⋆34
Джисон сидел на коленях у Минхо, тот легонько поглаживал его по спине. Старший боялся начать говорить, ведь не знал какая реакция будет у Хана.
— Что у них там? — нетерпеливо говорил Чонин.
— Тихо, не слышу ничего — отвечал Чанбин. — Молчат
— Что с ним вообще? — не унимался Ян.
— Лучше спроси, что на Феликса нашло, он сегодня вообще какой-то не адекватный
— Кому понравится в деревне на отшибе страны куковать? Тут у любого эволюция в обратную сторону пойдёт — отвечал Сынмин.
— Я чё-то сейчас не понял — начал Чонин. — Это ты сейчас его оправдываешь?! Он Джисона до слёз довёл! Хотя Джи ему ничего не сделал
— Я не оправдываю, я всего лишь...
— Молчать нахер, надоел мне — фыркнул младший и пошёл на выход из комнаты.
— Куда намылился?
— Тебя это ебёт? — огрызнулся Ян.
— Ебёт, забыл кто я тебе?
— Успокойтесь, сейчас вообще не вариант ссориться — Кристофер подошёл к друзьям.
— Да, Крис прав, сейчас ссориться нельзя. Пойдёмте посмотрим как там Джисон и Минхо — Чанбин открыл двери.
Парни по очереди вышли из комнаты и направились к друзьям.
— Джисона, как ты себя чувствуешь? — осторожно спросил Минхо.
— Я-я в п-порядке — всхлипывая говорил он.
— Бельчонок, почему ты так расплакался?
— Н-не хочу это р-рассказывать
— Почему?
Хан отвернулся, он уже было хотел снова заплакать как вдруг почувствовал, что его начало клонить в сон.
— Поспи бельчонок, ты устал. Я буду рядом
В комнату вошли парни.
— Что тут у вас? — Кристофер подошёл к Минхо.
— Тихо ты, он наконец-то уснул
— Господи, все глаза проплакал
— Этот Сараби, я всегда знал, что он чокнутый — фыркнул Чонин.
— Чего он вообще на Джисона-то напал? — спросил Минхо.
— Сами не в курсе
В это время Феликс рыдал в самой дальней комнате дома. Он всеми силами пытался остановиться, но каждый раз всё заканчивалось тем, что он по новой начинал плакать.
А что делать? От него все отвернулись. И даже Хёнджин, который говорил о любви встал на противоположный Ли берег реки.
Так парень проплакал ещё час, а прошло их в общем счёте три с половиной. Никто не пытался его искать, даже не интересовался куда он пропал.
Хван всё это время пытался найти баланс между гневом и спокойствием. Ему хотелось рвать и метать, но он всё же взял себя в руки, положив в тарелку горячего рамёна и взяв палочки для еды, он пошёл к Феликсу. Блондин искал парня по всей усадьбе и нашёл в противоположной от людных комнат стороне.
Старший услышал тихий плач за дверью. Его сердце сжалось от боли, ведь он ранил чувства человека, которого любит, который любит его.
Хёнджин постучал в дверь.
— Детка, можно войти?
Услышав голос своего парня Ли поднял голову и посмотрел на вход в комнату. Он не собирался отвечать.
— Феликс, прости меня, я не хотел давить на тебя. Просто меня задело то, что ты что-то от меня скрываешь, в то время когда я честен с тобой. Я тут ещё рамёна принёс, тебе нужно покушать. Давай поговорим? Пожалуйста, я не хочу ругаться, я боюсь... Боюсь, что после этого я потеряю тебя, я не хочу, не смогу жить без тебя. Я оставлю тарелку здесь, обязательно покушай и прости меня пожалуйста ещё раз. Я ужасен
— Можешь войти — тихо сказал Феликс и тут же осознал, что зря он это сделал, ведь он весь заплаканный.
Хёнджин долго себя ждать не заставил, он тут же вошёл в комнату.
Посмотрев на младшего чуть сам не заплакал, ведь сию картину он наблюдает исключительно по своей вине.
— Детка,... сколько ты так плачешь?..
Ли отвернулся, он старался успокоиться и высушить влагу на лице, но получалось довольно плохо, особенно от того, что руки были мокрые из-за слёз.
Хван подошёл к младшему, он опустился на колени перед ним и стал вытирать его слёзы, которые тот проливал не первый час.
— Прости меня, я так ужасен — Хёнджин обнял младшего прижав его голову к своей груди.
— Прощаю
— Готов поговорить? Или отложим это на завтра?
— Можно завтра?
— Конечно. Тебе нужно перекусить, наш с тобой рамён получился очень вкусный. Попробуешь?
— Аппетита нет, в другой раз
— Как ты себя чувствуешь? Тебе плохо?
— Голова очень болит
— Принести лекарство? Оно в машине
— НЕТ! — крикнул младший, чем очень напугал Хвана.
— Но почему? У тебя же болит голова, это нельзя так оставлять
— Не выходи из дома, пожалуйста. До утра никто не должен выходить на улицу. Пожалуйста не спорь, умоляю. Я всё расскажу, но только утром — с мольбой в глазах говорил Феликс.
— Хорошо, но утром ты обязан будешь всё объяснить
— Я объясню, правда, только не выходи из дома и парням скажи чтобы не выходили. Сейчас они меня даже слушать не станут — Ли опустил голову. — Минхо с такой ненавистью посмотрел на меня.. я никогда не видел его таким...
— В стрессовых ситуациях он такой. Совсем не контролирует свой гнев, матерится как сапожник. Так он лучше соображает. Не принимай близко к сердцу. Завтра он сам придёт просить прощения
— Я тоже должен буду извиниться, особенно перед Джисоном. Он чуть не утонул, испугался, а я ещё и наорал на него, ёбнутый. Кукуху полечить мне надо, совсем чердак съехал. Господи, на него же нельзя кричать, иначе он замыкается в себе и не разговаривает ни с кем. Я отвратителен
— Не говори так, сегодня мы все ерунды наделали, завтра разгребать
Феликс ничего не ответил он только обнял Хёнджина и тяжело вздохнул. Наконец-то он чувствовал себя в безопасности, рядом с ним друзья и любимый парень.
— Детка, раз уж ты отказываешься от ужина, то пойдём спать, я очень устал, да и тебе не помешает отдохнуть
— Согласен, только жаль, что спать раздельно придётся
— Это почему?
— Смеёшься? Для каждого из нас отдельный спальник — грустно говорил Феликс.
— Это ты так думаешь, в четырёх из восьми мешках для спальников лежала хавушка, поэтому нашим, у которых нет пары придётся спать вместе. Они все рассчитаны на двоих
— Так даже спокойнее, если кто-то отойдёт, другой это заметит. Ты лучший — Феликс очень крепко обнял Хёнджина, да так, что старшему показалось, что у него треснут кости.
— Вот это ты сильный. Детка, мне тяжело дышать
— Прости меня пожалуйста, просто я очень рад
Пара пошла в гостиную готовить спальные места. Когда они вошли в комнату, их встретила тишина и взгляды полные шока, непонимания и гнева.
— И как это понимать?! — прошипел Чонин.
— Что? Ты о чём? — Хван не понимающе посмотрел на младшего брата.
— Об этом! — Ян указал рукой на Феликса. — Что он здесь забыл?
— Для начала не забывай, он мой парень и хозяин этого дома. Идёшь против него – идёшь против меня. А для второго начала, ты как со старшими разговариваешь? Совсем ума нет?
— Снова начинаешь? — фыркнул Чонин.
— Кто тут ещё начинает! Лучше перестань вести себя как малолетка и ложись спать, иначе будешь наказан. Не забывай кто твой опекун — Хёнджин не хотел давить на старые раны, но по-другому он просто не мог.
Ян стиснул зубы, но ответить не мог, он ведь действительно ещё находится под опекой Хёнджина.
— Всё, пора спать — начал Кристофер и взял спальник чтобы разложить его и приготовить ко сну. Развернув его он обомлел. — Это что за фокусы? Почему такой огромный?
— Потому что он на двоих. Они здесь все такие, так что не выпендриваемся и ложимся спать по двое — Хван развернул их с Феликсом спальник, а после уложил подушки как надо.
— А нам-то что прикажешь делать? Мы не можем спать вместе — говорил Заша.
— Это почему?
— Хотя бы потому что у нас нет пары — говорил Минхо.
— А тебя Кекет вообще никто не спрашивал, ты спишь с Джисоном и никакие отговорки, споры и возмущения не принимаются
— Вот нихера себе ты тут порешал
— Он сам тебя не отпустит, не видишь что ли как вцепился?
— Господи, один единственный раз и больше никогда и не дай Бог вы об этом кому-нибудь расскажете, убью мразей
— Да ты за кого нас держишь? Мы вообще-то все здесь как братья, все секреты останутся между нами
— Я предупредил
Спустя время Феликс и Хёнджин легли спать, младший лёг на плечо старшего. Было не очень удобно и начинала болеть шея, однако он чувствовал себя в безопасности только лёжа вот так. Только чувствуя тепло Хвана младший мог расслабиться и наконец-то спокойно уснуть.
_______________________________________
Продолжение следует...
What the fuck is this? Как так?