, на самом деле мы в квартире одни остаемся, потому что мои родители ещё три дня назад уехали. Не забудь, ты обещала, что мы проведем ночь вместе. Надеюсь, будет так же волшебно, как в прошлый раз. Меня только один вопрос волнует, где ты всему этому научилась? – наступила секундная пауза, ректор подняла глаза.
– Я... Ни с кем... – девушка судорожно вдохнула, чувствуя, как изнутри начинает бить крупная дрожь, – Что вы такое говорите...
– Да ладно, хватит . Я работаю в университете уже сорок лет, детей насквозь вижу. Тут все прекрасно понятно. И я бы на месте твоего дяди всыпала бы тебе по первое число, чтоб не повадно было.
– Не беспокойтесь. Соответствующие меры будут приняты, – послышался за спиной Лисы ледяной голос, – Пошли. И извинись за то, что завтра придётся тебе посидеть дома. В воспитательных целях.
– Но я ведь... Черт, как глупо, неужели не ясно, что не знаю я никакого поклонника! – задыхаясь проговорила девушка.
– Ещё б ты не отнекивалась сейчас, оно и понятно, – заметила ректор, положив письмо на стол, – вот, забери, мне оно не нужно.
Лиса, не обращая уже ни на что внимания, сунула бумажку в сумку с учебниками. Перед глазами всё расплывалось.
– Идём, – спокойно проговорил Чонгук, – Сейчас же.
Девушка, заламывая пальцы, последовала за ним. Едва дверь кабинета захлопнулась, Чон грубо сжал её запястье, не позволяя вырваться.
– Отпусти, пожалуйста, я правда не знаю ничего... Почему ты им веришь, а мне нет?
– У меня есть основания, – холодно проговорил демон, утягивая Лису за собой дальше по опустевшему после звонка коридору.
– Почему?.. Ты ведь должен знать, что я на такое не способна... Я помню всё, что ты говорил... Отпусти... Я не виновата, правда, – тихо бормотала девушка, захлебываясь слезами, и не в силах уже сдерживать дрожь.
– Замолчи, – Чонгук резко дернул её на себя и склонился к уху, – даже слушать не хочу твои жалкие оправдания. Поэтому будь добра, закрой рот и не зли меня ещё больше. Раздражаешь дико.
– Что ты собираешься делать? – убитым голосом проговорила Лиса.
– А разве не очевидно? – демон дёрнул на себя светлую дверь и впихнул девушку в туалетную комнату, – учить тебя хорошему поведению. Видно, все предыдущие уроки прошли даром. Придется, значит, переходить к более серьезным мерам. Раздевайся.
– П-подожди, – запинаясь, проговорила девушка, – прямо здесь? А если зайдет кто-нибудь?
– Твои проблемы будут. Быстро.
– Нет...
– Повтори, – Чонгук держался совершенно спокойно, по полыхающим алым глазам сразу становилось ясно, в каком он состоянии. То единственное, что успела усвоить девушка.
– Нет. Я не виновата ни в чем. И хватит уже с меня твоих пыток, лучше убей сразу, – неожиданно для себя сдавленно проговорила Лиса.
Демон резко притянул её к себе за запястье и бесцеремонно заломил руку. Послышался непонятный хруст, девушка даже не сразу поняла, что случилось, прежде, чем по пальцу ударила безумная боль. Лиса глухо застонала.
– Ещё один палец сломать, или слушаться будешь? – скучающе проговорил Чонгук.
Девушка была не в силах ответить. Её била сильная дрожь, и в наступившей тишине прерывистое сбитое дыхание было слышно особенно отчетливо. Через несколько секунд вновь послышался хруст. На этот раз, чтобы не закричать, Лисе пришлось зажать рот свободной рукой. Маленькие коготки прочертили на щеке пару красноватых полосок.
– Прекрати, – сдавленно попросила она, – Если тебе надо доказать, что я не виновата, я буду терпеть. Потому что я не хочу, чтобы ты думал обо мне так...
Снова хруст, от боли даже в глазах потемнело. Хотя вроде бы всего лишь палец сломанный... Всё бесполезно, он даже слушать не хочет. Девушка дёрнулась, пытаясь вырвать руку, но Чонгук, не говоря ни слова заломил сильнее запястье. Лиса закусила пересохшую губу, пытаясь разобрать хоть что-то сквозь изнуряющий гул в голове. Связно говорить она уже не могла, все силы уходили на то, чтобы пока ещё держаться на ногах и не кричать от боли, глотая слезы.
В следующий момент девушка ощутила, как Чон резко дернул её за волосы. Значит, надоело играть... Лиса оказалась крепко прижата лицом к стене. Демон бесцеремонно задрал её юбку, не позволяя сопротивляться. Девушка словно сквозь туман услышала звук расстегивающейся молнии и задрожала всем телом. Неужели он действительно собирается... В подтверждение своих догадок она тут же почувствовала дикую боль, но вырваться Чонгук не позволил, крепко сжав бедра.
В глазах застыли слезы. Почему же... Почему всё так вышло... Лалиса тихо всхлипывала до боли кусая губы, но демона это не трогало. Девушка даже сопротивляться перестала, она просто беспомощно поскуливала, прижимаясь щекой к холодной грязной стенке. Перед глазами всё затянулось какой-то красноватой дымкой. Только бы это поскорее закончилось...
Наконец демон отпустил.
– У меня дела ещё есть. Заберу тебя после занятий, тогда и продолжим, – равнодушно проговорил он.
Лиса, все ещё прижимаясь к стене, дрожащими руками оправила юбку.
– За что ты так со мной... – хрипло проговорила девушка, но Чонгука рядом уже не было.
Значит, можно и не сдерживаться больше. Лиса медленно сползла на пол и закрыла лицо руками, содрогаясь от рыданий. На душе осталась какая-то мутная жгучая боль и ощущение давящей невыносимой безысходности.
– Мамочка... Что же я натворила... – тихо прошептала девушка, обводя контур шрама на щеке.
Да будь он проклят.
Лиса уже пятый раз обливалась ледяной водой из-под крана, но все никак не могла прийти в себя. Чтобы забыть о сломанных пальцах, пришлось наглотаться обезболивающего, как раз на такой случай лежавшего в сумке. Она не представляла, как сможет вытерпеть предстоящие занятия, когда так хотелось сбежать куда-нибудь далеко, и чтобы никто не трогал. Умереть хотелось... Теперь уже насовсем. Девушка только теперь поняла, что нет и никогда не было в аду пылающих костров и всех тех ужасов, которые описывались в книжках или появлялись на полотнах художников. Он всегда был таким же холодным и мраморным. А настоящий ад всё это время был внутри, в самой глубине души. И он до сих пор там, и оказался намного страшнее, чем когда-либо его описывали.
Лиса дрожащими пальцами достала свой драгоценный серый камешек. Снять, чтобы больше ничего не чувствовать? Этого страха, унижения, грязи, ненависти, чьей уже непонятно... А может и вовсе демону возвратить? Зачем он теперь такой нужен. Аж потемнел...
Времени думать больше не оставалось, и девушка решительно сдёрнула грубую нитку с шеи и вышла за дверь. Ясность мыслей начала потихоньку возвращаться.
Сидя на паре и отвернувшись к окну, Лиса начала размышлять о том, что произошло с необходимой для анализа холодностью. С какой стати внезапно объявился какой-то дядя, а вместе с ним этот поклонник, чтоб его черти... Неожиданно в голову пришла идея. Письмо то в сумке до сих пор. Девушка, стараясь не шуметь, вытащила сложенную бумажку, надеясь определить отправителя хотя бы по почерку, но ожидания не оправдались. Такую странную манеру писать сложно было бы не запомнить, все буквы ровные с красивыми завитками. Скорее взрослый почерк, чем юношеский. И дядя этот ещё... К чему всё это? Как будто действительно с кем-то перепутали, или всё это время была ещё какая-то жизнь, параллельная этой и вдруг так внезапно вырвавшаяся на свободу. Лиса бесцельно повертела бумажку в руках, и неожиданно на другой стороне увидела увидела маленькую приписку, которую, очевидно не заметила ректор. Может, и к счастью. „Если ничего не выйдет, встретимся послезавтра за университетом в восемь часов утра”. Девушка нахмурилась. С одной стороны возможность приоткрыть мутную завесу всего этого, с другой всё как-то слишком наиграно. Хотя, может, просто кажется. Потом вдруг стало совершенно всё равно, и Лиса, сунув письмо обратно в сумку, уставилась на свои припухшие пальцы. Хорошо бы, никто не заметил, а то станут ещё приставать с расспросами. Действие обезболивающего начинало понемногу проходить, ещё бы, последняя пара уже. Девушка вздохнула и отправила в рот ещё одну таблетку. Так и до передозировки недалеко. Хотя эта последняя .
~~~
Один из четырёх повелителей Ада устало откинулся на спинку кресла, перебирая свои длинные темные пряди.
– Чего опять пришел? – Хосок повернул голову, даже не удосужившись оторвать её от стола, – Проблемы какие-то?
– Слушай, помнишь ту девчонку, которую я тут на днях к тебе приводил?
– И?
– Странно всё с ней... Раньше я каждое слово её, каждое передвижение чувствовал, а сейчас словно в тумане всё, размыто слишком... И запах какой-то навязчивый постоянно вокруг неё летает, никак не могу понять чей он. Знаешь, мне кажется печать теряет силу, и с каждым днём всё быстрее. Сейчас вот, например, почти ничего не чувствую...
– И что предлагаешь? Другую поставить? Ее теперешняя печать самая безопасная для носителя, но слишком слабая да и силу теряет быстро, здесь нельзя не согласиться.
– Знаешь, что меня злит больше всего?
– Знаю-знаю, – демон устало помахал рукой, – Но так уж люди устроены. Им нельзя доверять, не поймут и половины того, что ты передать можешь. Тяжело от этого, но лучше не пытайся, правда. Какой бы человек ни был, всегда повторяется одно и то же. Ты же и без меня это понимаешь.
Чонгук выслушал, потом, не говоря ни слова, поднялся с кресла и направился к выходу.
– Благодарю за помощь, – тихо проговорил он у самой двери.
– Ах да, вот ещё что. Мне то известно, твои любимые чувства: похоть и боль. Но знаешь, по-моему, ты слишком перегружаешь девчонку. Она же сломается, неужели тебе всё равно? Она ведь совсем ребенок ещё.
– Это моё дело. Больше никого даже видеть не хочу.
– Так всё-таки питаешь к ней теплые чувства?
– Нет.
– Ну-ну, – усмехаясь, проговорил Хосок, но тёмноволосый уже скрылся в мраморном коридоре..
Продолжение следует...