Искры Драгомита

   Валерия снова открывает свои серые глаза, но на этот раз их ослепляет яркий неестественный свет. Он исходит от длинных электрических ламп, разбросанных по всему потолку.

Неприятные ощущения в правом бедре, от правой руки исходит пульсирующая боль. Та вся замотана бинтом. Немного отодвинув повязку, стало видно багровый шрам. Шесть швов. Ого. Такой на всю жизнь. Расстраиваться из-за этого времени не было. Ну ничего, бывают вещи и хуже.

Валерия продолжает рассматривать себя и пытаться определить свое состояние. Пока ничего интересного. Ага. К другой руке подключена капельница. «Неужели все так плачевно?»
Мыслит вроде ясно, хоть на том спасибо. Двигать ногами-руками может, но это сопровождается неприятными ощущениями. Зрение хорошо фокусируется, запахи чувствуются. Голова правда слегка трещит.

Лера решает изучить помещение, в котором находится. У белых стен стоят две пустые кровати, справа от них окно и маленький шаткий шкаф рядом с дверью. Стандартный набор. Судя по всему, она пребывает в больничной палате. Как давно она здесь находится и откуда взялись этим травмы? Что будет потом, после выписки? Ее собираются вообще выписывать или она останется здесь надолго?

Девушка начинает погружаться в себя и свои мысли. Попытки что-либо вспомнить все еще остаются безрезультатными.
«Черт»
Она мимоходом замечает ненавистную мигающую лампочку. Разбить бы ее, да сил не хватит. И вообще эта идея глупая и несуразная. Придется уживаться с этим красным раздражающим светильником.

За стеной послышались резкие шаги. Лера сконцентрировалась на слухе. У двери кто-то остановился. Судя по топоту, двое человек. Они что-то тихо обсуждают. Плохо слышно, но попытаться подслушать стоит.
Валерия напряглась.

— Бедный ребеночек, всего шестнадцать лет...
— Как она? Что с самочувствием?

Женские голоса. Первый высокий и тонкий, немного писклявый. Второй же более сдержанный и четкий.

— Рваная рана на руке, но мы смогли ее зашить. Гематомы и ссадины разбросаны по всему. Сильный ушиб тазобедренного сустава. – ответила медсестра и вдохнула. – Но жить будет.

— Это все?

— Нет, не все. К сожалению, у нее была обнаружена черепно-мозговая травма. После такого могут возникнуть некоторые трудности.

— Что за трудности?

— Нарушения дыхания, сердечной деятельности. Кратковременная потеря сознания, сонливость, головная боль или шум в ушах. Мы надеемся, что все обойдётся.

Вдох, а потом тишина.

Идиллию нарушает ручка двери, медленно опускавшаяся. В палату входит медсестра, лет тридцати на вид. Ее рыжие косматые волосы собраны в пучок. За ней из-за двери появляется женщина с бледной кожей и костлявым телосложением. Карие глаза аристократки мигом устремились на Валерию. Одета она была строго, преобладали холодные цвета.

Медсестра стала копошиться у койки. Достала шприц, воткнула его в капельницу и впрыснула новое лекарство. Девушка с интересом наблюдала за ее действиями.
Женщина с черными короткими волосами встала у девочки. Посмотрев на нее с тревогой, она спросила:

—Как ты себя чувствуешь?

Ответ не заставил себя долго ждать.

— Отлично. Я еще долго буду здесь?

Медсестра нахмурилась задумавшись.

— Зависит от тебя, дорогая.

Ну нет, такой ответ её не устроит. Тогда нужно задать другой вопрос. Валерия думала, какой же спросить первым. Самый главным был все-таки:

— Что со мной произошло?

Все опустили глаза. Повисла неловкая пауза.

— Ты ехала со своей семьей. Было утро и дорогу покрывал густой туман. В вас влетела легковая машина, ее водитель погиб сразу. Подушки безопасности сработали, но лопнули из-за слишком сильного столкновения. После удара его машина начала дымиться, а из-под капота полетели искры. Толчок откинул ваш автомобиль. Твой отец ударился о руль и умер от травмы грудной клетки еще до приезда скорой. Мы пытались спасти твою маму, но к сожалению, она вскоре скончалась в больнице. Мне очень жаль, Валерия. Ты единственная, кто выжил в том ужасном ДТП.

Сухой ком в горле, все мысли разом улетучились. Затруднилось дыхание, и исказилось зрение. Как вообще это могло произойти? Люди всегда думают, что-то на столько страшное может произойти с кем угодно, но не с ними. Но когда это случается с тобой... Невозможно описать весь шок и ужас утраты. Люди, которые воспитывали Леру шестнадцать лет, их просто больше нет. Из-за чьей-то ошибки, непредумышленной и глупой...
Смерть это что-то неоднозначное, это ужасная, потеря, утрата, боль душевная, которая очень медленно затягивает раны... Но кто она теперь, как ей быть и жить дальше? Словно весь мир в один миг опустел, осталась только она и никого нет рядом. Почему девушка сейчас не с родителями, где-то, куда попадают после смерти, а жива и практически здорова. Возможно есть еще какие-то дела и цели, которых она не успела достичь.
Множество мыслей пронеслись с момента, как ей сказали про гибель родителей. И каждая не лучше предыдущей. Но она сильная, не будет плакать. Вытерев мокрые глаза и взяв себя в руки, она спросила:

— Кто вы?
— Меня зовут Эльза. Отныне с этого дня ты, Валерия, будешь жить у меня. Я стала твоим попечителем, золотце. Надеюсь на твоё скорейшее выздоровление. Все твои вещи уже у меня.

      Попечителем? Это шутка? Очень плохая шутка. Но для чего они смеются над ней? Она стала сиротой, родители мертвы. Так ее сразу же после выписки поручают абсолютно незнакомому человеку. Поразмыслив, Лера пришла к выводу, что скорее всего это какая-то ее дальняя родственница, иначе кому нужен такой калека.

Внезапно девушка осознала неописуемое. От этой мысли у нее пошли мурашки по коже. Эта женщина, стоящая прямо перед ней, знала ее лучше, чем себя сама Лера. В самом прямом смысле. Вся ее жизнь, ситуации и эмоции, друзья и родственники - были забыты.
Сглотнув, она твердо выдавила из себя пять слов:

— Я не помню своих родителей.

Все побледнели. Медсестра вздрогнула, черканула что-то в карточке и промямлила:

— Мэм, у нее диссоциативная амнезия.