3 глава ( В плену )
Если я скрою свою тайну,
она - моя пленница,
если я её выпущу,
я - её пленник.
Артур Шопенгауэр
Хантер.
Весь оставшийся путь мы провели в тишине. Виолетта крепко спала, и, кажется, это было ей на пользу. Мне почему-то было немного жаль её. А ведь ей просто не повезло. Не повезло родиться с этим лицом, не повезло с семьёй, не повезло встретить меня на своëм пути.
И что это со мной? Мне было не свойственно переживать за других людей, тем более за незнакомых. Да, она была похожа на мою бывшую, но это не делало её ей.
- Мы приехали, - сказал Лиам. - Что делать с девушкой? Отнести её на руках? - спросил он.
- Не надо, я сам, - ответил я, не желая, чтобы он прикасался к ней.
- Хорошо, - немного удивлённо ответил Лиам.
Я взял Виолетту на руки и понёс её в свой дом, удивляясь про себя, какая же она лёгкая.
*****
Виолетта.
- Мисс, просыпайтесь. Пора завтракать, - слышу я чей-то голос у своего уха. Резко открываю глаза и сажусь на кровать. Я в полном непонимании оглядываю комнату. Она выдержана в бежевых тонах и оформлена в минималистическом стиле. Эта комната по размерам кажется больше моего дома.
Постепенно ко мне начинают возвращаться воспоминания о вчерашнем дне. Осознав весь ужас ситуации, я громко вскрикиваю.
- Почему вы кричите? Я вас напугала? - спрашивает миловидная девушка моего возраста. Судя по её униформе, это горничная.
Спокойно, Виолетта. Раз я до сих пор жива, значит, в их планах нет меня убивать, хотя этот факт меня не радует.
- Всё в порядке. Вы меня не напугали. Вы не могли бы сказать, где я нахожусь? - спрашиваю я в надежде получить хоть какие-то объяснения происходящего.
- Кажется, вчера вы немного перебрали. Вы в доме мистера Хантера.
Эх, было бы неплохо, если бы я просто перебрала после вчерашних потрясений, но, к сожалению, всë было не так.
Надеюсь, меня не продали пожилому человеку, который будет заставлять меня прислуживать ему во всех смыслах этого слова.
- А кто он? - снова спрашиваю я.
- А вы, я смотрю, ещё та шутница. Мистер Хантер - один из самых богатых и влиятельных людей города. Признаться, я вам даже завидую.
Я предполагала, что Хантером зовут того красивого, но ужасного человека.
- Завидуете, и чему же? - переспрашиваю я.
- Ну хватит строить из себя невинную леди. Вы прекрасно знаете, о чём я. Я, к сожалению, могу лишь мечтать стать одной из его девушек.
Из его девушек, значит. Я издаю нервный смешок. Если бы она знала, чему завидует. Этот гад вчера вколол мне что-то в плечо. Он же не трогал меня?
Я начинаю исследовать своё тело, но, не заметив видимых изменений, тихо выдыхаю. Однако я до сих пор не была уверена, был ли Хантер тем самым вчерашним главой мафии или же это был кто-то другой.
В этой же комнате находился душ, и я направилась туда. Смотрю на себя в зеркало и ужасаюсь: опухшее от слёз лицо, красные глаза, растёкшаяся тушь.
Да, вчерашний день был худшим в моей жизни, но сейчас я не уверена, что последующие дни будут лучше.
Я привожу себя в порядок, решив, что даже на смертном одре я должна прилично выглядеть.
В комнате меня поджидает та девушка.
- Мне приказано проводить вас до столовой, - сказала она.
Значит, меня не собираются держать в запертой комнате, и это уже хорошо.
Я кивнула и пошла за ней, представляя всевозможные варианты своего будущего.
Апартаменты этого дома были поистине царскими. И зачем ему одному такой большой дом? Или он живëт здесь не один?
В столовой стоял длинный стол из тёмного дерева, по две стороны которого стояло по два стула. На одном из стульев сидел он, неторопливо попивая кофе и читая свежую газету.
Я не знала, что головорезы читают газеты. Думала, что они только пушкой умеют махать.
На завтрак были поданы французские блюда: свежеиспечённые круассаны из слоёного теста, сэндвич-багет с сыром и ветчиной, нежные блинчики и тосты с ягодами.
Но я не собиралась садиться за стол, пока он мне не объяснит, что происходит.
Я пристально смотрела на Хантера в течение нескольких минут, пока он наконец не обратил на меня своё внимание.
- Да сядь ты уже! - рявкнул он своим недовольным грубым голосом.
Но я лишь отрицательно покачала головой.
- Я сказал, сядь. - снова повторил Хантер, но уже более властным, угрожающим, приказным тоном.
Я не представляла, на что он способен, а его внешний вид внушал мне страх. Но я не собиралась его слушаться и садиться за стол.
Он рявкнул, подошел ко мне и силой усадил за стол, надавив на плечи. Сопротивляться было бесполезно. Проклятье! Он был невероятно силен. На местах, где он касался меня, наверняка останутся синяки.
Хантер недовольно произнес:
- Мне не нравится твой характер.
Я ответила колко:
- А мне не нравишься ты.
Он бросил на меня сердитый взгляд, но ничего не ответил.
Хантер с аппетитом ел то, что было приготовлено, но мне кусок в горло не лез. Между нами была гробовая тишина, которую Хантер впоследствии нарушил.
- Ешь, если не хочешь превратиться в ходячий скелет, - сказал он.
- Что за еда, чёрт возьми! Как я могу есть в такой ситуации? Объясни мне, что происходит! Где я? Почему я здесь? Что ты собираешься со мной делать? — спросила я, повысив голос от возмущения.
- Не смей разговаривать со мной в таком тоне. Будь благодарна, что я не запер тебя в комнате. И да, ты теперь моя пленница. Я забрал тебя вместо долгов твоего отца.
Пленница? Забрал? Вместе долгов отца?
Я тихо ахнула, осознав всю плачевность ситуации. Мне было трудно поверить, что в XXI веке могут происходить такие ужасные вещи.
Я не хотела провести всю жизнь в плену, выполняя приказы этого безумца.
- Сколько денег вам должен мой отец? Возможно, мы сможем решить всё мирно и цивилизованно. И вы отпустите меня, а я обещаю, что заплачу всё до копейки. Мне лишь понадобится какое-то время на это.
Было бы глупо надеяться, что он согласится со мной, но когда жизнь на глазах катится вниз, прямо в бездну, начинаешь надеяться на самые невероятные вещи.
Хантер громко рассмеялся, услышав мои слова.
- Я сказала что-то смешное? - нервно спросила я.
- Да, девочка моя. Не будь такой наивной. Твой отец задолжал мне пятнадцать миллионов рублей.
Услышав эту сумму, я была шокирована. Как отец мог проиграть столько денег? Он думал о последствиях?
Получается, меня продали за пятнадцать миллионов? Такова цена моей жизни?
- По твоим глазам вижу, что ты никогда не видела столько денег. И да, я дал твоему отцу два месяца, чтобы он нашёл деньги. Но, как видишь, он не смог расплатиться со мной и продал тебя в обмен на свою жизнь и жизнь своей семьи. И я не собираюсь ждать ста лет, чтобы ты со мной расплатилась.
- Разве я стою таких денег? - спросила я.
- Посмотрим. Если не разочаруешь, - он загадочно улыбнулся и вышел из-за стола, направляясь в неизвестном мне направлении.
Гад! Он планирует держать меня здесь до конца своей жизни? Или я быстро ему надоем и он расправится со мной самым худшим способом?
Я ненавидела своих родителей за то, что они так поступили со мной. Но в то же время мне было радостно осознавать, что они с моей сестрой живы и невредимы.
И где же я так согрешила? За что жизнь так со мной поступает? Быстрая смерть была куда бы лучше, чем всë это.
Спустя некоторое время я тоже покинула стол, так и не притронувшись к еде. И на этот раз другая горничная проводила меня до моей комнаты, так как я здесь ещё не освоилась, а комнат и разных коридоров было предостаточно, чтобы запутаться.
Утром у меня не было времени как следует рассмотреть свою комнату, но теперь я могла не торопиться.
В комнате стояла огромная двуспальная кровать, а шкаф для одежды был в два раза больше, чем у меня дома. Кроме того, здесь была отдельная ванная комната, тумбочка, туалетный столик и
дверь, ведущая на балкон. Слишком хорошо для простой пленницы.
Только сейчас я поняла, что осталась без телефона. Мне оставалось лишь лежать в кровати и думать.
И только теперь я в полной мере начала понимать, что меня продали, словно ненужную вещь. И в этом виноват мой отец. Интересно, как будут жить дальше мои родители, осознавая, что своими руками отдали меня на растерзание этому человеку?
В этой ситуации я видела только один положительный момент: я больше не работала врачом. Я не представляла, как смогла бы спасать жизни людей дальше, когда чувство вины не покидало бы меня ни на секунду.
Не знаю, сколько времени я провела, глядя в потолок и погружаясь в свои мысли. Из этого состояния меня вывел стук в дверь.
- Входите, - сказала я, ощущая себя богатой госпожой.
Не зазнавайся, Виолетта. Ты всего лишь пленница. - говорил мой внутренний голос.
В комнату вошли несколько горничных с огромными пакетами в руках.
- Это вам от мистера Хантера, - пояснила одна из горничных, положила пакеты на пол и вышла вместе с остальными девушками.
Оставшись одна, я с любопытством открыла их. В пакете была разнообразная одежда: футболки, брюки, юбки, платья, а также различные аксессуары. Было даже нижнее бельё, от чего мои щëки порозовели.
Одежда была слишком качественной для обычной пленницы. В отдельном маленьком пакетике лежал новый, дорогой телефон.
Интересно, сколько денег потратил Хантер на всё эти вещи? Хотя что я переживаю за него? Он же у нас очень богатый. Вероятно, он нажил такое состояние, вымогательством у тех, кто так же слаб и беззащитен.
Я не желала принимать от Хантера все эти вещи, но у меня не было выбора. Я не хотела ходить каждый день в одной и той же одежде — серых брюках палаццо и белой футболке, которые успели где-то испачкаться, когда меня тащили сюда против моей воли. К тому же, без телефона здесь можно было сойти с ума.
Хантер.
Я сидел в огромном кожаном кресле в своём баре, потягивая виски.
Полуголые развратные девки так и клеились ко мне, что очень раздражало. Столько я таких перебрал, что теперь аж тошно от них.
Внезапно я заметил знакомый приближающийся силуэт. Брат расположился в кресле напротив меня.
- Вчера ты же знал, что всё так будет? Знал, что встретишь девушку уж больно похожую на свою бывшую? И поэтому приехал забирать долги сам?
- Нет, до этого я не знал, что так получится, но у меня было странное предчувствие.
- Но ты же понимаешь, что это совсем другой человек. Ты не сможешь заменить ей Амелию. Ну вот зачем она тебе? Каждый раз, глядя на неё, ты будешь вспоминать еë. Это будет только ранить тебя.
- А ведь я даже не любил её по-настоящему. Но эта чёртова привязанность, от которой я не смог избавиться после её ухода из моей жизни, вызывала у меня раздражение. А вместе с ней и сильная ненависть, от которой я тоже не избавился. Вот я и решил так поступить. Списал с её семейки все их долги, хотя мог отправить их на органы, а её просто забрать с собой. Так было бы намного выгоднее для меня. Я поступил слишком щедро с ними.
- Зато теперь у тебя появилась личная секс-игрушка, ещё и с личиком твоей бывшей, которую ты любишь и ненавидишь одновременно. Но тебе придется перевоспитать её, она показалась мне слишком борзой. Ты держишь её в закрытой комнате?
- Нет. Она может свободно передвигаться по дому и гулять с моими охранниками поблизости. А ещё я дал ей телефон и одежду.
- А я бы был с ней пожëстче. А ты, я смотрю, расщедрился. Я бы и сам был не прочь оказаться в таком плену. - сказал Майкл.
- Да только она, думаю, другого мнения. Для неё я последний подонок, который разрушил её жизнь. И она имеет полное право так считать, потому что это правда. Пусть ненавидит меня. - сказал я, завершая наш разговор, выходя из бара и направляясь домой.