Светлячок🪔

Любить — значит не обещать отсутствие боли, а оставаться рядом, когда боль говорит громче всего.

Pov автор
У Лии на работе неделя выдалась непростая. В офисе царила привычная суета: звонки, отчёты, таблицы, записи. Коллеги, уставшие так же, как и она, перебрасывались короткими шутками, чтобы разрядить напряжение.
— Кажется, ещё пара дней и я уйду в монастырь,-вздохнула её соседка по отделу, роняя голову на руки.
— Заберите меня с собой,-откликнулась Лия, слабо улыбнувшись.
— Ну уж нет,-вмешался кто-то из отдела,-Вы у нас за оптимизм держитесь, если и Вы уйдёте, мы тут все в пропасть свалимся.
Лия смеялась вместе с ними, но внутри чувствовала, как усталость постепенно подтачивает её силы. Всё же вечерами она всегда шла к Олегу. Они вместе ужинали. Иногда разговаривали до поздней ночи, иногда сидели в молчании. Олег повторял, что ей необязательно приходить каждый вечер, но в его голосе пряталась лёгкая благодарность, которую он сам, возможно, не замечал.
Две недели пролетели незаметно. Саша и Мэри то спорили из-за мелочей: меню, список гостей, цвет скатертей, то тут же мирились. Они быстро учились находить компромиссы: его терпение и её мягкость словно переплетались, создавая прочный узор будущей семьи.
Pov Лия
За день до свадьбы я сидела с Олегом на диване. За окном сгущались сумерки.
— Завтра...,-я посмотрела на него внимательно, стараясь, чтобы в голосе звучала уверенность. Я знаю, как он переживал в эти дни,-Я буду рядом. Обещаю, что прослежу, чтобы никто не касался тебя. Мы вместе поедем на такси, и так же вернёмся на такси. Никаких сюрпризов.
Олег слушал молча, опустив взгляд. Его пальцы нервно теребили край свитера.
— Лия...,-он поднял глаза,-Ты не обижаешься? Что я... не смог пойти с тобой на свидание, но иду на свадьбу?
Я моргнула, удивлённая самим вопросом, и покачала головой.
— Даже в мыслях такого не было. Олег, я всё понимаю. Я не меряю наше время свиданиями какими-то стандартами или обязательствами. Для меня важнее то, что ты каждый день впускаешь меня в свой мир. Это куда ценнее. Поверь мне.
Его плечи чуть расслабились, как будто с них сняли груз.
— Спасибо...,-тихо произнёс он.
Я протянула руку и поправила выбившуюся прядь его волос. Он не отстранился. Напротив осторожно наклонился и положил голову мне на плечо. Я замерла тоже, чувствуя, как его дыхание касается шеи. В этой тишине не нужно было слов.
— Давай завтра хорошенько повеселимся?,-прошептала я, гладя его по волосам. Олег не ответил, но его пальцы слегка сжали мою ладонь, и это «да» я услышала без слов.
Pov Олег
Я видел, как Лия весь день была какой-то рассеянной. Она улыбалась, отвечала на мои слова, но в её взгляде было напряжение. Словно носила с собой мысль, которую боялась произнести вслух. Вечером, когда мы сидели в саду, укрывшись одним пледом, её пальцы скользнули по моей руке, рисуя неразборчивые узоры. Я уже замечал: так она делала, когда переживала о чём то.
— Всё хорошо,-сказал я чуть резче,-Просто скажи, о чём думаешь. Вижу, целый день думаешь о чём то.
Она вздохнула и отвела взгляд.
— Олег, я... ладно, забудь. Поговорим потом.
— Но я не хочу отпускать тебя такой задумчивой. Давай поговорим сейчас.
Она замялась, потом всё же произнесла:
— Платье..которое ты подарил.
— Не понравилось?
— Нет! Оно очень красивое. Просто...,-её голос стал тише,-Там открытая спина.
— Да,-кивнул я,-Я подумал, что тебе может быть непривычно. Но там всего половина открыта. Но если что, давай поменяем, это не проблема.
Она вдруг немного грустно улыбнулась:
— Ты всегда сразу ищешь решение. Но дело не в платье... моя спина... она не такая красивая, чтобы показывать её всем остальным.
Я нахмурился.
— Что ты имеешь в виду?
Она опустила глаза.
— Там есть шрамы. И люди это заметят, начнут расспрашивать. Да и... я не хочу, чтобы ты видел.
Молчание повисло между нами. Я осторожно накрыл её ладонь своей.
— Лия,-сказал я тихо,-шрамы не делают тебя некрасивой. Они-знак того, что ты пережила что-то, что не сломало тебя. Это не повод стыдиться. Это повод гордиться собой. Ине очень жаль, что кто-то так жестоко с тобой обошелся. если кто-то позволит себе сказать что-то лишнее, я сам с ними поговорю.
Она кивнула, но я чувствовал, что внутри её сомнения не ушли. Поэтому добавил мягче:
— Но если тебе всё равно некомфортно, надень что-то другое. Я не обижусь.
— Я хочу надеть именно это платье,-прошептала она,-Оно такое красивое. И...ты же мне его подарил.
Я замер, потом осторожно спросил:
— Можно мне прикоснуться? К шрамам.
Её пальцы крепко сжали мою руку. Я почти пожалел, что сказал это.
— Если не хочешь, то...
— Можно,-тихо ответила она.
Я медленно скользнул ладонью под её футболку. Тёплая кожа встретила мои пальцы. Я провёл по её спине, ощутил неровности, линии, где кожа хранила память о боли. Лия вздрогнула, но не отстранилась. Напротив, закрыла глаза и чуть сильнее прижалась ко мне. Я обнял её и, продолжая мягко гладить, прошептал ей:
— Больно?,-спросил я почти шёпотом.
Она покачала головой.
— Нет.
Я склонился к её плечу, чувствуя, как пахнут её волосы, и сказал так тихо, что слова почти слились с дыханием:
— Я люблю тебя. Шрамы не делают тебя некрасивой. Они делают тебя тобой.
Она выдохнула, и её руки сомкнулись у меня на груди, так крепко, будто боялась отпустить. Я продолжал гладить её спину, как будто пытался стереть её боль, перенести её тяжесть на себя.
Лия прижалась ко мне щекой, её голос прозвучал глухо, но твёрдо:
— И я тебя люблю.
Утро. Лия вышла из комнаты. На ней было платье, которое я подарил. Ткань скользила по её телу как вода, тонкий шёлк переливался в утреннем свете, будто улавливал каждое движение. Платье садилось на неё так естественно, словно всегда ждало именно её. Я сидел на краю кровати и смотрел. Даже не смотрел, в ловил каждую деталь: как она поправила платье, как её волосы упали на плечи, как она вдохнула чуть глубже, посмотрев на меня.
— Ты превосходна,-сорвалось у меня.
Я встал. Сделал шаг. Потом ещё один. Я обнял её со спины, осторожно, будто боялся сломать. Сначала она напряглась, а потом оперлась на меня.
— Можно?,-спросил я, уткнувшись носом в её волосы.
— Можно,-её голос был глухим, будто она боялась расплескать этот момент.
Я наклонился и осторожно коснулся губами её спины, там, где были шрамы. Поцеловал один раз, потом другой чуть дольше, чуть увереннее. Я чувствовал, как её дыхание сбилось.
Её пальцы скользнули в мои волосы и крепко сжали их. Этот жест был таким откровенным, что внутри у меня что-то дрогнуло, будто я шагнул в запретную, но давно желанную территорию. Она закрыла глаза и позволила мне быть ближе. Я поцеловал весь изгиб её спины не спеша.
Она вдруг резко повернулась. Наши взгляды встретились. На долю секунды я подумал, что она оттолкнёт меня. Но вместо этого её губы коснулись моих. Сначала поцелуй был осторожным. Её губы коснулись моих так мягко, что я едва поверил, что это происходит со мной. Но потом она придвинулась ближе, её пальцы сжали мой затылок, и всё стало глубже, сильнее. Я почувствовал вкус её дыхания, теплоту её губ. Мир исчез. Не было ни свадьбы, ни тревоги, ни теней прошлого. Была только она.
Я думал, что всё хорошо, но как только мы сели в такси, реальность снова ударила. Салон был тесным, чужим. Сиденье под спиной казалось жёстким, а воздух слишком душным. Каждый шорох за окном отзывался в груди толчками. Я чувствовал, как сердце срывается в безумный ритм.
— Я буду рядом,-тихо сказала Лия, после она переплела наши руки, так уверенно, будто боялась, что я могу выскользнуть из её мира. Я сжала её руку, но она не отдёрнула руку. Наоборот слегка погладила большим пальцем мою кожу, будто убаюкивала. Лия перевела взгляд на меня. В её глазах было столько тепла, что у меня на миг ослабла хватка тревоги. Она чуть наклонилась и прошептала:
— Я рядом.
Pov автор
Саша с Мэри встретили их у ресторана. Саша сразу заметил, что брат бледный, губы сухие, но в глазах есть странное новое сияние
— Держишься?,-Саша положил руку на плечо Олега, но осторожно, не давя.
— Всё хорошо, не переживай обо мне,-глухо ответил тот.
Лия чуть сжала пальцы Олега, и Саша увидел этот жест. Внутри кольнуло: впервые он осознал, что брат способен довериться кому-то, кроме него. И вместо тревоги в груди поднялась осторожная надежда.