35
Рая
Я уже почти полчаса просидела в кабинете Артура, пытаясь сосредоточиться на его словах. Но до конца не выходило. Я больше не могла относиться к нему, как раньше – с тем же благоговением и безграничным ничем не обоснованным доверием. Теперь он стал врагом, мы оба это понимали, но в выигрыше от знания о нашем незримом противостоянии был только влиятельный дядюшка.
- Этот толстосум должен забыть о том, что виновник аварии – Влад, ты это уяснила? Это он въехал в Мерседес и расхреначил его в хлам, как и свою коллекционную тачку, - Артур потёр рукой шею и склонился надо мной, опёршись руками о стол. – Это нужно сделать сегодня. Всё готово. Встреча через два часа. Якобы случайная.
Я покорно кивнула и сглотнула болезненный комок в горле. Владу крупно повезло, он отделался испугом и мелкими травмами, в отличие от второго участника ДТП, получившего пару серьёзных переломов и потерявшего автомобиль, за которым долго и упорно охотился. Обе машины не подлежали восстановлению. Но «толстосум», как назвал пострадавшую сторону Артур, жаждал крови, денежной компенсации ему оказалось недостаточно. Он непременно хотел наказать Влада по всей строгости. И решить проблему предстояло мне.
- Артур, - нерешительно подала я голос. - Неужели у вас нет других рычагов воздействия на этого, ну...
- Нет, большая девочка. Твои способности – уникальны, и только тебе это под силу. Заставь этого напыщенного индюка поверить, что во всём он виноват сам. В идеале – он вообще должен забыть о существовании Влада. Об остальном я уже позаботился.
Из груди вырвался обреченный вздох. Мои способности... Исчезающие, тающие на глазах, от которых скоро останутся одни воспоминания... Я сделаюсь обычной студенткой – одной из миллионов таких же непримечательных девчонок, затеряюсь в толпе... Хотя, в моём положении это не самый худший вариант, но кто мне позволит? Я уже сейчас не была уверена, что справлюсь с заданием, однако в этих стенах мои ум и тело в плену, Аду привлекать нельзя – охотники не догадываются о её существование, а потому, мне предстояло потратить остаток сил, чтобы всё получилось. Ошибки мне не простят.
Почему именно я? Ну почему? За что всё это мне? Где я успела настолько накосячить? Вопросы прожигали мозг, оставляя незаживающие, ноющие шрамы, которые напоминали о себе каждую ночь. Я устало ворочалась в постели, то пытаясь безуспешно разобраться в случившемся, прокрутив все сказанное сестрой, то прогоняя надоедливые думы, чтобы наконец провалиться в сон. Но он еженощно оставлял меня наедине с роем прожорливых мыслей, окончательно истощающих тело и разум, чтобы утром с силой толкнуть в водоворот новых испытаний, которым не было конца.
Для встречи с «толстосумом» меня привезли в элитную частную клинику. По плану после всех процедур клиент должен выйти к администратору для расчёта, где и состоится наше «случайное» столкновение. У меня на всё про всё несколько минут, за которые мне нужно успеть сосредоточиться, установить контакт, подобрать правильные слова... и молиться, чтобы сработало.
Внутреннюю дрожь унять никак не удавалось, Артура впервые рядом со мной не было, и это нисколько не облегчило положение. Наоборот, сердце колотилось, как припадочное, едва не выдавая с потрохами моё напряжение немногочисленным посетителям, рассевшимся на белых кожаных диванах в ожидании своей очереди. Казалось, все взгляды сейчас устремлены только на меня, они осуждающе прожигают мою голову, врываются беспрепятственно, читая сбивчивые мысли, не способные собраться в осмысленные предложения.
Через пару минут, длившихся бесконечно долго, к стойке администраторов вышел тот самый человек с загипсованной по самое плечо рукой, а у меня внутри всё оборвалось. Сейчас. Нужно действовать прямо сейчас! «Толстосум» оглядел всех присутствующих недовольным взором, рывком ослабил галстук, и, передав карту помощнику, поковылял к свободному дивану. Грузное тело неуклюже бухнулось на молочно-белое сидение, противно сопя.
- Лёш, давай в темпе! Чего как телёнок! Ехать надо! – хрипло крикнул он бородатому мужчине в строгом костюме, о чём-то беседующему с администратором. Тот виновато кивнул. – Идиот, бл...
Я робко подошла и тихонько села рядом с клиентом, усиленно пытаясь совладать с волнением. Липкий взгляд, полный презрительного недовольства, скользнул по мне, вызывая приступ отвращения, и тут же потерял интерес. Я почувствовала себя мелкой букашкой, которую вот-вот безжалостно раздавят ботинком.
- Простите, а вы не у Степановского были? – прокашлявшись, спросила я дрожащим голосом, пытаясь поймать взгляд собеседника.
- Чего? – скривился мужчина.
- Ты слушаешь меня, как самого себя.
- Что ты мелешь? – Клиент вытер платком пот со лба и раздраженно отвернулся. Слова на него не подействовали – это было ясно, как день, внутренности сдавила внезапная паника, окончательно лишая возможности говорить членораздельно.
Я закрыла глаза. Сделала вдох – глубокий, до упора - выдох через сложенные в трубочку губы, снова вдох, до головокружения распирающий легкие – выдох бесконечно длинный, до потемнения в глазах...
- На меня посмотри! – прошипела сквозь зубы, касаясь руки мужчины. Тот резко повернул голову в мою сторону, готовый ляпнуть что-то оскорбительное, но звуки застряли в горле, а зрачки податливо расширились, истончая серые радужки. Клиент готов. – Ты превысил скорость и въехал в серый минивен, марку и номер не успел увидеть, пострадавший скончался в больнице. Ты больше не коллекционируешь авто, тебе плевать на разбитую машину. Дело закрыто. Лицо и имя второго участника аварии ты никогда не вспомнишь. – Посмотрела на фиолетовые отблески в затуманенном взгляде и добавила: - Ты вежлив с людьми. Всегда. И заботишься о подчинённых.
Дело сделано. Я ещё раз глянула на результат собственных действий. Мужчина сидел, схватившись за загипсованную руку и блаженно улыбался, потом окликнул помощника, как раз закончившего заполнять документы на стойке, и радостно прохрипел:
- Алексей! А давай в кафе заедем перекусить, а? Угощаю! – Он, кряхтя, поднялся с дивана, подхватил под локоть ошалевшего от такого прихода Алексея, и посмеиваясь над собственными нелепыми шутками, побрёл к выходу из клиники.
А я внезапно почувствовала такую слабость, что не было сил даже сидеть. Вестибюль поплыл, раскачивая лица посетителей клиники, как ветер молодые ветви, пространство начало беспорядочно сжиматься, собирая чужие голоса в монотонный гул. В подступающей темноте мелькнуло лицо Артура, и реальность выключилась.
- Похоже на истощение, - прозвучал незнакомый голос где-то совсем рядом. – Ей нужно лучше питаться и больше отдыхать.
Я побоялась открыть глаза. Чужаки теперь пугали похлеще самых жутких монстров. Лишь взволнованно поморщилась. В теле ощущалась свинцовая тяжесть, каждую мышцу будто наполнили металлом до отказа, не оставив возможности даже пошевелиться. Рука затекла, но я не рискнула изменить её положение.
- Понял. Спасибо. – В коротких словах читалось беспокойство, и мне отчего-то на мгновение стало радостно.
Плотнее сжала губы, сдерживая несвоевременно рвущуюся улыбку, и тут же в голову, нагло расталкивая друг друга, стали вваливаться неприятные воспоминания о событиях последних дней. В секунду желание улыбаться сменилось неподдельной жалостью к самой себе. Не хочу просыпаться, не хочу возвращаться в этот кошмар. Но кто же мне позволит?
Послышался щелчок дверного замка, скрежет ножек стула по поверхности пола, и моя рука оказалась в большой и тёплой ладони Артура. Сердце в груди предательски дёрнулось, я почувствовала, что неудержимо краснею. Как всегда, в его присутствии. Поразительное постоянство!
- Тебе лучше? – участливо поинтересовался Артур, не выпуская моей руки. – Ты меня напугала, большая девочка.
- Лучше, - пробормотала я.
Разлепить веки и посмотреть в лицо своему мучителю так и не решилась.
- Что с тобой происходит? Может, расскажешь?
Артур нежно гладил пальцами кожу на запястье, делая наш разговор крайне затруднительным и не оставляя возможности моим щекам вернуть нормальный цвет.
- Не знаю. – Я резко распахнула глаза. – Артур, а что если мои способности вдруг исчезнут?
- Такого не может быть. – Его тон был слишком уверенным.
- А вдруг?
- Не забивай голову ерундой, тебе просто нужно хорошо питаться. Ты стала почти прозрачной. – Мне показалось, или он действительно ласков со мной?
Взгляд тёплый, искрящийся заботой и сопереживанием, на полных губах лёгкая улыбка. Я внимательно посмотрела в тёмно-карие глаза, сияющие каким-то особенным светом, и запретное чувство внутри меня сжалось в маленький беспомощный комочек.
- Ты не ответил на мой вопрос, - повторила шёпотом, не отводя глаз.
Артур тяжело вздохнул.
- Я уже говорил: выхода отсюда нет.
Эти слова, подобно молнии, мгновенно воспламенили внутренности. Кожу запекло, дыхание оборвалось на выдохе. Я выдернула ладонь и села на диване так резко, что едва не потеряла равновесие. Опустила голову, обнимая себя руками.
- Ясно.
Глаза больно защипало от подступивших слёз. А чего я ждала?
- Так! - После длинной паузы, Артур поднялся на ноги. – Вставай, поехали.
- Куда? – Я ошалело уставилась на босса.
- Буду тебя кормить!
За столиком в дорогом ресторане я чувствовала себя очень неуютно, «наряженная» в серые джинсы и длинный тонкий свитер. Тем более, глядя на сидящего напротив мужчину в деловом костюме, одетого с иголочки. Но мне никто не позволил возразить хотя бы звуком.
Скатерть, заставленная всевозможными деликатесами, совсем не вызывала желания хоть что-нибудь попробовать. Казалось, Артур заказал разом все блюда из меню, намереваясь впихнуть всё это в меня во что бы то ни стало. Но мой аппетит взял бессрочный отпуск и даже открытки не прислал.
Ковыряясь в тарелке для вида, я чувствовала дикое напряжение. Хотелось исчезнуть, стать невидимкой, провалиться в какое-нибудь труднодоступное место. Но спустя минут пятнадцать, уловив, что Артур выключил грозного босса и начал сыпать не самыми приличными шутками, разговаривая со мной на простом и понятном языке, слегка расслабилась. Пару раз даже рассмеялась.
А потом и вовсе наш ужин превратился во что-то немыслимое. Мы обсуждали всё, что приходило в голову, не касаясь работы: фильмы, учёбу, историю, религию... С Артуром было непривычно легко, даже весело. Он оказался очень эрудированным и приятным собеседником, разбирающимся практически в любом вопросе. И я сама не заметила, как умяла две тарелки какого-то блюда с невыговариваемым названием. Вот так запросто, проглотив вместе с мясом краба собственное стеснение. А в голове пульсировала назойливая мысль: какой из Артуров, тех, что мне довелось узнать, настоящий?
При упоминании о нашем расставании с Владом, мне показалось, что на лице Артура мелькнула странная радость. Его губы дёрнулись в полуулыбке, но он нелепо отшутился, заявив, что я слишком хороша для его оболтуса-племянника.
По дороге домой мы комментировали и передразнивали песни, звучащие по радио. Артур объяснял мне «скрытые смыслы» и подтексты каждой из них, понятные, естественно, лишь ему одному, а я едва не давилась от смеха, то и дело пытаясь остудить пылающие щёки хоть чем-нибудь – пуговицами на рукавах пальто, колечком на пальце – само собой, безрезультатно. И когда автомобиль докатился до подъезда и остановился, мне стало грустно, что этот вечер такой неожиданно приятный, открывший Артура совершенно с другой стороны, закончился.
Мы долго сидели молча в тёплом кожаном салоне. Я отчего-то не решалась открыть дверцу и покинуть этот уютный маленький мир, наполненный ароматом дорогого парфюма. Его ароматом. А Артур... просто смотрел на меня как-то по-новому, по-особенному, так, как не смотрел раньше никогда. И мне не хотелось, чтобы это заканчивалось.
Спустя несколько бесконечных минут, Артур наклонился ко мне и тихо произнёс:
- Тебе пора, большая девочка. - Он улыбнулся, поправил большим пальцем выбившуюся из-под моей шапки прядь волос. Это прикосновение пронзило разрядом, я едва не задохнулась. До боли сжала кулаки, пытаясь отвлечься от неожиданных ощущений. – Не бойся, я никому не позволю обидеть тебя.